Ирина Сербжинская - Воин Сновидений

Сати добросовестно прислушалась к ощущениям, рассеянно разглядывая бредущую по заросшей дорожке пожилую женщину с метлой на плече: судя по всему, городская служба благоустройства все-таки намеревалась привести парк в порядок.

– В дождь и туман всегда почему-то…

Сати тряхнула головой.

– Подожди-ка, – бесцеремонно перебила она мага. – Значит, все, что я с этой минуты вспомню, сразу – раз! – и тебе известно?

– Вроде того. Но это же не навсегда! На время. Пока я разберусь…

– Ну ничего себе… этого еще не хватало! Теперь и подумать ни о чем этаком нельзя!

Тильвус постарался сдержаться, но не выдержал и ухмыльнулся:

– А тебе есть что скрывать?

– Твое какое дело?! – разъярилась Сати.

– Значит, есть, – довольно сказал маг. – Отлично!

– Свинья ты, а не великий маг, – сердито буркнула Сати и отвернулась.

Женщина остановилась и переложила метлу с одного плеча на другое.

– Постеснялась бы, девушка, на старого человека кричать, – осуждающе проговорила она. – Он тебе в дедушки годится, а ты?

Сати умолкла, продолжая сверлить Тильвуса сердитым взглядом.

– Да какой он мне дедушка, – процедила она сквозь зубы. – Был бы у меня такой дедушка, я б его… своими руками…

Она снова замолчала. Налетевший ветерок шелестел листвой старых тополей.

– Ничего хорошего от тебя, – наконец проговорила Сати, рассматривая носки своих ботинок. – Одни только гадости. А нельзя, чтоб это происходило… мм… в одностороннем порядке? – с надеждой спросила она. – Например, я могу твои воспоминания видеть, мысли твои читать, а ты мои – нет? Меня бы это вполне устроило.

– Ну еще бы, – скептически отозвался Тильвус.

Сати перевела взгляд на реку, долго смотрела на воду, на гряду синих сопок вдали.

– Ладно уж… если это ненадолго… Но все равно как-то неприятно.

Она покосилась на Тильвуса.

– А там, у себя, в своем мире, ты чужие мысли мог читать? По-настоящему, при помощи какого-нибудь заклинания?

– Конечно, – ответил он, словно речь шла о чем-то само собой разумеющемся.

– Ничего себе, – пробурчала Сати. – От вас, магов, никакого спасения… Даже в мыслях.

– Думаешь, это интересно? – хмыкнул Тильвус. – Как бы не так. Большинство людей думает о всякой ерунде, такие мысли читать – занятие утомительное. Сильно выматывает. Так что обычно этим не злоупотребляют, разве что в исключительных ситуациях.

– А маги? Ваши мысли тоже можно вот так взять да и подслушать?

Тильвус усмехнулся:

– Дураков нет. Смертельные-то заклятия еще никто не отменял.

– Понятно, – недовольно пробормотала Сати. – Хорошо устроились, нечего сказать. – Она уставилась на реку. – Имей в виду, – сердито проговорила Сати. – От меня ты никаких воспоминаний не дождешься! Не буду ничего вспоминать – и точка!

Тильвус выразительно кашлянул.

– Да, да. Не буду думать, да и все. Вообще не буду.

– Ага.

Сати покосилась на него:

– Думаешь, не получится? Как же все-таки неприятно, когда кто-то посторонний вот так, безо всякого зазрения совести лезет в твои воспоминания!

– Согласен. – Тильвус поскреб в бороде. – А что у тебя прошлым летом приключилось?

– О, уже начал… Я и подумала-то одну секунду, а ты тут как тут. Хоть бы постеснялся… – Сати поковыряла ногтем спинку скамейки. – Ну роман. Неудачный. Что, у тебя в жизни неудачных романов не было?

Великий маг задумчиво почесал в затылке:

– Подумаю на досуге. Может, и были.

– Обычный роман с одним очень симпатичным мол-челом из другого города. Очень бурный, знаешь ли. – Она взяла надкушенный сырок, прицелилась и бросила в ствол дерева.

– Промахнулась. Молчел – это кто?

– Молодой человек. Это так говорят сейчас. – Сати вытащила из рюкзака еще один сырок. – И вот решила я как-то раз на выходных приехать без предупреждения. Сюрприз решила сделать. – Сати пожала плечами. – Знаешь, во всем, что касается отношений с другим полом, надо запомнить твердо: никаких сюрпризов. Никаких! – Она прицелилась и запустила сырком в тополь. – А то узнаешь то, чего лучше и не знать.

– Точно, – подумав, согласился маг, провожая взглядом сырок. Тот шлепнулся о ствол и упал в траву.

– Во-во. Теперь и я с этим согласна. Ну а тогда не знала. В результате оказалась и без бойфренда, и без денег. В другом городе, заметь! Еще и мобильник стащили на вокзале. Съездила, называется… Еле-еле денег наскребла на телеграмму Никите.

– И чего?

– Ну чего… он мне денег выслал, я приехала обратно. Вот и все. – Она перевела взгляд на Тильвуса: – А где твои воспоминания? Давай-давай! Хочу узнать о тебе что-нибудь компрометирующее.

– Это вряд ли, – отозвался он.

– Почему? Ты что, вел очень высокоморальный образ жизни?

Тильвус поднял брови:

– С чего ты взяла? Неужели похоже?

– Не очень. Но почему же я не вижу твоих…

– Потому что я умею держать мысли под контролем. Ясно?

Сати захлопала глазами.

– Умеешь держать? Вот как?! Ах ты… – возмущенно начала она и вскочила со скамейки. – Ну ты и гад! А я-то…

Маг выплюнул травинку.

– Ладно-ладно, – примирительно сказал он. – Из-за чего сыр-бор?

– Из-за того, что ты поступаешь, как последний…

Тильвус вздохнул:

– Как последний? Ладно… обещаю тоже вспомнить что-нибудь этакое… при случае.

– При каком еще случае? – сердито поинтересовалась Сати. – Знаю я твои обещания. Вспоминай прямо сейчас!

– И что?

Сати с готовностью отставила рюкзак и уселась обратно.

– О любви? – с надеждой спросила она. – Первая любовь, прогулки, поцелуи под луной и все такое?

– Ну да, конечно, – иронически отозвался Тильвус. – Размечталась.

Сати вздохнула и подперла щеку рукой.

– Не хочешь? Зря… тогда подумать надо.

Мгновение она сосредоточенно молчала, потом оживилась.

– Давай что-нибудь о своем мире. Где ты жил раньше? Откуда появился? Не с неба же упал? Ну давай, начинай.

Тильвус покачал головой, поскреб в бороде, рассеянно поглядывая на блестевшую под солнцем реку. Сати нетерпеливо ждала, но минута текла за минутой, и ничего не происходило.

Она разочарованно посмотрела на мага и только открыла рот, чтобы сказать что-нибудь, как вдруг мир вспыхнул, рассыпался разноцветными брызгами калейдоскопа и понесся навстречу со скоростью, от которой захватывало дух.

До самого горизонта, насколько глаза хватало, расстилалось море, прозрачно-зеленоватое у берега, синее, глубокое у горизонта. Соленый ветер нес запахи водорослей, цветущих деревьев, пряных трав, нагретых на солнце камней. Возле огромной зеленой горы, у самой воды, лежал город-крепость: подвесные мосты, стены и башни из серого песчаника, узкие улицы, вымощенные каменными истертыми плитами, дома с изъеденными солеными ветрами фасадами. С высоты птичьего полета виднелось множество маленьких городков и поселений, разбросанных по серым равнинам, блестящие ленты рек, нити дорог. Вдалеке вставали горы, чернели глубокие каменистые ущелья, неслись вниз стремительные холодные реки. В ущельях, раскинув крылья, парили невиданные создания с львиными туловищами и головами орлов, оглашая воздух странными клекочущими звуками.