Светлана Крушина - Все пути ведут на Север

Впрочем, перстень мог и вовсе ничего не означать. Грэм сам носил, не скрывая, в ухе серьгу из литого золота с маленькими бриллиантовыми вставками. Эта серьга, да меч, да лошадь были все его состояние на данный момент.

Из разговоров он выяснил, что в одном из шатров скрывается еще одна девушка, по имени Корделия, раненая утром в стычке с касотцами. Стрела попала ей в плечо, но рана казалась несерьезной, и через три-четыре дня медейцы намерены были продолжить путь. Куда и зачем они направлялись — пока оставалось для Грэма загадкой, хотя с каждой минутой ему все сильнее хотелось это узнать. Ванда, ее милое необычное личико и огненные кудри так и притягивали его взгляд; он знал, что если ему придется распрощаться с ней сегодня вечером, он будет очень об этом жалеть. Но пока он не придумал никакого предлога, чтобы подольше остаться в лагере.

Ванда расспрашивала его, откуда он пришел, и что видел. В основном ее интересовало расположение медейских и касотских отрядов — судя по всему, путешественники не желали встречи ни с теми, ни с другими. Грэм рассказал, что смог, хотя тоже всячески старался избегать любых встреч с вооруженными отрядами.

— Слишком много ты знаешь, — хмуро заметил Ив, выскребая со дна миски остатки похлебки. — И меч носишь… с каких это пор всякие побродяжки таскают при себе оружие, а?

Грэм пожал плечами.

— В Медее неспокойно… да и в других землях тоже. Как тут без оружия?

— Ну-ну, — сказал Ив и вдруг недобро прищурился на него. — Ванда, да у него храмовые бирки! Ну-ка, путник, покажи…

Дивясь его глазастости, Грэм вытянул из-за ворота две бирки — от Рондры и от Фекса.

— Так ты наемник, — чуть ли не с презрением бросил Ив.

— Не совсем…

— Нет, правда! — вдруг оживилась Ванда. — Если это так… то мы, пожалуй, могли бы тебя нанять.

— Не выдумывай, — отрезал Ив.

— А что? Сам знаешь, долина кишмя кишит касотцами… Сегодня нам повезло, но в другой раз мы можем и не отбиться. Из Оге, да и из Корделии бойцы никудышные… Нам очень нужен еще один меч.

— Да ты посмотри на его рожу, Ванда! Голову даю на отсечение, он просто разбойник с большой дороги.

Грэм усмехнулся. Что и говорить, подозрительный медеец был недалек от истины, но подтверждать его слова Грэм, конечно, не собирался.

— Пусть даже и разбойник, — заупрямилась Ванда. — Но он умеет сражаться, это ясно. А нам нужна помощь. Если же он задумает что-то дурное… что ж, я уверена, вы с Оге вдвоем сумеете с ним совладать.

Ив только зубы стиснул и одарил Грэма яростным взглядом. Тот спокойно смотрел ему в глаза. К ненависти, даже необоснованной, ему было не привыкать. Он прекрасно знал, что внешность его производит на людей не самое приятное впечатление.

— Ты согласен? — обратилась к нему Ванда.

— Скажите хоть, куда направляетесь…

— Мы едем в Касот. Что нам нужно там — тебя не касается. На границе мы расстанемся.

— То есть, на вражеской земле вам помощь уже не будет нужна? — усмехнулся Грэм.

— Там и без тебя отыщутся помощники, — сказал Ив.

Грэм пожал плечами.

— Что ж… почему бы и нет. Деньги лишними не бывают, а куда ехать — мне все равно.

— Значит, по рукам? — поспешно спросила Ванда.

— По рукам.

— Ты еще об этом пожалеешь, — хмуро посулил Ив, и непонятно было, к Ванде или к Грэму обращены его слова.

После окончания трапезы, собирая в стопку грязные миски, Ванда вдруг озабоченно сказала:

— А ведь без огня мы долго не продержимся. Корделии нужна горячая еда и вода… Хорошо бы найти другое убежище, понадежнее.

— Укрыться здесь особо негде, — отозвался Грэм.

Ив же поразмыслил с минуту и возразил:

— К северу отсюда, помнится, была небольшая деревенька. Можно поискать приют там. Только сначала разведать бы, что там и как, нет ли там касотцев…

— Завтра же с утра мы туда съездим! — загорелась Ванда.

— Ты туда не поедешь. Поеду я… и он, — Ив ткнул в удивленного Грэма. — Что смотришь? Без присмотра в лагере я тебя не оставлю, ясно? Лучше, если ты будешь у меня на виду.

Возражать Грэм не стал.

Посуду поручили заботам Оге, который, кажется, нынче выступал в роли дежурного по лагерю. В стороне от лагеря, между камней, пробивался маленький ручеек, к которому он и отправился со своей ношей. Грэм, подумав, пошел с ним. Оге казался самым легкомысленным и скорым на язык из всей компании; возможно, у него и получится что-нибудь выпытать.

— Ванда, случайно, не твоя сестра? — поинтересовался Грэм, отобрав у Оге миски — тот, очевидно, не знал, как к ним и подступиться. Вода в ручье была ледяная, и руки в один миг онемели, но и работы было минут на пять, не больше.

— Сестра! Нет, что ты, — в притворном ужасе отшатнулся медеец. — Мы и не похожи совсем. А если ты намекаешь на наш цвет волос, то это, знаешь ли, случается… Корделия тоже блондинка, но я же не записываю ее тебе в сестры.

— Странно, что командует у вас девица.

— Может, и странно. Но ей не привыкать.

— Она же совсем ребенок…

— Ну и что?

Грэм только плечами пожал. Значит, он не ошибся, и судьба свела его с компанией нобилей. Наверняка дома в повиновении у Ванды целый штат прислуги, вот она и привыкла командовать.

С другой стороны, у Ива тоже наверняка слуги есть. И у Оге… Так почему они подчиняются приказам девчонки?

— Оге, а что вам в Касот понадобилось? По-моему, сейчас у вас проблем и дома хватает.

— Не скажу, — надулся медеец. — Ванда же сказала, что это тебя не касается.

— У вас тайная миссия? Вы собираетесь убить Бардена?

— Ну тебя к Безымянному. Тоже мне, шутник нашелся.

— Тогда почему такая таинственность?

— Знаешь что? Иди-ка ты пытай Ванду. Если она тебе решит все рассказать — твое счастье. Нет — так извини. А я трепаться не стану… не хочу, чтобы Ив меня прирезал.

— А он может? — откровенно забавляясь, спросил Грэм.

— Ив-то? — Оге состроил свирепую рожу. — Ив все может. Он такой… такой… в общем, злобный тип. Да ты сам видел.

Покончив с посудой, Грэм сполоснул руки и остался сидеть на корточках, глядя в бегущую воду. Быстро темнело; за низкими тучами не видно было ни луны, ни звезд.

— Ночь темная будет, — сказал он вполголоса. — Плохо без огня…

— Еще как плохо, — поддакнул Оге. — И холодно к тому же. Я уже до костей промерз, а сколько еще мерзнуть…

Да, подумал Грэм, мерзнуть ты явно не привык. Так же как и мыть посуду. И спать на земле. И держать в руках оружие, а уж тем более убивать. Так кто же ты такой?

Они вернулись в лагерь уже в сумерках. У погасшего костра одиноко сидела Ванда, сжавшись в комочек и закутавшись в плащ с головой. Оге, покосившись на нее, нырнул в шатер со стопкой тарелок в руках; Грэм остановился рядом.