Иной Мир - Николай Воронов

С этим утверждением, конечно можно было поспорить, вспомнив, сколько людей осталось лежать в этих лесах, убитые теми самыми язычниками. Но я, разумеется, промолчал, взбираясь на пригорок вслед за Дарвишем.

— Постараемся не высовываться. Чем позже гоблины узнают о нашем присутствии, тем выше наши шансы отчалить живыми.

Сегодня ночью Дарвиша буквально захлестывали волны оптимизма. Я же, не смотря на приподнятый боевой дух и козырь в руках, в виде заклинания, воспринимал обстановку достаточно скептически, ожидая, что в любой момент все пойдет не так, как было задумано. Что, в общем-то, и произошло. Не знаю, что понадобилось ползающему у рисунка шаману на плоту, но пару минут спустя, как мы заняли позицию на возвышенности, он вместе с двумя вооруженными факелами гоблинами, двинулся в сторону пристани.

— Да вы издеваетесь!! — Сквозь зубы застонал я, наблюдая за приближающимся гоблинским колдуном.

— Таррело, мы с тобой займемся шаманом. Нельзя дать ему колдовать. Китан, возьми на себя двоих гоблинов, у них, кроме факелов и кинжалов, оружия нет.

Мы залегли в плешивых кустиках по обе стороны от тропинки, соединяющей лагерь с пристанью. Сквозь просвет в листве я наблюдал за приближающейся троицей гоблинов. Шаман шел по центру, спереди и сзади охраняемый освещающими дорогу факелоносцами. Это был старик с длинной седой бородой, росшей на его клыкастой морде. Нечесаные клоки длинных седых волос свисали до плеч и в темноте были похожи на щупальца осьминога. В руках шаман держал деревянный посох с набалдашником из черепа какой-то лесной твари.

Магическим зрением я видел исходящую от этого посоха мощь собранного в нем колдовства. Вне всякого сомнения, этот шаман был не из слабых. Если Дарвиш с испанцем промедлят хоть на секунду, боюсь, он раскидает наши кишки по всем окрестным деревьям.

Шаг, еще один. Свет факелов освещает тропу и придорожные кусты. Их листва слишком редка, чтобы скрыть притаившегося в них человека. Свет факела падает мне на лицо и я вижу, как расширяются от удивления глаза заметившего меня гоблина.

Ветки треснули, расступаясь, когда я на полной скорости рванул вперед, раскручивая цепь. Вскрикнувший гоблин попытался закрыться от меня факелом, но цепь, выгнувшись продолжила свое движение. Стальной шар бьет гоблина в лицо, превращая его в кровавый фарш. Первый готов. Краем глаза наблюдаю за тем, как выскочившие с другой стороны тропы, Дарвиш и Торрело несутся к шаману.

Только сейчас я осознавал, насколько рискованной была наша авантюра. Если нам и удалось застать врасплох старого шамана, то среагировал он молниеносно. Легкий взмах рукой и перед шаманом возникает плетение заклинания, стягивающее отовсюду частицы пыли и песка, образовывая вокруг него кокон. Клинок и сабля беспомощно вязнут в выставленной защите, а шаман не тратя ни секунды, взмахивает своим посохом. Надетый на изголовье посоха череп, вспыхивает лучами голубого света, за доли секунды трансформируясь в толстые цепи, спутывающие по рукам и ногам моих товарищей.

Чёрт возьми, всего пара секунд и опытные бойцы, прошедшие не один десяток битв и мастерски владеющие оружием, лежат на земле спелененные и беспомощные, словно младенцы. Еще одно доказательство необходимости скорейшего изучения магии. Если уж этот гребаный шаман, проживший всю свою жизнь в диком лесном племени способен на подобное, то что могут маги вроде того же черепка?

Времени раздумывать или просчитывать ситуацию уже не было. Сейчас меня могли спасти только скорость и удача — сумасшедшая удача, если честно. Что есть силы, рванув к шаману, я обратился мысленным взором к своему источнику, зачерпывая оттуда максимально возможное количество манны, направляя ее в свою руку. Как и тогда в некрополе, я видел сотворенное стариком заклинание — это был каркас, удерживающий, наполненную магией пыль. Моя ладонь врезалась точно в центр этого рисунка, а выпущенный импульс вдребезги разорвал чужую волошбу. Потерявшая над собой контроль пыль, с тихим шелестом осыпалась на тропу.

Я встретился взглядом с шаманом, понимая, что счет шел на доли секунды, сейчас этот старик придет в себя и размажет меня тонким слоем кровавого месива. Раскручивать кистень времени уже не было, поэтому отбросив бесполезное сейчас оружие, я выхватил из-за пояса кинжал. Толстое, хорошо отточенное лезвие вошло колдуну в сердце, почти не встречая сопротивления. Но этого мне показалось мало. Крутанув лезвие в ране, я извлек кинжал, нанося шаману один удар за другим.

— Чёрт, чёрт! — Я бил не останавливаясь, по уже умершему шаману.

— Китан, приди в себя — он мертв! — Крикнул освободившийся Дарвиш. В его руках снова была сабля, и он был готов к бою.

— Мертв? Да щас! — Зло закричал я.

В отличие от моих товарищей, я видел в магическом зрении, как над телом шамана разгорается все сильнее и сильнее напитывающийся магией призрак. Призрачный дух старика тянул из своего, уже мертвого тела, манну, наполняя ею свою нынешнею оболочку.

— Да чтоб тебя черти взяли. Когда же ты сдохнешь! — В отчаянье завопил я.

Это была настоящая магия, искусство, которое можно постичь лишь длительными тренировками и терпением. В сравнении с этим вот стариком я сам себе казался маленьким ребенком, неожиданно решившим бросить вызов боксеру-тяжеловесу.

Действуя скорее по интуиции, чем с трезвым расчетом, я выхватил из мертвых рук шамана посох, наполняя его своей магией. Удивительно, но посох отозвался. Череп на его основании вспыхнул зеленым светом. Размахнувшись, я воткнул его в почти материализовавшийся дух старика. В этот момент мир вокруг потопила ядовито зеленая вспышка. Дух исчез, но и посох разлетелся на куски, отбросив меня назад ударной волной.

— Господь всемогущий, что это было? — Потрясенно спросил Таррело.

— Магия. — Коротко ответил я, глядя на свои окровавленные руки.

Лопнувший от переполнявшей его магии посох, взорвался точно легкая граната, разодрав кожу и мышцы на моих ладонях. Смотреть на свои руки было страшно. В некоторых местах раны были настолько глубоки, что можно было увидеть белые кости. Приплыли.

— Вставай. Китан, черт тебя дери, ходу! — Кричал мне в ухо Дарвиш, пытаясь волочь меня за собой.

Оглядевшись, я увидел, что наш бой не остался незамеченным в гоблинском лагере. Казалось, мы разворошили муравейник. Гоблины бежали со всех сторон, выбегая десятками из своих шалашей с копьями в руках и направляясь в нашу сторону. А возглавляли эту процессию двое шаманов с посохами в руках и в окружении охраны они быстро топали в нашу сторону, на ходу формируя плетения заклинаний.

— Здесь. Я. Не сдохну! — Зарычал я.

Упав на колени, я выставил перед собой искалеченные ладони, мысленно разворачивая заклинание, освобождая его из тисков воли. Вот тебе и последний довод