Александра Селявина - Дорога домой

— Ты помнишь машины в твоем предыдущем мире?

Сначала я хотела отрицательно покачать головой, но потом воспоминания резко нахлынули на меня. С каждым разом они становились все яснее и яснее.

— Да. — Осторожно, словно боясь расплескать память, ответила я.

— Так вот. Уметь водить машину, и иметь большой опыт в этом деле не одно и то же. Сколько бы ты не знала все это теоретически, опыт вождения не заменит ни что. Так и тут, многие вещи я знаю, о многих слышала, но вот определенным опытом должна обладать. Иначе, просто не смогу выполнять кое — какие обязанности.

— Так ты же сказала, что ни чем особенным не отличаешься от других. — Возмутилась я, почувствовав себя обманутой.

Нерея решительно встала:

— Вы уже закончили?

Эйл хмыкнул:

— Это так не навязчиво было сказано, что пора и честь знать?

— Да нет, просто хотела ответить на последний вопрос твоей любопытной подруги.

Мы разом насторожились.

— Где вы были, прежде чем оказаться в переходе?

— Где? — Одновременно спросили мы.

— Здесь. Это место называется переходом. Вы не пытались осознать, где сейчас находитесь? Ничего не показалось странным?

— Ты еще спрашиваешь…. — Недовольно отозвалась я. Если честно, не все моменты нашего путешествия под водой мне хотелось вспоминать.

Нерея понимающе улыбнулась:

— Придется, иначе вы надолго здесь застрянете. Что вас насторожило?

Русалка подбадривающее подмигнула, а Эйл сделал вид, что засмотрелся на девушек. Вот так всегда, чуть что, отвечать мне. Я почувствовала себя как на экзамене. Причем волнение было не от того, что не смогу правильно ответить. Наоборот, мне на мгновение показалось, что я сейчас что — то вспомню, но этот проблеск быстро погас.

Я помотала головой, и вернулась к вопросу.

— Я не могу понять, как здесь оказались все эти корабли. Вроде мы были в подземном озере. Кто, или что оставило на них эти следы. И кто были наши….. — Я поперхнулась, вспомнив вежливого скелета. — … встречающие?

— Браво… — Все русалки дружно зааплодировали. — Практически все успела подметить.

— Практически? — Я недоуменно подняла бровь.

— Эйл, а ты ничего не хочешь спросить? — Нерея меня просто проигнорировала.

Парень замялся, посмотрел на меня, но я была неприступна, затем умоляюще на Старшую. Но она еще больше меня напоминала ледяную глыбу. В общем, жутко покраснев, выдавил из себя.

— Что вы во мне нашли?

М-да, цитату нужно занести в анналы истории. Или…. Я пристально всмотрелась на малинового друга, вспомнив, что он — то раньше меня встретил девушек. Что еще за история, покрытая мраком?

Я настойчиво так застучала ножкой по полу. Теперь он от меня точно не отвертится.

Русалочки ехидно так засмеялись, предчувствуя расправу над моим другом.

— Ну, что же, все вопросы заданы. — Нерея тоже явно получала удовольствие от всего происходящего. — Тогда пойдемте.

Девушка встала и взмахнула рукой:

— Нам туда.

Мы только пожали плечами, так как совершенно все равно было, в какую сторону идти, мы же тут совершенно не ориентировались. А русалка вела нас сквозь этот зеленый парк, причем никакой дорожки или же тропинки не было. Все эти, ну, деревьями назвать трудно, но и слово водоросли не подходят. В общем, все это великолепие само уступало нам дорогу, на мгновение, раскрываясь, а затем плотно смыкая и переплетая свои стебли и листья. Я с ужасом поняла, что заблудилась, надеюсь, что нас здесь не оставят.

Последняя мысль заставила меня замотать головой, и какая — то паника накатила на меня. Никого рядом не было. Еще секунду назад я цеплялась за Эйла, и видела перед собой изящную спину Нереи. Теперь же тишина, и только шелест лиан нарушал тишину.

— Нерея. — В ужасе заорала я. — Это совсем не смешно.

А вдруг на самом деле они, таким образом, избавляются от излишне любопытных людей? Я же про них ничего не знаю.

Тут мне показалось, что растительность начала сжиматься, и мне не хватает воздуха. Наверное, впервые в жизни я чувствовала себя так беспомощно, да еще и не понимала, почему я так растерялась. Вроде ничего особенного, вокруг зелень, даже красиво, но только какой — то первобытной красотой.

Кстати, на счет первобытности. Одно из растений резко схватило меня за ногу и потянуло куда — то вглубь. Нет уж, я почувствовала злость на саму себя. Туда мне точно не надо. Вот только, как об этом сообщить лиане? Она упрямо продолжала тянуть меня в нужную ей сторону.

Я только начала соображать, что делать, как движение закончилось так же резко, как и началось. Я с облегчением растянулась на земле, ожидая, что последует дальше. И тут мой нос уловил еле ощущаемый запах, дымок. Но этого мне хватило. Я уже говорила, что просто ненавижу огонь? Да и магия с ним у меня никогда не выходила. А тут.

А тут я уже завыла в полный голос. К недоумению, что же происходит, примешивался самый натуральный страх. Причем настолько липкий и первобытный, что он накатывал волнами, одновременно словно опутывая меня своими щупальцами.

Для полного счастья оставалось только одно.

Не успела я подумать об этом, как впереди показался язычок открытого пламени, который задорно так поглощал появляющиеся на его пути растения, и медленно, но неуклонно приближался в мою сторону.

— Нет. — Это уже был не вопль, а писк ужаса. На другие эмоции сил у меня не оставалось. Я судорожно заерзала, внезапно вспомнив о карте. А вдруг… Эта мысль захватила меня полностью, я ведь помнила, что никуда ее не девала, а значит….

— Да ничего не значит. — Говорят, что разговор вслух с самим собой признак надвигающейся потери разума. Но мне так хотелось слышать хотя бы себя. — Нерея ведь упоминала, что карта здесь не работает. И что теперь делать?

Я уже отрешенно следила за тем, как огонь подбирается ко мне все ближе и ближе. Тут уже возник какой — то болезненный интерес: а что будет дальше? Ничего делать мне просто не хотелось. Полнейшая апатия захватила меня.

— Да, Клара, я от себя такого не ожидала. — Только и оставалось, что говорить с собой.

И, словно среагировав на мое имя, пламя резко метнулась ко мне, разом охватив все тело. А я….почувствовала облегчение. Скоро все закончится. Как ни странно, но не было горячо, или больно. Тело горело, но я ничего не ощущала. Хотя…

Внезапно мне захотелось рассмеяться. Так легко и спокойно стало на душе. Во мне как будто сгорало что — то старое, тяжелое, грубое. И постепенно голова стала ясной, как никогда, и из огня стали наплывать образы. Они были словно дымка, неясными, не четкими, но безумно знакомыми.