Майкл Салливан - Наследник Новрона

— Вы намерены участвовать в турнире? — спросил он.

По голосу и остекленевшим глазам Арчибальда Баллентайна Адриан понял, что тот начал прикладываться к кубку задолго до начала пира.

— О да, да, сэр… Я хотел сказать — ваше сиятельство.

— В таком случае вы можете сразиться с моим чемпионом, сэром Бректоном. — И он нетвердой рукой показал на своего вассала. — Он также участвует в турнире.

— Тогда у меня едва ли будут шансы на победу.

— Разумеется, шансов не будет, — заявил граф, — но вы должны постараться изо всех сил. Ведь там будут зрители, которые придут, чтобы получить удовольствие от схватки. — Граф наклонился к Адриану и доверительно произнес: — А теперь скажите мне честно, Сальдур рассказал правду?

— Не смею оспаривать слово регента, — уклончиво ответил Адриан.

Арчибальд пьяно расхохотался.

— Думаю, вы хотели сказать «не доверяю ни единому слову регента». Вам известно, что он обещал мне отдать Меленгар, а потом просто… — Граф попытался щелкнуть пальцами. — Вот так… — Он предпринял еще одну попытку. — Вот так… — У него ничего не вышло и в третий раз. — Ну, вы понимаете, что я имею в виду. Они забрали то, что было мне твердо обещано. Вот почему я настроен скептически. А то, что императрица вас ждала, это правда?

— Понятия не имею, милорд. Откуда мне знать?

— Так вы ее не встречали? Я имел в виду императрицу?

Адриан вспомнил юную девушку по имени Трейс, но ответил не сразу:

— Нет, я никогда не встречал императрицу. Кстати, а разве она не должна присутствовать на пиру?

Граф недовольно нахмурился:

— Трон пустует, потому что императрица никогда не обедает на людях. Честно говоря, я прожил во дворце полгода и видел ее всего три раза, один раз в тронном зале, потом, когда она обращалась к народу, и еще однажды, я… В общем, она никогда не покидает своей комнаты. Иногда мне кажется, что регенты сделали ее своей пленницей. Мне бы следовало ее похитить, бедную девушку надо освободить.

Арчибальд выпрямился на стуле и пробормотал, обращаясь скорее к самому себе, чем к Адриану:

— Я знаю, что следует сделать, а вот и человек, с которым мне нужно поговорить. — Он схватил со стола грецкий орех и запустил им в Альберта.

— Виконт Уинслоу, — громко обратился к нему Арчибальд, — мы с вами довольно давно не виделись.

— Вы правы, милорд. Прошло немало времени.

— Вы все еще поддерживаете связь с теми двумя ночными призраками? Ну, вы понимаете, я о волшебниках, по мановению рук которых исчезают письма и которые умеют спасать обреченных принцесс из тюремных башен?

— Сожалею, милорд, но после того, как они поступили с вами, я прервал с ними все отношения.

— Да, они поступили со мной… — Граф смолк, глядя в свой кубок. — Да, они положили голову Браги мне на колени, пока я спал, ни больше ни меньше! Вы об этом знали? Можете себе представить, что я испытал, когда проснулся. — Он принялся бормотать себе под нос что-то невразумительное.

Адриан прикусил язык.

— Мне об этом ничего не известно. Примите мои искренние извинения, — с искренним удивлением сказал Альберт.

Однако граф ничего не заметил, он закинул голову назад, чтобы сделать очередной глоток вина. Появились новые музыканты, и зазвучала мелодия модного танца. Многие мужчины, в том числе Гилберт и Элгар, подали руку дамам и повели их танцевать. Адриан танцевать не умел. Нимбус даже не пытался его учить. Герцог и герцогиня Рошелльская присоединились к танцующим. Между Адрианом и Альбертом образовалось свободное пространство.

— Значит, вы и есть сэр Адриан? — спросил виконт, перебираясь на освободившееся место леди Женевьевы. — Вы впервые на таком пиру?

— Совершенно верно.

— Дворец огромен и имеет впечатляющую историю. Я уверен, что у вас не было возможности ее изучить, пока вы поправлялись после ранений. Если вы не собираетесь танцевать, я буду рад вам его показать. На втором этаже есть замечательные картины и изысканные фрески.

Адриан посмотрел на пирующих вельмож, многие из которых продолжали на него с интересом поглядывать.

— Уверен, что так и есть, ваше сиятельство, — сказал он твердым голосом, — но полагаю, что покинуть пир так рано будет невежливо. Регенты могут плохо обо мне подумать. — Он кивнул в сторону стола, за которым сидели Сальдур и Этельред. — Мне бы не хотелось вызвать их неудовольствие в самом начале празднеств.

— Я вас прекрасно понимаю. Вам удалось найти во дворце достойные покои?

— Да, с этим все хорошо. У меня отдельная комната в крыле, где живут рыцари. Регент Сальдур проявил по отношению ко мне удивительную щедрость, и я полностью удовлетворен своими покоями.

— Но вы недовольны чем-то другим?

— На самом деле у меня нет никаких жалоб, — ответил Адриан, тщательно подбирая слова. — Меня лишь беспокоит выступление на турнире. Мне предстоит участвовать в поединках со знаменитыми рыцарями, такими, как сэр Бректон. Я хочу показать на турнире, на что способен. Очень важные люди будут внимательно наблюдать за его исходом.

— Вам не следует беспокоиться, — заметил Бректон. — Если вы следуете рыцарскому кодексу, Марибор укажет вам путь. То, что думают другие, не имеет значения на поле сражения. Правда есть правда, и только вам известно, насколько ваша жизнь соотносится с кодексом чести. Вот источник вашей силы или слабости.

— Благодарю вас за добрые слова, сэр, но я защищаю не только свои интересы. Успех или неуспех в этом турнире изменит судьбы тех, о ком я тревожусь. Я имею в виду моих людей.

Альберт одобрительно кивнул. Сэр Бректон наклонился вперед и спросил:

— Вас тревожит доброе имя оруженосцев и грумов?

— Они дороги мне, как семья, — ответил Адриан.

— Это достойно восхищения. Не могу сказать, что встречал рыцаря, который так беспокоился бы о тех, кто ему служит.

— Если уж быть честным до конца, я принимаю участие в турнире только ради них. Я очень надеюсь, что не обесчещу себя, ведь многие из них не всегда способны правильно оценить происходящее и склонны к поспешным выводам, как правило, когда речь идет обо мне. Тем не менее сейчас я надеюсь, что они смогут насладиться праздником.

Альберт еще раз кивнул и опустошил свой кубок. Баллентайн последовал его примеру. Он сделал большой глоток, громко рыгнул, поставил локти на стол и подпер голову ладонями. «Кажется, граф сейчас заснет», — подумалось Адриану.

Монах и седобородый мужчина пожелали всем спокойной ночи и ушли, рассуждая об истинной природе встреченного Адрианом в лесу человека, скрытом значении рассказанной Сальдуром истории и ее связи с легендой о Кайле.