Феликс Крес - Брошенное королевство

— Великий громбелардский воин, который появился ниоткуда, был абсолютно никем в Роллайне, городе денег, великих родов, прекраснейших женщин, дворцов и арен, городе, в который ежедневно приезжали и уезжали десятки таких, как он. Как и каждый из всех этих выскочек, его благородие Венет сперва тратил деньги направо и налево, покупая дома, обустраивая их, заполняя невольницами. Красивыми невольницами, — подчеркнула она, слегка наклонив голову и вызвав смех среди сидящих за столом. — Он искал общества себе подобных, ибо чьего еще общества он мог искать? Рыцарей из древних родов, которые с высоты своего положения даже его не замечали? Он был в столице никем и остался бы одним из богатых бездельников, которым восхищались бы разве что его собственные невольницы.

— Красивые невольницы, — услужливо подсказал кто-то, вызвав новые смешки.

— Очень красивые.

Делен лишился переводчицы, поскольку Энита не могла одновременно рассказывать и переводить свои слова на армектанский. Воспользовавшись случаем, он дал знак, что сейчас вернется, и, взяв на руки спящую девочку, скрылся в глубине дома.

Заинтригованный Басергор-Крагдоб, возможно, внимательнее всех слушал рассказ о человеке с точки зрения его собственной служанки… то есть, можно сказать, почти вещи. Будучи лишь вещью, она не отважилась бы на подобный рассказ. Теперь же, осмелев как от вина, так и от того, как к ней относились, она слегка вызывающе смотрела ему в глаза, но на фоне этого вызова крылось что-то еще… Делен понял бы, что именно. Но Делен превосходно разбирался в женщинах, в то время как его бывший командир не разбирался даже в самом себе.

— В угрюмом Громбеларде, откуда он прибыл и где был действительно важной персоной, тем, кого все боялись, — продолжала пахнущая жасмином женщина, — все смеялись над Дартаном и заносчивыми рыцарями, забавлявшимися тупыми мечами на аренах. Но скучающий пришелец когда-то встретил в Тяжелых горах человека, который, хотя и был родом из Дартана и носил перед своим именем целых три инициала имен великих предков, вовсе не был трусливым рыцарем.

— Твой муж, Алия, — слегка улыбнувшись, сказал Крагдоб, — победил его в поединке на мечах. Я говорю «победил», так как Делен никогда никого не побеждал. «Победить» — очень серьезное слово.

— Не понимаю…

— Делен, когда ему приходилось брать в руки оружие, обычно совершал ровно столько движений мечом, сколько имелось противников… Нет, я ничего не приукрашиваю, ибо у меня нет подобной привычки. Я никогда не видел, чтобы Делен по-настоящему сражался. Чтобы «победить», нужно сперва сражаться. А сражался он лишь тогда, с рыцарем А.Б.Д.

Среди четырех дартанцев, которым предстоял путь в Тяжелые горы, началось легкое оживление; эти родовые инициалы в Золотой провинции знал каждый. Наступила короткая пауза. Алия многое знала о прошлом мужа, но сейчас за столом сидел его легендарный командир и спокойно подтверждал, что ее дети и она сама находятся под надежной защитой. Советник, доверенное лицо и даже, как поговаривали, любовник королевы Дартана когда-то сражался с ее мужем и потерпел поражение. Ей стало немного страшно — и вместе с тем она испытывала гордость.

— Не улыбайся, Энита, — внезапно сказал Басергор-Крагдоб, с необычной суровостью и даже с легкой неприязнью. — Этот человек остается здесь, ты же находишься на его месте. Знаешь, на что был способен Делен? Так вот… — он ненадолго замолчал, поскольку не хотел в присутствии беременной хозяйки дома перечислять трупы дворцовых гвардейцев, бесшумно перебитых ее упитанным супругом, который когда-то вовсе не был ни румяным, ни упитанным. — Так вот, он мог посреди ночи явиться в спальню князя-представителя и вручить ему письмо от меня, наколотое на острие охотничьего ножа. Ты уверена, что сможешь то же самое? Выясним… уже скоро.

Он был в состоянии оценить царившее за столом настроение. К счастью, он умел и исправлять собственные глупости.

— Вино, — неожиданно добавил он, с улыбкой дотрагиваясь до лба. — Не наливайте мне больше вина… Алия, ты слишком коварна. Хочешь, госпожа, чтобы я свалился под стол?

С этими словами он слегка подтолкнул к ней опорожненный бокал.

Снова кто-то засмеялся. С первого взгляда было видно, что потребуется по крайней мере бочка, чтобы свалить этого светлобородого зубра, который был самое большее слегка в подпитии. Но шутка, хотя и не слишком изысканная, сделала свое дело. Алия охотно кивнула и незамедлительно наполнила бокал, оказавшийся рядом с ее рукой.

— Говори, Энита, не могу дождаться, — потребовала она, наклоняя кувшин.

— Ясное дело, — поддержал Крагдоб. — Что там насчет этого выскочки и зануды, который столь неосмотрительно купил себе летописца в лице красивой невольницы?

— Очень красивой, — тут же поправили его.

Шутка, хотя и несколько потасканная, снова вызвала всеобщее веселье.

— Очень красивой, — кивнула Энита.

Она снова улыбалась и снова смотрела своему командиру в глаза.

— Летописец записал, что его благородие Венет отправился на смешную дартанскую арену, уселся среди зрителей и развлекался, разглядывая тяжелые турнирные доспехи, в которых очень трудно причинить кому-либо вред. А потом он перестал улыбаться, поскольку после завершения рыцарских состязаний увидел настоящее сражение, когда вместо бьющихся за свою честь сыновей известных домов на арену вышли невольники. Все вокруг кричали и подзадоривали их, так как до этого сделали ставки и игра шла на огромные деньги. После тяжелой схватки победитель не пощадил побежденного противника, хотя этот побежденный стоил тысячи золотых. Но, может быть, именно потому он его и не пощадил? Посредством этих двоих обученных только для боя мужчин какие-то дома сводили свои счеты, уничтожали друг друга, приобретали или теряли влияние. Его благородие Венет был один среди зрителей, его сопровождали только невольницы. Он оглянулся на них, возможно, совершенно машинально, и тогда одна… очень недолго, боясь оказаться чересчур смелой… посмотрела ему в глаза. Возможно ли вообще, чтобы самый знаменитый силач в Роллайне спустился на арену, потому что маленькая невольница спросила его взглядом: «А ты, господин?»

Энита чуть наклонилась вперед. Крагдоб, напротив, чуть откинулся назад, на спинку стула.

— Каким образом, столько лет спустя, ты помнишь о таких мелочах?

Четверо дартанцев ждали продолжения. Ее благородие Алия молчала, но в том молчании крылось нечто вроде насмешки — несколько странно для тихой, занятой только домом и детьми женщины.

— Что дальше, Энита? — спросила она.