Кассандра Дженкинс - В ЗИН-АЗШАРИ

— Уймите этого придурка, — зашипели остальные граждане.

— Пойдем, Морди, пойдем.

Друзья пытались вывести его с кладбища, но Отрекшийся вырвался и, бормоча проклятия, ушел сам.

— Простите его, посол, — обратился к Паруку один из друзей Морди. — Перебрал малость, очень уж он землетрясений боится.

Нежить боится землетрясений… «А почему нет?», — подумал Парук. Ведь были же они когда-то живыми людьми со своими страхами и страстями. Чем дольше Парук жил в Брилле, тем чаще в живых мертвецах с отваливающейся челюстью он видел обычных людей, занятых ежедневными заботами. Весь мир страшился этих изуродованных людей, считая их монстрами. А они сами боялись каждого путника, встреченного ими, ожидая принять смерть от его руки.

Толчки прекратились, и нежить потянулась в Брилл. Парук заметил Рэндала Сварта, быстрым шагом идущего по направлению к городу, и решил выйти ему на встречу. Но в последний момент Отрекшийся резко свернул вправо, в глубь леса и, казалось, даже ускорил шаг. Парук решил идти следом за ним и держался достаточно далеко, чтобы Отрекшийся не заметил его. Рэндал шел, втянув голову в плечи. Молодой орк подумал, что у посла какая-нибудь секретная миссия по просьбе самой Королевы, но так увлекся этой идеей, что потерял его из виду. Как вдруг скрипучий голос Отрекшегося раздался совсем рядом:

— Меня ищите?

Парук развернулся. Лысый и сгорбленный, застрявший на 50-летнем возрасте. Кости рвали его сухую кожу и выпирали в локтях и скулах.

— О, Рэндал, как я вам рад, — с улыбкой ответил Парук. — Я, кажется, заблудился. Тирисфальские леса так безжизненно одинаковы.

— Ага, — Рэндал скосил глаза влево.

Там, немного поодаль, тихо поскрипывая лопастями на ветру, возвышался указатель.

— Само провидение послало меня к вам, не иначе, — продолжал улыбаться Парук. — Значит, в Серебряный Бор надо было налево повернуть.

— Так поворачивайте.

— Знаете, жуть такая берет, когда один по Тирисфалю путешествуешь… Вас нет?

— Чего вы хотите, Парук? — устало спросил Сварт. — Отправляйтесь в свой Серебряный Бор, только меня оставьте в покое.

— Серебряный Бор он ведь, в первую очередь ваш, Рэндал. Это территория Отрекшихся.

— Отрекшихся — да, но не мой точно.

— Что вы задумали?

Посол Отрекшихся долго молчал.

— Перестаньте сверлить меня взглядом, Парук, — наконец, сказал он. — Вы тщетно ищете хоть какую-то эмоцию, которая выдаст меня. Выражение моего лица уже лет десять не менялось. Вы ведь знаете, что Лорд Фордрагон поселился в Дольном Очаге?

— Да, Альянс стал вплотную подбираться…

— Нет. Дольный Очаг — это город Серебряного Рассвета. Это нейтральный город.

— Как? — воскликнул Парук. — В Брилле на каждом углу кричат, что Альянс хочет отобрать земли Лордаерона и их первый шаг — возврат Дольного Очага. Да вы сами это говорили!

— Именно, — сухо ответил Рэндал. — Я не знаю, зачем эта ложь нужна Темной Госпоже. Но я не собираюсь ее поддерживать.

«Ложь или Королеву?» — подумал Парук, но не успел задать своего вопроса, Рэндал продолжал, устремив свои впалые глаза куда-то вдаль.

— Я устал ненавидеть. Живым я воевал на стороне короля Теренаса за Лордаерон. После смерти я был поднят Королем Мертвых и истреблял все живое на своем пути. Когда его сила ослабла, Темная Госпожа объединила нас и велела бороться против Плети. Оглядываясь назад, я не могу понять, почему все мое существование — это постоянная борьба против кого-то?

Он снова помолчал и потом продолжил:

— Наше существование оправдывало себя, когда мы мстили нашему Создателю. Представьте, никчемные трупы, которых Король Мертвых поднимал против их воли, находили в себе силы и шли против него самого. Теперь он умер, — с горечью сказал Сварт. — Ненавидеть живых только потому, что они живы, я не могу. Темная Госпожа, как и ее последователи, привыкла существовать в ненависти. И теперь она ищет новую цель. Альянс для этого идеально подходит. В глазах людей мы до сих пор часть Плети.

— Куда же вы направляетесь? — тихо спросил Парук.

— В Дольный Очаг, к Лорду Фордрингу. Буду служить в Серебряном Рассвете. Говорят, там расы Азерота равны друг перед другом. Даже мы, Отрекшиеся.

— До Дольного Очага путь не близкий.

— Я не чувствую усталости. Дикие звери будут сами меня сторониться, а если судьба сведет меня с живым… Что ж, я буду только рад, если он прервет мое существование. Но это не значит, что я не буду сопротивляться.

— А нападение ночных эльфов в Серебряном Бору? Это тоже ложь?

— Вы посол Вождя, Парук, и вы настолько доверчивы? — покачал головой Сварт. — Который год ночные эльфы курсируют вдоль стен Гильнеаса. И они никогда не нападали на Отрекшихся. Но Темная Госпожа велела помалкивать об этих прибытиях и только сейчас рассказала об этом своему народу. И новость произвела должный эффект.

— Я все-таки решил направиться в Серебряный Бор. Найду ли я там нужные мне ответы?

— Возможно. Если вы будете относиться к врагам, так же хорошо, как и к союзникам. Нет, я не призываю вас к дружбе с Альянсом. Вы к этому и не готовы, как и большинство ордынцев. Мои ощущения могут меня обманывать, но я чувствую, как Зло множит свои силы в Азероте. И ему все равно, из какой вы фракции.

— Последним врагом Азерота был Король Мертвых, вряд ли он…

— Конечно, нет, — раздраженно ответил Сварт. — Я удивлен, насколько вы близоруки в вопросах политики и истории мира, в котором живете. И мудрый Тралл назначил вас послом, как такое возможно… Прощайте, юноша.

— Постойте, Рэндал…

— Я не буду больше отвечать на ваши вопросы. Если вам суждено понять, что происходит в мире, рано или поздно — вы это поймете. Если — нет, я не хочу тратить свое время. Как вы уже сказали, путь не близкий. Хоть с географией у вас все хорошо…

Он свернул в глубь леса и вскоре исчез из виду. Ошарашенный Парук стоял на одном месте некоторое время, а потом побрел, куда глаза глядели, размышляя над сказанными Свартом словами. Зачем Темная Госпожа велела сообщить своему народу, что нейтральный город Серебряного Рассвета принадлежит Альянсу? Ненависть к живым людям в небьющихся сердцах Отрекшихся не нуждалась в подпитке. Каждый из них боялся, что теперь после свержения Короля Мертвых люди примутся за земли Лордаерона.

— Опасайся живых, — всегда говорили Отрекшиеся собратьям, отправляющимся за пределы Тирисфальских лугов.

Враг, от которого исходила опасность, всегда был определен. Но зачем понадобилось теперь людей и нежить, смертельно боящихся друг друга, сталкивать лоб в лоб? Зачем Леди Сильване открытая война? Теперь Парук сомневался во всем, что ему было известно. А действительно ли Круг Кенария нашел способ очистить от чумы землю и не выдумка ли это? Рэндал не дал ему ответа о нападении ночных эльфов, а значит, морской баталии могло и не быть вовсе. А ночные эльфы… Что им нужно в Гилнеасе?