Терри Брукс - Эльфийские камни Шаннары

Ознакомительный фрагмент

Уже совсем стемнело, и Кефело наконец объявил привал на окруженной дубами поляне у маленького озерца. Скитальцы, как всегда, развернули повозки кругом. Грохот и скрип колес наполнили тишину. От долгого сидения на козлах все мышцы Вила затекли и болели, так что он едва мог пошевелиться. Пока все были заняты — мужчины распрягали коней, женщины готовили ужин, а дети резвились, — Вил осторожно слез с козел и решил пройтись. Амбель куда-то делась, но он не стал ее искать. Вил отошел к краю поляны и до боли в суставах потянулся.

Буквально через минуту он услышал звук шагов и обернулся. К нему приближалась Эретрия — еще одна тень в вечерних сумерках, такая же смутная и изменчивая. Она была в сапогах и кожаной куртке для верховой езды, вся в черном, только на поясе и на шее — алые пятна шелковых шарфов. Черные волосы в беспорядке рассыпались по плечам. Она улыбалась ему, черные глаза сверкали озорством.

— Не ходи далеко, а то заблудишься, Вил Омсфорд, — сказала она. — Что ты будешь делать, если наткнешься на беса?

— Подумаешь, бес. — Вил поморщился, потирая поясницу, — В любом случае я не собираюсь заблудиться до того, как мне дадут поесть.

Он опустился на густую траву и прислонился спиной к дубу. Эретрия молча смотрела на него, потом села рядом.

— Где ты была весь день? — спросил Вил, желая вызвать ее на разговор.

— Следила за тобой, — ответила она и лукаво улыбнулась, увидев выражение, появившееся на его лице. — Поэтому ты меня и не видел. Ты не знал об этом.

Он смутился.

— А зачем?

— Кефело хочет, чтобы тебя не оставляли без присмотра — Она подняла брови. — Он не доверяет тебе и этой эдьфийке, которую ты называешь сестрой.

Теперь она смотрела на него пристально и дерзко, как будто ожидая, что он на это скажет. Вил опять смутился, но быстро овладел собой.

— Амбель — моя сестра, — сказал он так твердо, как только мог.

Эретрия, надув губки, покачала головой.

— Она тебе такая же сестра, как я — дочь Кефело. Сестра не может смотреть на брата так, как она смотрит на тебя. Глаза выдают ее. Она не сестра тебе, нет. Впрочем, мне-то какая разница… Если ты утверждаешь, что она твоя сестра, хорошо, пусть будет так. Только смотри, чтобы Кефело не раскусил твою маленькую ложь. Он не любит, когда с ним играют. Очень не любит.

Теперь уже Вил вытаращил глаза.

— Подожди, — сказал он после непродолжительного молчания, — Что ты имеешь в виду: «такая же сестра, как я — дочь Кефело»? Он же сказал, что ты — его дочь.

— То, что говорит Кефело, и то, что есть на самом деле, редко совпадает, если вообще когда-нибудь совпадает. — Она наклонилась вперед. — У Кефело нет своих детей. Он купил меня у моего отца, когда мне было пять лет. Мой отец был беден, ничего хорошего не ожидало меня в будущем. И потом, у него есть еще дочки, так что для него это не было большой потерей. Теперь я принадлежу Кефело. Но я ему не дочь.

Эретрия сказала это так откровенно, что Вил некоторое время молчал, не зная, что ответить. Она увидела его замешательство и весело рассмеялась.

— Мы — скитальцы, Вил, и ты знаешь наши законы. Кроме того, все могло быть гораздо хуже. Кефело — старейшина, его уважают и боятся. И у меня совсем неплохая жизнь, ведь я вроде как его дочь. Я пользуюсь большей свободой, чем остальные женщины. И я многому научилась, целитель. Поэтому я не такая, как все.

— Ну, с этим я не могу спорить, — согласился Вил. — Но почему ты мне все это рассказываешь?

Она сжала губы и вызывающе посмотрела на него, как бы поддразнивая.

— Потому что ты мне понравился, почему же еще?

Вил старался не смотреть ей в глаза.

— Этого я и боялся.

Эретрия резко выпрямилась. Теперь ее лицо было дерзким и надменным.

— Она что, твоя жена? Или вы собираетесь пожениться?

Вил удивился.

— Нет.

— Хорошо. А то я подумала, что… — Эретрия снова улыбнулась своей озорной улыбкой, — Кефело не собирается отдавать тебе коня.

Вил обдумал это заявление, потом спросил:

— Это точно?

— Я знаю, что он за человек. Он не отдаст тебе коня. Он разрешит тебе ехать с нами, если ты не будешь причинять ему беспокойства, например пытаться украсть коня. Но он никогда не вернет его по доброй воле.

Лицо долинца ничего не выражало.

— Я еще раз спрашиваю: почему ты говоришь мне все это?

— Потому что я могла бы тебе помочь.

— А почему ты хочешь мне помочь?

— Потому что и ты можешь помочь мне.

Вил нахмурился.

— Как?

Эретрия откинулась назад, усаживаясь поудобнее. В ее глазах заплясали веселые огоньки.

— Я полагаю, Вил Омсфорд, что ты не тот, за кого себя выдаешь. Ты не простой целитель, путешествующий по лугам Каллахорна вместе со своей сестрой. Мне кажется, ты сопровождаешь ее как покровитель, защитник. — Она подняла руку, предупреждая его возражения. — Не торопись отрицать это. Ты не сможешь меня обмануть: я все же дочь самого главного обманщика в мире, ты не забыл? Я изучила это искусство гораздо лучше, чем ты. — Она улыбнулась и положила ладонь на его руку. — Ты мне нравишься, Вил, правда нравишься. Я хочу, чтобы ты получил своего коня обратно. Очевидно, это для тебя очень важно, иначе бы ты не пошел за нами. Но один ты ничего не добьешься. А я могу помочь тебе.

Вил с сомнением смотрел на нее.

— Но зачем тебе это надо? — наконец спросил он.

— Когда я помогу тебе вернуть коня, я хочу, чтобы ты взял меня с собой.

— Что?! — вырвалось у Вила.

— Чтобы ты взял меня с собой, — твердо повторила девушка.

— Но я не могу!

— Можешь, если ты хочешь вернуть коня.

Он беспомощно покачал головой.

— Но почему ты хочешь уйти? Ты же сама только что говорила…

Эретрия резко прервала его:

— Все это в прошлом. Теперь Кефело решил, что мне пора замуж. По обычаю скитальцев, он сам выберет мне мужа и за определенную плату отдаст меня ему. Да, у меня была неплохая жизнь, но я не желаю, чтобы меня продали во второй раз.

— А разве ты не можешь уйти сама? Ты вполне на это способна.

— Если на то пошло, я способна на гораздо большее, целитель. Вот почему я нужна тебе. Если тебе удастся увести коня — хотя вряд ли тебе это удастся без моей помощи, — скитальцы погонятся за тобой. А раз это произойдет, тебе ничего не остается, как взять и меня вместе с конем. Ведь я достаточно знаю о скитальцах, чтобы помочь тебе уйти от погони, — Она пожала плечами, — Я думала о том, чтобы уйти самой. Если не будет выбора, лучше уйти, чем снова быть проданной, да еще неизвестно кому'. Только куда мне идти? Скитальцам нигде не рады, а я, нравится мне это или нет, — одна из них. Если я уйду одна, я везде буду отверженной. Безрадостное существование, правда? Но с тобой мне будет легче: ты — целитель, тебя уважают. Я не прошу большего: просто путешествовать вместе с тобой. Я могла бы помогать тебе в твоем деле. Я способная. Ты увидишь, что я…