Екатерина Бальсина - Привидение без замка

Мамуля наскоро обдумала мое предложение, выбрала наименьшее из зол и согласно кивнула.

— Хорошо, обещаю. Больше не буду тебя ни с кем знакомить.

Верилось с трудом, но, по крайней мере, у меня будет хоть небольшая передышка перед следующим сеансом материнской заботы о нерадивом чаде.

— Думаю, нам пора, — озвучила я свое решение. — Мне еще с Лешей надо поговорить.

— Конечно, — обрадовалась мамуля. — Я тебе пирожков с собой заверну, дома покушаешь, а то отец тебя утащил, даже не дал чаю попить.

Я обречено вздохнула. Этого следовало ожидать. Сейчас меня нагрузят большим пакетом с пятью десятками пирожков и куда их девать? Придется отправить вместе с Лешиком Машеньке в качестве платы за эксплуатацию ухажера.

Я оказалась права. Мамуля собрала для меня огромное количество еды, причем не только пирожков, и быстренько выпроводила нас с Лешенькой. Мы, крайне обрадованные таким скорым завершением наших общих мучений, драпанули оттуда со всех ног.

По дороге я поинтересовалась, что же именно произошло на веранде в период нашего отсутствия. Лешик смутился и покраснел.

— Ир, ты меня извини, я там немного нахамил Маргарите Павловне. Просто не выдержал.

— Нахамил, это как? — удивилась я.

— Она мне стала рассказывать какая ты вся хорошая и что я тебя на руках носить должен и чтобы не смел тебя обижать никоим образом…

Узнаю мамулю. Артур в свое время тоже выслушал подобную лекцию. Нет, положительно, маменька неисправима.

— …и тогда я ей сказал, что мы с тобой сами разберемся, что и как нам делать и ни в чьих советах не нуждаемся.

А, ну теперь понятно, почему мамуля так встала на дыбы. Еще бы, прямое противоречие! Да, я Лешеньку явно недооценила, он храбрец каких поискать. Сбить мамулю с ее любимого конька способен не каждый.

— Лешик, не переживай, — я покровительственно положила ему руку на плечо. — Нет худа без добра. Зато меня заставили клятвенно пообещать, что я не буду с тобой больше встречаться.

— И что?

— И все. Теперь мы оба свободны как птицы. Больше не нужно разыгрывать эту комедию с бурным романом. Вот этот пакет передашь Машке с моей благодарностью и признанием в вечной любви и почитании. И спасибо за помощь.

Я вылезла из Лешкиной машины, на которой мы гоняли к моим родителям, и с чувством полного облегчения и удовлетворения отправилась к себе домой.

Дома меня радостно встретил Ромео.

— Ты вернулась? Ну, как съездили?

— А-атлично! — радостно сообщила я ему, ощущая во всем теле безмерную радость. — Больше нам не придется с тобой надрываться, изгоняя разных пакостных типов. По крайне мере, месяца два точно можно будет отдыхать.

— Ой, как хорошо! — обрадовался Ромео. — А что потом? Ну, через два месяца?

— А потом пойдет вторая волна, — объяснила я. — Мамуля придумает новый способ пристроить меня куда-нибудь и начнет новую атаку.

— И что будем делать? — заинтересовался Ромео. — Опять всех распугивать?

— Вот когда проблема возникнет, тогда и будем ее решать, — выдвинула я рациональное предложение. — А сейчас давай наслаждаться свободой, тишиной и покоем.

— Давай, — согласился Ромео. — Пошли телевизор вместе посмотрим.

Кабельное телевидение я, как и обещала, подключила, но сама так и не удосужилась посмотреть, что входит в набор, просто заплатила за настройку и все. И вот теперь Ромео продемонстрировал мне все изобилие белиберды, которую можно было увидеть на новоприобретенных каналах. Мама мия, чего там только не было! В конце концов я остановилась на каком-то детском канале, чтобы самой отдохнуть, ну и чтобы порадовать обожающего мультики Ромео. Так что мы весь вечер смотрели различные мультфильмы — не знаю, как Ромео, но лично я обсмотрелась до отупения — затем поужинали диетическим супчиком, то есть поужинала, разумеется, я, а Ромео заливался соловьем, просвещая меня в области современной телеиндустрии.

Вообще я обратила внимание на то, как уверенно он стал ориентироваться в современной технике, терминологии и социальной структуре. Да, вот что значит смотреть все подряд. Скоро придется просить у него консультации по каким-нибудь сложным для меня вопросам.

Вдоволь наобщавшись с домашним привидением, я прикинула план дел на завтра и с чувством выполненного долга завалилась спать.

В понедельник Галина преподнесла мне сюрприз.

— Ирочка, у меня для тебя есть подарок, — прощебетала она с порога, по своему обычаю врываясь в мой кабинет. — Вот, держи.

И протянула мне пакет. Я с осторожностью заглянула внутрь. Там лежала тяжелая подвеска из цветного стекла, изображавшая семь поставленных друг на друга белых слоников и темно-синюю каплю павлиньего глаза, свисавшего внизу.

— Ой, — растерялась я. — Спасибо. Но, правда, не надо…

— Я знала, что тебе понравится мой подарок, — не слушая меня продолжала распинаться Галина. — Я, как его увидела, сразу поняла — это то, что тебе нужно. Семь слоников — это символ денег и удачи, а павлиний глаз защищает от неприятностей. Как раз то, что требуется в твоей работе. Бери и не нужно никакой благодарности. Ну, я побежала. Ах да, отчет!

И она быстренько сунула мне флешку. Я машинально вставила ее в разъем, скинула к себе отчет и вернула Гале.

— Все, я полетела. Пока-пока, — пропела Галина, выпархивая из моих владений. Я задумчиво уставилась на ее подарок.

Ну, и куда прикажете его девать? Может, просто выкинуть втихаря, пока никто не видит? Или, ладно уж, повесить где-нибудь в уголочке, где его будет не очень заметно? А может, домой унести? Ромео наверняка понравится.

Тщательно подумав, я решила остановиться на последнем варианте. Надо же радовать хоть чем-то бедное привидение, а то он скоро мне начнет в лицах показывать все три тысячи серий "Санта-Барбары" или что-нибудь похуже. Тут на днях застукала его за просмотром эротики — есть на некоторых каналах такие ночные сеансы — так он от стыда чуть в подвал не сбежал, невзирая на панический страх перед графом. Я, конечно, как могла, объяснила ему, что в наше время в таких вещах ничего постыдного нету, но густо-серебряный призрак клялся мне всеми богами, что он только одним глазком, совершенно случайно и больше никогда и ни за что. Я сделала вид, что поверила ему, он сделал вид, что поверил, что я поверила ему, и довольные друг другом, мы разошлись по комнатам.

Пока я вертела безделушку в руках, размышляя, куда бы ее лучше пристроить, в кабинет влетела Машуня.

— Ой, а что это у тебя такое? — она накинулась на меня, как коршун на курицу, немедленно отобрала подвеску и принялась пристально разглядывать. — Какая прелесть! Где взяла?