Алан Фостер - Время перехода

– Не прикасайся, – предупредил Джон-Том. – Лампы с виду старые и, готов поклясться, раскаляются очень быстро. Этому хламу лет сорок-пятьдесят, никак не меньше.

– И куда ж дальше, приятель?

– Одно из двух, Мадж: или обратно, или вперед – вдоль кабеля, – чтобы узнать, ведет ли он в сон, ставший явью.

– Я предпочел бы, чтоб он привел к пристойной жратве, но согласен и на сон, ставший явью. Мне пока чертовски неохота чесать обратно.

Виджи, ты как?

– Уж если ты настолько доверяешь Джон-Тому, то я-то уж тем более.

– Да и мне без разницы, – подхватил Перестраховщик. – Веди вперед, длинноногий.

Кабель довел их еще до одного рубильника, потом до следующего, а там и до четвертого. Поскольку мощность источника тока наверняка не беспредельна, Джон-Том методично выключал свет позади всякий раз, как включал очередную группу ламп. При такой старой проводке перегрузить ее ничего не стоит.

Затем потолок сильно понизился, и им пришлось опуститься на четвереньки. Выбравшись на более просторное место, где можно было встать во весь рост, они обнаружили еще один тоннель наподобие первого, но с одним существенным дополнением.

Прямо перед ними спиралью уходила вверх бетонная лестница.

– Что там такое, приятель? То есть, как по-твоему, что там наверху?

– Во всяком случае, наших промышляющих грабежом друзей там нет. Что же касается остального – даже боюсь предполагать.

– Если мы выйдем не в том лесу, который покинули, – спросила Виджи, – то где же, Джон-Том?

– Всяко может быть.

Он зашагал по ступенькам, уступами поднимающимся по искусственно расширенному проходу. Наверху они почувствовали, что воздух потеплел.

Над отверстием была построена крыша, но несколько балок упало – то ли входом в пещеру редко пользовались, то ли редко ремонтировали.

На верхней площадке имелась двустворчатая дверь, запертая на массивный висячий замок. Джон-Том хотел было осмотреть запор, но Мадж деликатно отодвинул его в сторону.

– Ты что, забыл, с кем пришел?

При помощи ножа и еще какого-то вынутого из котомки небольшого приспособления Мадж за две минуты открыл замок и распахнул двери.

Они стояли на вершине поросшего травой холма, окруженного деревьями, совсем не похожими на те, что остались позади, – ни следа любящих песок кипарисов, сосен и лиственных реликтов. В глинистой почве было много известняковой и сланцевой крошки. Что же до растительности, то невдалеке рос самый обыкновенный дуб; чуть дальше Джон-Том распознал мексиканские акации.

Справа стоял одинокий дом, в котором не было заметно признаков жизни. Пройдя несколько десятков ярдов, друзья оказались на вершине холма; отсюда должен быть прекрасно виден далекий берег Глиттергейста – но никакой водной глади не было и в помине, только раскинувшийся на многие мили густой лес, разделенный надвое широким мощеным трактом.

Пока они озирались, на тракте показалось грузно пыхтевшее чудовище и дважды громогласно взревело.

– Что за хреновина? – опешил Мадж.

– Вид его просто ужасен, – Виджи оглянулась на Джон-Тома. – Куда ты завел нас, чаропевец?

Размером чудище не уступало нескольким слонам, вместе взятым. У него было восемнадцать ног – все круглые, как арбузы. Когда чудище с ревом уносилось на юг, перед глазами Джон-Тома мелькнула надпись на боку монстра:

«УТЮГ-БИТЮГ».

Опешив, он следил за восемнадцатиколесным тягачом, пока тот не скрылся за деревьями, и только тогда ощутил, что его тянут за рукав.

– Рассказывай, приятель! Ты ведь знаешь, где мы, а?

Джон-Том не отвечал, все так же мечтательно глядя на шоссе. Мадж махнул лапой и отвернулся.

– Ему теперь офигенно не до нас, вот так.

– Там какой-то знак.

Виджи заковыляла к покосившемуся столбику с прямоугольной деревянной табличкой, отмечавшему конец проселка. Разобрать начертанные на обороте иероглифы ей не удалось, но, быть может, Джон-Том с этим справится. Мадж за руку привел послушно шагавшего друга. Вид знакомых букв заставил человека опомниться.

– Тут сказано: «Добро пожаловать в Безымянную пещеру», а ниже помельче: "Сан-Антонио – 64 мили ".

– Сан-Ад-нонио?

Мадж сдвинул брови и зашевелил усами.

Солнце уже выглянуло из-за горизонта на востоке. Хоть рассвет здесь как в нормальном мире, подумал выдр, а вслух сказал:

– Ярровл знаю, Линчбени знаю, и Поластринду, и еще полсотни городов, но про Сан-Ад-нонио ни разу не слыхивал.

– Я не думала, что в Аду так много деревьев, – разглядывая пару желудей, призналась Виджи.

– Мы не в Аду, – утешил ее Джон-Том. – Это всего лишь Техас.

– Все равно не знаю, где это.

– В моем мире. – Губы Джон-Тома понемногу растягивались в широчайшей улыбке. – Мы перешли в мой мир.

Он вернулся ко входу в пещеру.

– Безымянная пещера. Это годится. Там, должно быть, постоянный проход между моим и вашим мирами. Тот, кто обустроил эту пещеру, начал тянуть кабель на вашу сторону, но забросил это дело – может, поиздержался. Эту штуку не включали несколько лет, а то и десятилетий.

Клотагорб неоднократно заявлял, что такие постоянные ворота могут существовать.

– А с чего ты решил, что они постоянные?

– Хочешь вернуться и полюбоваться на Камалка, Сашима и прочих, поджидающих нас с той стороны?

– Пока что нет, кореш. Думаю, можно поболтаться здесь денек-другой, а уж потом и назад. Не знаю, выдержу ли дольше. – Мадж принюхался. – Запах тут специфический, но вовсе не такой, как ты говорил.

– Это потому, что мы далеко от больших городов – оно и к лучшему, а то такой бы переполох поднялся!

Юноша наклонился и подобрал смятую красно-коричневую жестянку с яркой этикеткой – целый год он не держал в руках ничего более прекрасного. Будто сама надежда осенила его своим крылом. Слезы заструились по щекам Джон-Тома.

– Я дома! Черт, мне все-таки удалось это!

Перестраховщик медленно огляделся.

– Значится, это и есть твой мир, э? Меня он как-то не впечатляет.

Джон-Том никак не мог заставить себя отшвырнуть ржавую банку.

– Мы вышли не в самом интересном месте и должны этому радоваться.

Культурный шок для обеих сторон был бы чересчур силен. – Он перевел дух и указал на пещеру. – Лучше спрячьтесь обратно, пока я не узнаю, есть ли кто дома.

– С чего это вдруг? – насупился Мадж. – У нас дурно пахнет изо рта или еще что?

– Да нет, тут другое: в моем мире народ вроде тебя, Виджи и Перестраховщика не умеет говорить.

– А-а, в точку, приятель, ты ж рассказывал.

– Это он о чем? – поинтересовалась Виджи.

– Я тебе все растолкую, милашка, – Мадж обнял ее и повел к пещере.