Эления - Дэвид Эддингс

оружие казалось непомерно тяжелым. Он хотел освободиться от этого веса, и так легко было дать мечу выскользнуть из его пальцев и валяться потерянным в пахнущей навозом темноте. Но только смерть смогла бы заставить истинного рыцаря расстаться со своим мечом, и Спархок мрачно сжимал эфес в кулаке и нетвердой походкой шел на звон. Он замерз, и кровь, текшая из его ран, казалась ему очень теплой, даже согревающей. И таким долгим был его путь через эту холодную ночь…

⠀⠀ ⠀⠀

⠀⠀ ⠀⠀

— Спархок, — неожиданно раздался голос оруженосца рыцаря, трясшего его за плечо. — Спархок, проснись. У тебя опять кошмар.

Спархок открыл глаза. Он был весь в поту.

— Все тот же? — спросил Кьюрик.

Спархок кивнул.

— Может быть, это прекратится, когда ты наконец убьешь Мартэла.

Спархок сел в кровати.

— Я думал, — ухмыльнулся Кьюрик, — тебе снится кое-что другое. В конце сего дня ты венчаешься со своей суженой, а женихам всегда снятся перед этим кошмары. Это такая старая традиция.

— Тебе тоже не спалось перед тем, как ты женился на Эсладе?

— О, да, — рассмеялся Кьюрик. — За мной во сне что-то гналось, и я бежал на берег, чтобы сесть на корабль и спастись. Но вот незадача — кто-то все время отодвигал море. Хочешь позавтракать, или сначала вымоешься, и я тебя побрею?

— Я сам могу побриться.

— Сомневаюсь. Вытяни-ка руку.

Спархок вытянул вперед правую руку. Она заметно дрожала.

— Да, сегодня тебе точно не стоит бриться самому, милорд. Пусть это будет мой свадебный подарок королеве. Я не позволю тебе отправиться к ней в постель в первую брачную ночь с изрезанным лицом.

— Какое сейчас время?

— Где-то полчаса до рассвета. Вставай, Спархок. Впереди целый день. Да, кстати, Элана прислала тебе подарок. Его принесли вчера поздно вечером, когда ты уже спал.

— Ты должен был меня разбудить.

— Зачем? Ты все равно не можешь носить ее в постели.

— Что ты имеешь в виду?

— Твою корону, милорд.

— Мою что?

— Корону. Ну, шляпу такую. Однако от непогоды она вряд ли защитит.

— И о чем только думает эта девчонка?

— О своей ненаглядной собственности, милорд. Ты — принц-консорт — или будешь им к вечеру. Да ты не вредничай, это не такая уж плохая корона — если можно так выразиться. Золото, драгоценные камни и все такое…

— Где она ее взяла?

— Она заказала ее, когда ты уехал из Симмура, и привезла сюда с собой — так рыбаки всегда носят леску с крючком в каком-нибудь из своих карманов. Думаю, твоя подруга хотела быть во всеоружии, если подвернется какая оказия. Ты знаешь, она хочет, чтобы я нес эту штуку на бархатной подушечке на сегодняшней церемонии. И как только вас обвенчают, она тут же водрузит тебе ее на голову.

— Какая глупость… — фыркнул Спархок, спуская ноги с кровати.

— Может и так, но пойми, что женщины смотрят на мир совсем не так, как мы. И, представь себе, это делает жизнь гораздо интересней. Так что сначала? Будешь завтракать или мыться?

⠀⠀ ⠀⠀

Этим утром они собрались в замке, поскольку в Базилике все еще царила суета, Долмант переиначивал все на свой лад, и духовенство расползалось, как муравьи из разрушенного муравейника. Огромный патриарх Бергстен, все еще в кольчуге и рогатом шлеме, поставил свой боевой топор в угол.

— Где Эмбан? — спросил его король Воргун. — И Ортзел?

— Они заняты с Долмантом, — ответил Бергстен. — Сарати решил основательно заняться наведением порядка в Базилике. Эмбан составляет список всех неблагонадежных церковников, и вскоре во многих монастырях прибудет обитателей.

— А Макова? — спросил Тиниен.

— Он отправился одним из первых.

— А кто теперь председательствует вместо него? — поинтересовался король Дрегос.

— Как кто? Эмбан, конечно. А Ортзел теперь новый глава духовной семинарии. Возможно, это подходит ему больше всего.

— А ты? — спросил его Воргун.

— Сарати дал мне довольно оригинальное назначение, — ответил Бергстен. — Мы еще не придумали, как это назвать. — Он сурово посмотрел на магистров.

— Между Воинствующими Орденами существует с давних пор одно разногласие, — сказал он им. — Сарати потребовал, чтобы я положил этому конец. — Его густые брови угрожающе сошлись на переносице. — Я думаю мы понимаем друг друга.

Магистры нервно переглянулись.

— Ну, — продолжил Бергстен. — Вы что-нибудь уже решили?

— Мы все еще спорим об этом, ваша светлость, — ответил Вэнион. Лицо Вэниона было почему-то серым этим утром, и он выглядел несколько больным и усталым. Спархок иной раз забывал, что Вэнион был намного старше, чем казался. — Спархок все еще носится с этой самоубийственной идеей, а мы не можем предложить ничего другого более убедительного. Завтра утром мы собираемся отправить рыцарей Храма в Лэморканд, чтобы занять там некоторые из крепостей, а остальная армия выступит за ними, как только соберется.

Бергстен кивнул.

— А ты, Спархок, что именно собираешься делать?

— Я думаю, пойду, убью Азеша, Мартэла Отта и Энниаса и вернусь домой, ваша светлость.

— Очень смешно, — сухо произнес Бергстен. — Мне необходимо будет доложить об этом Сарати, так что, будь добр, расскажи все в подробностях.

— Да, ваша светлость. Мне кажется, что все согласились с тем, что у нас нет особого шанса догнать Мартэла до того, как он со своими спутниками доберется в Земох. У него три дня форы — считая сегодняшний день. Мартэл не слишком бережет лошадей, и, думаю, у него