Валерий Иващенко - Отблески Тьмы

И тогда было принято простое, и в то же время весьма непростое решение. Дюжина сильнейших ведьм, воспитанниц первозданного мрака и унаследовавших его силу и умения - и с другой стороны ровно столько же паладинов Света, могущих одним лишь словом или жестом творить чудеса. Да-да, вошли они к ним как к женщинам и образовали супружеские пары, став простыми смертными…

- Сейчас я вынесу сюда сына. Отнеси его в город. Для прикрытия устрою бурю и дождь, а потом… - дальнейшие слова оказались не нужны. Если сэр рыцарь до конца исполнил свой долг, супруга по Договору не имеет права пережить его.

А коль скоро истерзанный замок осаждали беспечные полки Кооролевства Всадников, то судьбе их нынешней ночью завидовать не приходилось. Всё равно завтрашнего штурма защитникам не выдержать…

- И ещё, Вернье, - глаза леди на миг полыхнули яростью. - В наш замок с такой силой и яростью вцепились не просто так… мой бывший друг, которого я отвергла дабы сдержать свою часть великого Договора…

Арриол с усилием протолкнул воздух в ставшее вдруг непокорным горло и кое-как перевёл дух. Сердце колотилось так, будто он без передыху заполнил сорокаведёрную бадью водой, а по спине чуть ли не ручьём лился отчего-то ледяной пот. Стоило признать, что заглянуть одним глазком в прошлое оказалось не столько забавно, сколь страшно.

Выходит, та непонятная Харальда оказалась таки права. Папенька из самих паладинов Света - да и маменька… кстати!

- А не из скамаррских ведьм она часом была? - после произнесённых негромко этих слов старуху прямо-таки скрючило пополам и с хрустом приложило о полускрытый сухой травой щебень.

В глазах её заплескалось такое изумление пополам со страхом, что Арриол не сдержался. Шагнул вперёд и навис над извозюканной в грязи деревенской недоучкой грозным приветом из прошлого.

Смутно, смутно и неохотно поминалось о том могучем и почти неведомом племени даже в тех немногих книгах, где о них всё-таки хоть что-то было. Некогда ведьмы едва даже не взяли в этом мире верх, сколотив подобие государства. Однако молодая и стремительно набирающая силы Империя тогда всё же сумела одержать победу в той беспощадной бойне, в которую обратилась обыкновенная война.

- Из них, - старуха отвела глаза. А затем вскинула их вновь. - Нет, что-то я в толк никак не возьму…

Рука её не по-старушачьи проворно и ловко шастнула вперёд и выудила за шнурок привычно обретающийся за пазухой парня амулет.

- Ах вот оно что!

Из постепенно становящихся всё более сбивчивыми слов её Арриол всё же разобрал, что это нельзя носить ему боле. Потому он и никак не добьётся в жизни толка, что прячется за зелёным камнем - вот когда в силу войдёт, только тогда и можно…

Она постепенно бледнела и таяла, становясь всё более полупрозрачной и размытой - а сама фигура старухи колебалась в полуденном жарком ветерке всё более откровенно. Ах вот оно что - морок! Видать, старую плесень ухайдакали где-то поблизости, а кости так и остались непогребёнными с должным обрядом. Уж если хоть проблеск Силы в ауре имелся, таковое непростительно - хорошо хоть не пакостила напоследок. Теперь-то понятно, отчего обе девицы внизу ничего не почуяли.

Ладонь сама собою сняла с шеи привычное не то украшение, не то защитный талисман - а глаза по-новому всмотрелись в искрящуюся изумрудной зеленью глубину камня. А ведь, очень даже может быть… сколько можно прятаться от судьбы? И Арриол решительно намотал шнурок на запястье левой руки, сделав что-то вроде кожаного браслета с украшением.

Не сдерживаемое и не скрытое боле в отбрасываемой бериллом тени нечто привычно воспарило вокруг. Коснулось уже почти совсем истаявшей, но упрямо бормочущей тени старухи, отдёрнулось брезгливо. И подумалось отчего-то парню, будто совсем он голым остался, словно без одежды посреди людной площади.

- Надо же - но ладно, - Арриол шагнул с вершины старого и притихшего под полуденным зноем холма в ту сторону, куда вело его и тянуло просто-таки настойчиво.

В самом деле, в заплывшем рву из-под нескольких скатившихся сюда сверху глыб на него из бурьяна укоризненно смотрел выбеленный солнцем и дождями череп.

- Ну что ж, - парень погладил добычу в своей ладони.

Поскольку двигать такие здоровенные каменюки без рычагов он не умел - а шарашить молниями или огнём по примеру патентованных волшебников не собирался, то решил ограничиться разумным и не докапываться остального. Ноги сами вынесли своего обладателя обратно наверх, где остатки былой волшбы обжигали горячим ветром. И здесь-то он сунул череп в наспех освобождённую от щебня расщелину да старательно присыпал опять.

- Покойся с миром, бабка - кто б ты ни была. И спасибо тебе от наследника рода д'Эсте…

Взвился на миг горячий и душный вихрь, запорошил глаза мельтешением ярких искр. На душе сразу стало эдак чуть спокойнее. А отчётливо пронизывающий всё естество поток магии, некогда испепелившей замок вместе с упрямо лезущими внутрь захватчиками, отчего-то на миг подластился, словно весёлый щенок. Выходит, сделал всё правильно?

Мельком улыбнувшийся Арриол сел на нагревшийся под солнцем камень и огляделся вокруг уже новым взглядом. Да уж, не лучше ли было оставаться круглым сиротой, нежели однажды узнать о своих родителях такое?…

Но с другой стороны - война тогда была с расположенным на восходе королевством Всадников. И стало быть, искать надо там… но имя? Имя!

- Эсмеральда! - крикнул он с вершины холма. - А не сможешь сверху своею силою подглядеть, где бы мне разыскать несколько живых скамаррских ведьм?

На полуэльфийское лицо жрицы выползла брезгливость, словно при той сказали непристойность. Надо же, сколь разительный контраст - Арриол припомнил строгое и спокойное лицо матери, за которым тем не менее полыхало неугасимое и яростное тёмное пламя. Да уж, маменька красавица была… а вот внутренняя сущность её куда как далека от этой открытой и словно всегда освещённой изнутри солнечным светом жрицы. Вот Фирелла зато куда ближе со своей сдержанной силой.

А всё же, серые глаза наверняка от папеньки достались… и в этот момент жрица отозвалась.

- Зачем это тебе, малыш?

"Ещё раз назовёшь так - и ты о том пожалеешь!" - эти бешеные слова едва не сорвались с языка парня, однако полуэльфка всё поняла с одного взгляда. Она ещё менялась в лице, когда обстановка вокруг решительно понеслась вскачь.

У подножия холма, совсем рядом с обеими по-прежнему неприязненно поглядывающими друг на дружку девицами, в знойном воздухе разлилось радужное сияние. Оно сгустилось, пошло жемчужными разводами - и вдруг стало столь реальным, что взирающий на это диво с вершины холма Арриол не сразу поборол в себе желание бегом спуститься и своими руками потрогать диковину.