Рейчел Хоукинс - Школа чародеев

— Возможно тот демон, которого вы пытались вызвать, — открыла я ответный огонь.

Элоди раздраженно ответила. — Как я и сказала вчера вечером, если бы демон и был, то госпожа Каснофф знала бы об этом. Мы все б знали.

— Что происходит?

Мы обе повернулись, чтобы увидеть Анну, стоящую в дверном проеме с влажными волосами и полотенцем в руках.

— Софи думает, что мы взяли глупый гелиотроп вампирши, — сказала ей Элоди.

— Что? Это смешно. — Сказала Анна, но ее голос был напряжен.

Я закрыла глаза и попыталась овладеть собой и магией. Тогда, представляя ожерелье Дженны в моем уме, я прошептала, — Гелиотроп.

Элоди закатила глаза, но появился отчетливый писк, когда один из ящиков комода Анны открылся. Гелиотроп появился из груды одежды, его красный центр светился.

Он прилетел в мою руку, и я закрыла свой кулак.

Удивление вспыхнуло на лице Элоди на мгновение. Потом исчезло. — Ты получила то, зачем пришла, так что убирайся.

Анна смотрела на пол. Я хотела сказать что-то грубое, что-то, что могло заставить ее пристыдить, за то что она сделала, но в конце концов я решила, что это того не стоило.

Когда я вернулась в комнату, плач Дженны превратился в сопение. Я приоткрыла дверь шкафа и отдала ей гелиотроп. Как только она его одела, она вышла из шкафа и села на кровать, качая ее обожженную руку.

Я села рядом с ней. — Ты должна присматривать за ним. — она кивнула. Ее глаза все еще были красными и сырыми.

— Это дело рук Элоди и Анны? — спросила она.

— Да. Что ж, это была Анна. Я не думаю, что Элоди знала, но не похоже, что она не одобрила.

Дженна вздохнула. Я подошла к ней и стерла ее розовую подводку с глаз. — Ты должна рассказать госпоже Каснофф о том, что они сделали.

Нет, — сказала она, — ни за что.

— Дженна, они могли убить тебя. — Настаивала я.

Она встала, укутываясь в мое одеяло. — Это только сделает хуже, — сказала она устало. — Напомнит всем, что вампиры отличаются от вас. Что мне здесь не место.

— Дженна, — начала я.

— Я сказала, успокойся, Софи! — Резко оборвала она, ее спина все еще была повернута ко мне.

— Но тебе было больно..

И затем она развернулась ко мне, ее кроваво-красные глаза, ее лицо, искаженное гневом. Ее клыки выдвинулись, и она обхватила мои плечи с шипением. Не было ничего от моего друга в ее лице.

Только монстр.

Я издала потрясенный звук боли и страха, и она резко освободила меня. Мои колени подкосились, и я рухнул на пол.

Она немедленно оказалась около меня, Дженна снова, ее глаза, светло-голубые и заполненные сожалением. — О, Боже, Софи, мне так жаль! Ты в порядке? Иногда, когда я переживаю… — Слезы полились по ее щекам. — Я никогда не причинила бы тебе боль, — сказала она, умоляя.

Я не могла говорить, поэтому только кивнула.

— Девочки? Все в порядке?

Дженна посмотрела через плечо. Миссис Каснофф стояла в нашем дверном проеме, ее лицо было непроницаемо.

— Мы в порядке, — сказала я, вставая. — Я просто поскользнулась, а Дженна, ах, помогает мне встать.

— Я вижу, — сказала миссис Каснофф. Она обернулась и встала между мной и Дженой, прежде чем сказать, — Дженна, если ты не возражаешь, мне нужно поговорить с тобой.

— Конечно. — Ответила Дженна, в ее голосе было что угодно, кроме уверенности.

Я наблюдала, как они покинули комнату, затем села на кровать Дженны. Мои плечи болели, и пальцы Дженны оставили следы.

Я сидела, рассеянно потирая руки, запах обожженной кожи Дженны, все еще был в комнате.

Я задумалась.

Глава 18

Неделю спустя, все было по-прежнему. Никто ничего не слышал о Честон, так что Дженна все еще была подозреваемой номер один.

После обеда я снова была в подвале с Арчером. Это был уже наш четвертый раз там внизу и мы превратили нашу работу в своего рода рутину. В течение первых двадцати минут или около того мы просто разбирались на полках.

Половина хлама, который мы внесли в каталог в прошлый раз, как обычно переместилась, так что мы потратили время, пытаясь рассортировать его. Как только это было сделано, мы отдыхали и говорили.

Наши диалоги варьировались от светской беседы о наших семьях и до периодических оскорблений, что было неудивительно.

Нас ничего не объединяло, кроме того, что мы были детьми. Он вырос у мега богатых родителей в большом доме на побережье штата Мен. Я же жила со своей мамой везде: начиная с коттеджа и заканчивая дешевым номером в Рамаде на протяжении 6 недель.

Но я все равно ждала нашего разговора. На самом деле, я начала бояться тех дней, когда была свободна от дежурства в подвале.

Арчер сидел на своем привычном месте на лестнице, в то время как я сидела на полке М.

Он указал на кучу пустых, пыльных банок в углу. Две из них поднялись в воздух и скручивались и деформировались до тех пор, пока не оказались содовой.

Он махнул рукой в мою сторону и одна из них приплыла прямо ко мне. Я поймала ее и удивилась, насколько ледяной она была.

— Я восхищена, — Я правда так думала, и он кивнул в знак благодарности.

— Да, превращаю банки в содовую. Пусть мир дрожит перед моей силой.

— Ну, это до сих пор доказывает, что у тебя все еще есть сила.

Он странно взглянул на меня. — Что ты имеешь в виду?

Дерьмо. — Я, ох, просто… я всего лишь слышала о том, что ты уехал в прошлом году, потому что хотел, чтобы тебя лишили силы.

Я предполагала, что он слышал все эти слухи, но выглядел он искренне удивлённым. — Так вот что все думают. Фух..

— Они знают, что это неправда, — ответила я торопливо. — Многие видели, как ты швырнул Джастина в первый день.

На уголках рта заиграл намек на улыбку. Он посмотрел на меня. — Плохая собака.

Я закатила глаза, но не смогла сдержать улыбку. — Заткнись. Так где ты был?

Он пожал плечами и положил локти на колени.

— Мне нужен был отдых. Это не слухи. Совет никогда бы не выпустил никого из Гекаты, но они могут дать отпуск, если вы подадите прошение. Я думаю, они поняли, что мне это было нужно, особенно после того, что случилось с Холли.