Алина Багазова - Виолетта. Белый единорог

Неформально — Стефан закрывает глаза на эти проделки учеников, иногда даже сам даёт советы. Впрочем, довольно завуалированные, придраться не к чему.

— Но это при условии, что ты действительно хочешь им отомстить…

— Учитель, предлагаешь простить их? — усмехнулась я.

— Ни в коем разе, — покачал головой Стефан, — не наша это прерогатива. Но зачем что-то делать своими руками?..

Я хотела возразить, и осеклась. И задумалась. Так вот он что имеет в виду…

Сначала я подумала, что он предлагает мне попросту их «выпить». Куда уж было бы проще… Но сейчас я поняла, что есть и другие варианты.

— Понимаю…да… — медленно сказала я и подумала об Аскольде.

— Ты молодец, сообразительная, — Стефан ласково потрепал меня по щеке.

А я, пользуясь случаем, прильнула к нему, прижалась, дрожа всем телом. Он ласково поглаживал меня по волосам, его руки, такие горячие… Мне так захотелось, чтобы он…

За дверью послышались шаги, скрип лестницы, и Стефан осторожно отстранился. Не выпуская меня, однако, из объятий. Я же чувствовала себя застигнутой на месте преступления.

Дверь открылась и вошла Лиска.

— О! Привет, — растерянно произнесла она, — а я думала, что буду первой.

Прозвучало это настолько двусмысленно, что отчего-то всю меня окатило горячей волной смущения. Лиска смотрела на меня, и я видела бушующую в её глазах ревность. Стало стыдно, хотя я и не понимала причины.

К счастью, именно в этот момент Чертень принесла мой «заказ», в ожидании повернулась к новоприбывшей, и напряжение спало само собой.

Стефан быстро засобирался по своим делам, и едва покинул комнату, как начали прибывать ребята. Я так и не узнала, зачем Лиска пришла так рано. А она зачем-то пришла, потому что вид у неё был расстроенный.

Весь день, на занятиях, я периодически уходила в себя и обдумывала план действий по отмщению. Пару раз учителя делали мне замечания, а потом, когда в тренировочном бою, меня порвали в клочья, Учитель Хранителей Аристарх переглянулся со Стефаном и предложил мне уйти с занятий пораньше. Но я отказалась и с усердием провинившейся из-за невнимательности ученицы принялась за дело.

Вернулась домой немного разбитая, но с вполне созревшим и оформившимся решением.

Убедившись, что мама ушла на работу, спокойно и неторопливо приняла душ. Сегодня у меня рабочий день, но я позвонила Кемалю и нагло отпросилась, сославшись на то, что у меня встреча с Аскольдом. В общем, я не врала, потому что затем сразу же позвонила Аскольду на сотовый. Я не рисковала его разбудить, он вставал затемно, чем постоянно хвастался. Мол, мужчина должен спать мало, чтоб чего-то добиться в этой жизни. Правда, его «достижения» были весьма сомнительными в моих глазах, однако, я не спорила. И как я сейчас убедилась — правильно делала.

Сегодня мне это было на руку.

— Да! — чётко и по-деловому ответила трубка голосом Аскольда.

— Привет, это Вилка… — почти прошептала я, старательно всхлипывая.

— Вилка?? — изумился Аскольд, понизив голос, я никогда прежде ему не звонила, хоть его номер и был у меня.

— Да…Ты мне нужен.

— Я ещё дома, — растерялся он, — куда подъехать?

— Не сейчас. Сможешь примерно через часок-полтора заехать за мной… — я продиктовала адрес, я всё ещё помнила его наизусть.

— Конечно!

— Я тебе ещё позвоню. И будь готов сразу выехать. Я буду очень ждать…

— Вилочка, у тебя проблемы? Ребят взять?

— Да, проблемы. Но ребят не надо… Справимся сами.

— Понял, — сообразил Аскольд, — буду.

— Спасибо… — я старалась придать голосу побольше печали и вселенской скорби, пусть почувствует себя «властелином мира сего» и моей единственной надеждой и опорой.

— Не за что, малышка.

Я бросила трубку. Пусть заинтригованный поразмышляет, понакручивает себя.

А мне предстоит сегодня непростой день.

Я тщательно продумала, что одеть. Нужно было что-то незапоминающееся, не бросающееся в глаза, не выделяющее из серой массы обычных людей. Джинсы, полинялую бесцветную футболку, на голову кепку, которую уже давно собиралась выкинуть — но вот здорово, что повременила.

Сегодня я порву все нити, связывающие меня с прошлым.

Если кто-то думает, что мной можно легко манипулировать, использовать и бессовестно играть на моих нервах — то он сильно ошибается. А если упорствует в своих заблуждениях — это уже его серьёзный промах. И я убедительно поясню это моим обидчикам.

А Аскольд будет моей каменной стеной, которая в случае чего, попросту их сомнёт.

Позавтракала, хотя мне кусок от волнения в горло не лез, помедитировала немного, чтоб успокоиться и, когда поняла, что готова идти, покинула квартиру.

На машине мы с Антоном обычно добирались до места за пятнадцать минут при дикой скорости и всяческих нарушениях правил. Без него у меня ушло на дорогу около часа.

И вот я уже стояла перед дверью подъезда и молилась лишь об одном: чтоб все были в полном сборе и на месте. И с ночной гулянки чтоб ещё не разбрелись. Я была уверена, что после происшествия на кладбище они завалились именно сюда, и пили всю ночь, поминая своего почившего предводителя.

Конечно же, не ошиблась. Дверь в квартиру была не только не заперта, а даже приоткрыта. Музыка и клубы сигаретного дыма проникали на лестничную площадку.

Меня затрясло, ноги предательски подгибались. Стоя у двери, я позвонила Аскольду и прошептала в трубку, что через минут десять жду его на месте, ещё раз повторила номер квартиры и отключила телефон совсем.

И смело шагнула вперёд, толкнув дверь ногой.

Сколько раз я приходила сюда вместе с Антоном! Всё такое знакомое, до боли, словно возвращаюсь в прошлое. Но сейчас я ненавидела эту дверь, этот коридор, эти голоса, несущиеся из недр квартиры… Я их всех НЕНАВИДЕЛА! И позволила ненависти свободно кипеть внутри, клокотать, клубиться. Пусть перегорит. Мне необходима трезвая голова.

Едва миновала коридор, как прямо на меня из ванной выпал посеревший Гоша. Резкий запах блевотины вкупе с перегаром ударил в лицо. Я отшатнулась, отпихивая его подальше. Помутневшими глазами, расфокусированным взглядом, Гоша вперился в меня, цепляясь за руку, и протянул:

— Вииииилка…

Я выругалась и толкнула его сильнее. Парень упал и сполз по стене. Едва сделала шаг в сторону комнату, как Гоша неожиданно громким и трезвым голосом заорал мне вслед:

— Ребята, Вилка пришла!

Я на миг замерла на пороге. Сюрприза не получилось — что ж так тому и быть.

Решительно шагнула в комнату.

Все были далеко не настолько пьяны, как я ожидала. Помимо знакомых лиц в комнате никого, ни одного постороннего. Отлично, иначе это очень осложнило бы мне дело.