Морган Родес - Собрание тьмы (ЛП)

Пожелает? Скорее потребует.

Нет, нельзя так. Приезд сюда – большая ошибка.

Ашур поднялся с кресла и подошёл к дверям, его лицо скрылось в тени от Ника.

- Кроме того, вы сообщите нам о планах короля. Уверен, он ищет Родичей.

Даже говорить об этом было предательством. Если Ника обнаружат, то наказание он получит от короля такое, что избиение Мило и Барраса будет лишь нежными объятиями. Он присоединится к обвиняемым повстанцам завтра во время публичной казни, и хорошо, если он просто потеряет голову.

Он должен был уйти. Он должен был вернуться к Клео и сказать, что не доверяет крешийцам. Только время покажет, будут ли они верны своему слову.

- Я расскажу ваше предложение принцессе.

- Попросите, чтобы она ответила поскорее, - промолвила Амара. – Мы не можем ожидать, ты же понимаешь.

- Я скажу ей об этом, - промолвил хрипловато Ник.

Он пытался уйти, и Ашур отвёл его к ожидающей пути во дворец повозке.

- Прости мою сестру, - сказал Ашур. Солнце светило ярче, и его глаза стали куда более яркими, чем просто серо-синими. – Иногда она слишком нетерпелива. Она не хотела никого обидеть.

- Она и не обидела, - промолвил Ник.

- Она постоянно недооценивает меня. Я самый младший сын, безответственный брат. Она может быть младшим ребёнком в семье, но в её арсенале слишком много оружия.

Это не удивляло Ника.

- А ты? – спросил он.

Ашур немного усмехнулся.

- Я редко заинтересован в одном и том же в течении нескольких дней, если я не считаю это очень важным. Часто то, что я считаю самым особенным, не представляет интереса или ценности для других. Но это не имеет для меня значения, что думаю другие. А ты?

Глубокий голос с лёгким акцентом был фактически гипнотизирующим.

- Не понимаю, о чём вы.

- Ты заботишься о том, что подумают другие?

Ник уклонился от его взгляда.

- Я лишь скромный дворцовый стражник, которого все считают бесполезным. Сегодняшний день доказывает это. Когда дело доходит до моей судьбы, я не имею никакого контроля над тем, что другие думают обо мне.

Принц покачал головой.

- Ты ошибся дважды.

- В самом деле? – он отвернулся и скрестил руки на больной грудной клетке, пытаясь не закатить глаза. – И в чём же в первую очередь?

- Никто не контролирует твою судьбу. Тебя.

- Вы так считаете… - прошипел Ник, глубоко вздохнув. – А второе?

- Ты не бесполезен.

Ник удивлённо посмотрел на принца, но Ашур просто повернулся и ушёл.

- Может быть, у вас будет безопасное путешествие обратно во дворец, - не оборачиваясь, промолвил принц.

***

Стражники, назначенные для сопровождения Ника домой, вытолкнули его из кареты за пять миль до города.

- Ты можешь дойти отсюда, - усмехнулся один.

- Конечно, - кивнул Ник, - большое спасибо, - когда экипаж поехал, он добавил, - прогорклые груды конского навоза, вот вы кто!

Пострадавший, весь в синяках, униженный, он шагал по зелёным полям и лесам, что пересекались новой имперской дорогой короля.

Он понятия не имел, что расскажет Клео. Всё было таким ирреальным, что если б не боль в груди и спине, что сейчас он чувствовал, он бы считал это сном.

Ник думал, что следует срезать путь через лес. Он уже начал хвалить себя за первую хорошую за день идею, как кто-то подошёл к нему. Прежде, чем он понял это, Ник снова лежал на спине и едва дышал.

- Мы опять встретились, - промолвил удивительно знакомый голос.

Ник моргнул, пока его зрение не очистилось достаточно для того, чтобы увидеть Йонаса Агеллона, склонившегося над ним и прижавшего кинжал к горлу. Это был второй раз, когда Йонас угрожал Нику этим оружием.

- Ты… - начал он.

- Молчи, - промолвил Йонас. – Пока не время. Мне надо кое-что ещё тебе пояснить, прежде чем ты заговоришь. Понял?

Лицо мятежника было скрыто в тени пышных деревьев. Насекомые не заканчивали свою симфонию. Тепло в сочетании с потерей крови заставляло Ника быть слишком близким к потере сознания.

Он покосился на спутника Йонаса – высокого, загорелого и опасного на вид парня, что стоял, скрестив руки на своей широкой груди. Наконец-то взгляд Ника вернулся на Йонаса, и он едва заметно кивнул.

- У нас были разногласия, - промолвил Йонас. – И, видя тебя в красной форме, не уверен, что этот разговор будет чем-то кроме траты моего дыхания, но пусть так. У меня есть друзья, которых завтра казнят. Мне нужно спасти их, и есть несколько вариантов. Несмотря на эту форму, ты должен быть верен Клео. Если ты верен Клео, ты не верен Дамора. На самом деле, я верю, что ты ненавидишь их. Да или нет?

- Да, - удалось выдохнуть Нику сквозь стиснутые зубы.

Йонас мрачно кивнул.

- Я хочу, чтобы они умерли. Но сначала мне нужно помочь друзьям. И чтобы помочь им, мне нужна помощь от кого-то, кто заслуживает доверия и носит мундир. Знаю, что обо мне говорят и в чём обвиняют. Если меня узнают, меня убьют, а убийца получит хорошую награду.

- Нам пора убираться, Йонас, - проворчал его спутник. – Давай ускоримся.

Йонас не отводил от Ника взгляда.

- Мне нужна твоя помощь. Ты должен знать, что согласившись, может быть, тебя убьют, но это будет славная смерть. Если ты откажешься, я не убью тебя. Ты можешь вернуться к своей новой жизни на коленях перед королём. Это твой выбор. Твой ответ означает твою судьбу. Прямо сейчас скажи, Ник, ты со мной? Или ты против меня?

После этого дня с избиением и издевательствами, что заставили его почувствовать себя бесполезным, у Ника был выбор. От того, кого он ненавидел с первого момента знакомства.

Мятежного пелсийского дикаря, что мечтает о мести.

Лидера мятежников, что проигрывали столько раз.

Предполагаемого убийцы королевы Альтии.

Похитителя Клео.

Йонас Агеллон был столь же надёжным, столь слизкая морская змея.

И ни одно решение в его жизни не было проще.

Глава 14

Лисандра

Оранос

Она вспомнила, как мальчишки смеялись над нею в деревне, когда ей было шесть или семь лет. Однажды один особенно неприятный мальчик толкнул её на обратном пути из леса, тащащую дрова, за которыми её послали.

Она не заметила его ногу и не заметила лужу грязи, пока не приземлилась лицом вниз туда, и дрова посыпались туда следом за нею. Испорченные.

- Лисандра – плакса! – дразнился другой, когда она расплакалась. Его друзья тоже расхохоталась. – Ха-ха-ха! Плачь, Лисандра, плачь сильней!