Шамраев Юрьевич - Серый бог

Через три дня моего неспешного путешествия на юг меня догнал королевский гонец и передал запечатанный пакет. Письмо было от его величества:-… Мой мальчик, я понимаю как тебе сейчас тяжело, но зачастую мы вынуждены жертвовать самым дорогим, что у нас есть… В пакете лежал документ, согласно которого мне разрешалось посещать и осуществлять поиски в руинах мерсисайских городов, куда доступ всем остальным был запрещен, так как они находились в собственности короны и любое нарушение каралось смертной казнью.

Там же в пакете лежала небольшая записка от барона Ирвина:- Попробуй разгадать загадку, — почему практически одномоментно империя погибла? Куда делись все её жители? По непроверенным данным, мы уже 4 цивилизация, которая возникла на этих землях, а все три предыдущие бесследно исчезли…

Барон знал чем меня заинтересовать и отвлечь от грустных дум. Я стал вспоминать все, что мне известно было о мерсисайцах и их империи. Империя существовала практически в тех же границах, в которых сейчас существует цивилизованный мир: Готия, Галия, Галисия, Султанат. Правда её границы простирались значительно дальше на север и достигали предгорий Крыши мира. По уровню своего развития мерсисайцы соответствовали нам, а в некоторых вопросах и превосходили. Я не исключаю, что те кольчуги и пистоли, что так неожиданно попали в мои руки от неизвестного доброжелателя, — не что иное как наследие имперских мастеров.

От мыслей о мерсисайцах я неожиданно для себя перешел к думам о старомерсайском языке, более древнем чем мерсисайский. А что если на месте империи, задолго до неё, действительно существовало другое государство, о котором нам почти ничего не известно и только разрозненные упоминания в летописях да несколько чудом сохранившихся книг и произведений искусств. Эти мысли все более и более занимали меня днем, а по ночам я думал о моей Глории.

На пятый день моего пути я заметил первые признаки, что за мной следят. Это произошло случайно. Я остановился, что бы поправить подпругу у Мары и заметил двух всадников вдалеке. Не придав этому внимания я продолжил путешествие. Но когда я остановился на опушке леса что бы пообедать, то те же всадники вновь привлекли мое внимание. Ехал я, можно сказать, очень неторопливо, так что догнать и перегнать они меня могли уже несколько раз. Но этого не произошло, а значит у них была другая цель. Можно конечно было бы предположить, что это люди барона Голубых озер, но во первых сэр Ирвин держал в своем штате только подготовленных профессионалов, а во вторых вот так явно вести за мной слежку, — не его подчерк, а значит это были те, кто охотился за мной и они наконец то напали на мой след.

Я проверил свое оружие:- надежные и проверенные временем пистоли, что хранились в кобурах на крупе Мары, свой новый двуствольный, что находился у меня за поясом, шпага Брисака на поясе и мой старый, проверенный клинок, что был под рукой, закрепленный на седле. В этот раз я впервые пожалел, что не приобрел себе фузею. С учетом того, что её можно было зарядить картечью, и учитывая её дальнобойность — это было страшное оружие

К вечеру я добрался до постоялого двора. Комнату себе выбрал угловую на втором этаже с одним окном, что выходило во двор и к тому же закрывалось на пару очень крепких крючков. На двери тоже был запор, осмотр пола и стены, что соединяла меня с соседней комнатой результатов не дал. Ни пустот, ни люков, даже под лежанкой и то было пусто. Небольшой лючок был только на потолке и вел по всей видимости на чердак.

Обедал я в общем зале. Мое внимание привлекла небольшая группа людей, что старательно стоили из себя простолюдинов и по моему переигрывали. Ну во первых у простолюдинов не может быть таких следов от колец на пальцах, во вторых они пили дорогое вино, и один из них расплачивался за него золотом, а в третьих они старательно не обращали на меня ни какого внимания, в то время как другие посетители пялились на меня во все глаза, так как я был единственным на половине для благородных гостей.

После ужина я в своей комнате соорудил муляж спящего человека и уложил его на лежанку, а себе приготовил лежбище в углу, затушил свечу и приготовился ждать. Однако ничего не происходило, я даже стал дремать, как вдруг всю дрему как рукой сняло:- по потолку кто то шел, доски поскрипывали в такт шагам. Однако этот кто то или был очень худым человеком, или подростком. Вскоре шум затих. Я осторожно спустил курки пистоля. До утра уже ничто не нарушало моего покоя. Как только внизу стали раздаваться голоса первых, самых ранних посетителей, я спустился в зал. Оказалась, что мои "приятели" съехали ещё затемно. Это мне совсем не понравилось. Аж дрожь по телу, вдруг засада. Одно дело, когда встречаешь врага лицом к лицу и совсем другое дело выстрел из кустов или с дерева.

Решение пришло быстро. Ждёте? Ждите, а мы торопиться не будем. Нервишки то у вас не выдержат, кто нибудь да приедет проверить, что и как тут и куда я делся. Заполнив седельные сумки, оседлав Мару и проверив свое оружие, я удобно расположился на охапке сена в конюшне, дав конюху серебряную монетку, что бы он меня не замечал. Ждать мне пришлось не очень долго. Во двор въехал один из тех, кого я приметил ещё вчера, только в этот раз свою серую шляпу и потертый камзол он сменил на богатую одежду. Под ним был породистый скакун, а его шпагу и пистоли украшали золотые насечки. Даже на кирасе были золотые вензеля. Только кираса была больше парадной а не защитной. Да, богатый лорд. Он соскочил с коня, бросив его на дворе и быстро пошел в помещение. Я тут же вывел Мару из конюшни и прихватив повод гордого скакуна вывел обоих лошадей за пределы постоялого двора.

Привязав их к какому то кусту и пока коняки знакомились, я приготовился к встрече. Ошибка моего "доброго знакомого" заключалась в том, что он оставил свои пистоли на коне, а со шпагой я не очень его опасался. Вскоре во дворе раздались рев разъяренного человека и отборное ругательство. — Не меня ли ищете сударь, не знаю как вас там? А где оставили своих друзей? Не ужели вы опустились до такой низости, что собрались стрелять мне в спину? Незнакомец ничего не ответил, а обнажил шпагу и бросился на меня. " Никогда не бросайся на противника сломя голову, — учил меня сэр Труор, — внимательно посмотри, а вдруг это красивая женщина…,такой можно и в плен сдаться."

Фехтовальщик из него был слабенький, да и шпагу, судя по всему, он давно не держал в руках. Через несколько минут мне удалось ранить его в запястье и его клинок выпал из руки. По правде говоря рана была пустяковой и с ней можно было продолжать поединок, но вид своей крови настолько повлиял на моего визави, что он побледнел и чуть было не упал без чувств. — А вы, что думали сударь, что я вот так просто подставлю свою грудь под вашу шпагу? Надо быть готовым, что и ваша грудь может попробовать вкус моего клинка. — Ты, ты, молокосос, все равно наша месть тебя достанет, не я так сэр Траверс, не он так кто другой, ты покойник… — Ну это мы ещё посмотрим, — я поднял с земли его шпагу и нанес резкий удар в область сердца. Со скрежетом пробив кирасу клинок вошел в его тело и он как мешок рухнул к моим ногам. — Не всегда жертва ждет, когда её убьют, иногда она не только сопротивляется, но и кусается, вот так то. Я не стал вытаскивать его шпагу из груди. Пусть это будет предостережением остальным.