Марина Милованова - Временная ведьма

– Да уж вряд ли! – вынужденно признала я. – Вот только насчет жертвования жизнью вы что-то перебрали. Все получилось довольно гладко, а сегодняшние разборки со стариком лишний раз доказали, что я вполне освоила магию, если сумела выстоять против его непонятной черной тучи. Страх, разумеется, не в счет.

– Выстоять? – Мироновна горько усмехнулась, я же искренне удивилась. – Тот факт, что ты спаслась от заклинания раздавливающей мглы, лишний раз доказывает твою уникальную везучесть. В момент своего падения ты удачно взмахнула руками и выпустила ожерелье. Я же благодаря тебе к тому времени уже ожила и успела не только развеять смертоносное заклинание, но и немного подкорректировать траекторию полета ожерелья. И все.

– Выходит, я так ничему и не научилась?

– Ну почему же? – Мироновна ласково улыбнулась. – Ты прекрасно помогала людям и животным в деревне. Вспомни! И не твоя вина, что Фарах воспользовался запрещенным заклинанием. Итак, у тебя еще остались вопросы? Не забывай, что история еще не закончилась и нам нужно вернуться в лес. Только подумай, какую панику поднял там Грей и какую бурную деятельность развил он после того, как ты выкинула его отсюда!

Мои щеки предательски залило горячей волной. Все дальнейшие вопросы, если таковые и оставались после рассказа Мироновны, разом отпали. Смущенно потупив глаза, я отрицательно покачала головой.

Действительно, пусть и не панику, но деятельность Грей развел впечатляющую: нас встретили ровные шеренги подтянутого и снаряженного по всем правилам войска. Опоздай мы хотя бы на полчаса, пришлось бы довольствоваться пустой поляной. К счастью, успели вовремя.

Разумеется, с нашим появлением войско потеряло строй по причине любопытства и последующей радости. А главнокомандующие в лицах Грея и Гертруды спешились с коней и кинулись к Мироновне, которая успела сменить облик старушки на свой настоящий.

Теперь это была миловидная женщина примерно сорока пяти лет, невысокая, но статная, и от ее облика веяло мудростью и спокойствием. Величием, впрочем, тоже веяло, только не тем кичливым, которым за версту разит от новоиспеченных толстосумов, а тем величием, которое неотделимо от достоинства и благородства. В общем, от такой королевы и я бы сама не отказалась.

Кстати, насчет меня. Теперь, когда, как выяснилось, моя миссия была выполнена до самого конца, я оставила всех присутствующих наслаждаться радостью и долгожданным праздником, а сама тихо ушла в лес, подхватив на руки ожидавшую меня под деревом кошку. Во-первых, не хотела никому мешать, а во-вторых, понимала, что на этом празднике жизни я была чужой и к тому же прекрасно знала дальнейшее развитие событий.

Теперь, когда с магией злобного старика покончено, повстанцам будет несложно скрутить приспешников Фрея. И Грей без всякого труда вернет себе корону. А там и до свадьбы недалеко. А дальше, как в сказке, будут Грей с Гертрудой жить долго и счастливо, а Мироновне больше не нужно будет искать себе помощников для спасения королевства. Кстати, а как на самом деле ее зовут, если старушка – это всего лишь образ?

В общем, все у всех хорошо, кроме меня.

Несмотря на откровенный рассказ вдовствующей королевы, который я поняла и приняла, в душе поселилось стойкое ощущение предательства. С одной стороны, все вроде было правильно, а с другой стороны, на душе скребли острыми когтями десятки, если не сотни, кошек. Мною просто воспользовались, пусть даже и для всеобщего блага, вот только меня забыли спросить. Заманили, приручили, а затем сделали все для того, чтобы я выполнила предназначенную миссию. Но разве это честно? Нет. Потому что я живой человек и умею чувствовать.

Кстати, о чувствах: если бы я заранее знала все правила этой игры, то вела бы себя по-другому и не совершила бы одну ужасную, грубейшую ошибку, которая в данной ситуации просто недопустима, – не влюбилась бы в того, кто не может быть моим, потому что предназначен другой и влюблен в другую. А в качестве компенсации за все свои заслуги я получила магические способности, будь они неладны, и разбитое сердце. Разве это справедливо?

Увы, никого, кроме меня, этот факт не волнует. Жаль, конечно, но вполне законно – жертвовать незначительными мелочами в пользу всеобщего блага. В данном случае незначительная мелочь – это я.

– Дарья, ты – молодец! – Неожиданно впереди меня пушистым серым шариком по траве заскакал домовой. – Извини, что не помог тебе в битве с магом, но только в людские разборки мы, домашние духи, не можем вмешиваться. По хозяйству помочь – это всегда пожалуйста. А вот ежели какие битвы, так это извольте сами, без нашего участия. А ты почему такая грустная? Ведь все хорошо закончилось!

– Значит, ты дух? – улыбнулась я, уходя от душещипательной темы. – Странно, а я думала, что ты мелкая домашняя нечисть. Духов ведь не видно, они же призраки. Или я неправа?

– Духи разные бывают, – пояснил домовой, судя по голосу, ничуть не обидевшись на колючее слово «нечисть». – Бывают домашние духи, вроде меня, лесные, вроде лешего, а бывают и, как ты говоришь, призраки. Мы все разные и неповторимые, а потому и общаться с нами нужно осторожно и уважительно.

– Угу, – подтвердила я, размышляя над тем, что, попадись мне, к примеру, сейчас привидение, вряд ли бы я вспомнила об осторожности и уважении. Наверняка понеслась бы с оглушительными воплями через весь лес, да так, что только пятки бы сверкали.

– Возвращаемся? – поинтересовался домовой, помахав мне веточкой земляники с сочными красными ягодами, зажатой в мохнатой ручонке. – Или сначала ягод наберем?

Глава 24

Дом, милый дом. Чужой дом…

Поставив на стол берестяное лукошко, презентованное нам лешим, полное душистой земляники, я огляделась по сторонам. Прошло несколько долгих месяцев с тех пор, как я попала в этот дом, и почти неделя, как его покинула, но только сейчас я остро ощутила, что соскучилась по этому тихому месту, не обремененному благами цивилизации. Теперь я не знала, останусь ли в этом времени, или все же вернусь в свой мир.

Здесь, несмотря на междоусобные разборки, было тепло и уютно, словно в детской волшебной сказке, прочитанной бабушкой у жарко натопленного очага зимним вечером. В моем же мире меня ждали обычные будни с редкими праздниками, заранее известные и в большинстве своем одинаковые, похожие друг на друга, словно близнецы. Но самое главное, никакого волшебства в нем и в помине не существует. Только красивый мир фэнтези, иногда показанный на телеэкране.

Смогу ли я теперь жить без дружбы с домовым? Не потому, что он выполняет всю домашнюю работу, а потому, что он милый, забавный и с ним интересно. Смогу ли прийти в лес без подарка для лешего? Вряд ли. Без этой уникальной и совершенно неотъемлемой части этого мира, называемой в моем времени фольклором, или в последнее время чаще фэнтези, в моем мире будет серо и скучно.