Джордж Смит - Король и ведьма

Бедняжка, ей, наверное, тоже пришлось нелегко. По-видимому, она потеряла всю свою одежду, и волосы ее выросли до… нет, не может быть! Не столько же времени пробыл я без сознания, чтобы волосы девушки успели дорасти до бедер! Наверное, снова колдовство. В конце концов, это довольно практично с ее стороны — удлинить свои волосы, чтобы хоть чем-то прикрыть наготу, оказавшись на необитаемом острове без всякой одежды.

Да, кости наверняка человеческие. Похоже, в этой пещере, действительно, жил какой-то гнусный людоед. Существо, которое вылавливает из моря тела утопленников, расчленяет их и варит в этом огромном котле. Какой ужас! Тут мои мысли вернулись к недавним событиям. Я подумал о том, что Эннис, возможно, зла на меня, но навряд ли она бы ушла, бросив меня одного, безоружного в этой пещере, куда того и гляди может вернуться ее законный владелец. Нет, не могла она так со мной поступить. Да, но тогда где же она?

Вблизи пещеры послышался шум. По земле волокли что-то тяжелое. Откинув висевшую у входа шкуру, в пещеру вошла Эннис. Да, она действительно тащила за собой кое-что: тело боцмана с «Андрасты»!

Я разинул рот от удивления. Зачем она это делает? Как и остальные члены команды, он не был приятным человеком, и я не мог понять, почему она решила предать его тело земле и тащит его сюда с таким трудом.

Через несколько минут мое недоразумение разъяснилось. Я притворился, что все еще лежу без сознания, а сам исподтишка наблюдал за тем, как она вытащила самодельный нож и с его помощью принялась срезать с боцмана одежду.

Что ж, вполне практичный поступок. Бедняге его тряпье уже ни к чему, а нам оно могло пригодиться.

Но при виде ее дальнейших действий я оцепенел от ужаса. Своим острым костяным ножом она откромсала руку трупа и спокойно опустила ее в кипящий котел.

— Эннис! Боже мой, Эннис! Что скажет Бранвен?! — выдохнул я. — Пусть мы на необитаемом острове, но это же еще не повод превращаться в людоедов! Мы добудем какой-нибудь еды… моллюсков, кролика или еще что-нибудь. Только прекрати это!

Она молча смотрела, как я поднимаюсь на ноги и приближаюсь к ней.

— Эннис, дорогая, что с тобой?

— Эннис, — повторила она. — Меня Эннис.

— Конечно, ты Эннис, — подтвердил я. — Я узнал бы тебя даже без одежды. У тебя ведь маленькая родинка здесь на…

Но никакой родинки там, где я ожидал ее увидеть, у Эннис не было. Что-то во всем этом было не так. Кто же эта девушка, питающаяся человечиной? Но так ли уж мне нужно это выяснять? Самое лучшее, что я мог сделать — убраться отсюда, и как можно скорее.

Приняв это разумное решение, я начал обходить костер. Девушка не сводила с меня маленьких черных глаз, сверкавших при свете огня. Как они были непохожи на глаза Эннис!

— Выйду-ка я, пожалуй, на минутку, — пробормотал я. — Что-то у меня голова закружилась от этого дыма.

Эннис зарычала. Я не преувеличиваю, она действительно оскалила зубы и зарычала, как животное! Я вспомнил, как во время битвы на корабле она превратилась в белого леопарда. Может быть, что-то случилось во время шторма, что снова ее изменило?

При следующем моем шаге она вскочила, отбросив нож, которым все это время разделывала боцмана. Зубы ее были по-прежнему оскалены. У Эннис были красивые, ровные белые зубы, но я никогда не замечал, что у них такие острые концы!

Надо сматываться отсюда во что бы то ни стало! Я прыгнул к выходу из пещеры. Но девушка, ухватив меня за руку, втащила обратно. Секунду мы смотрели друг на друга в упор. Затем она, присев, обхватила меня руками, выпрямилась, подняла над головой и с силой швырнула через всю пещеру, поверх костра на груду мехов.

Приземление мое было настолько болезненным, что я не мог не только пошевельнуться, но даже толком осознать случившееся. Ну, это уж слишком! Эннис была хрупкой девушкой, весившей навряд ли больше ста фунтов. И как же, во имя Бранвен, могла она швырнуть через всю пещеру мужчину, почти в два с половиной раза превосходившего ее по весу?

Разумеется, здесь не обошлось без колдовства, если только это создание — настоящая Эннис. Но если не Эннис, то тогда кто же она?

Не иначе как сама Мюллеартах. Кто еще мог знать, где я? У кого еще хватило бы сил так меня метнуть? Но зачем ей этот маскарад? Почему не предстать передо мной в своем истинном виде? Но тут я вспомнил, какая она уродина. Да, на ее месте, наверное, любая женщина воспользовалась бы возможностью изменить свою внешность к лучшему.

Но я решил, что должен в этом удостовериться. Если это действительно Мюллеартах, мне следовало готовиться к самому худшему. Она наверняка замышляет против меня что-то ужасное. Если Эннис сказала правду о том, что ведьма принимает человеческие жертвоприношения, то я, вполне возможно, обречен на соседство с боцманом в этом котле. Но с другой стороны, если это все же настоящая Эннис, пусть слегка помешанная, то я просто обязан помочь ей прийти в себя.

С тех самых пор, как я покинул Землю, мне хотелось испробовать несколько заклинаний. Ведь я всегда верил в свои способности к магии. Теперь, в мире, где правило волшебство, я мог наконец их проверить и использовать.

Сначала следовало выбрать нужное заклинание. Еще раз посмотрев на Эннис (или Мюллеартах), деловито помешивавшую в котле, и ощутив тошнотворный, сладковатый запах тушеного боцмана, я сделал выбор, решив произнести заклинание, которому научился в экспедиции в горах Шотландии. Мне почему-то не пришло в голову, что же я буду делать, когда, в случае успеха моих магических действий, Мюллеартах примет свой истинный чудовищный облик.

Я опустился на колени. Эннис искоса поглядывала на меня, как волк, подстерегающий добычу. Она перестала помешивать в котле и вытащила откуда-то две миски, собираясь, видимо, радушно попотчевать и меня лакомым блюдом.

От этой мысли меня передернуло, и я начал быстро читать заклинание, скрестив пальцы рук и сведя глаза в одну точку:

Где ты, Эннис?Ты ли это?Маг зоветТебя к ответу.Сверкающий славы перст,Тритоний глаз и жабий нос,А также кошачья шерстьПомогут решить вопрос —Кто же такая ты есть?

Эннис все так же невозмутимо раскладывала жаркое из боцмана по мискам. Она не превратилась в Мюлле-артах. Выходит, одно из двух: или это действительно Эннис, или я такой же «великий» волшебник на Анноне, каким был и на Земле.

Девушка поднялась, держа в каждой руке по дымящейся миске, и улыбнулась. Ее острые зубы сверкнули в свете костра. Одну из мисок она протянула мне, и меня волной окутал дурманящий запах.

Я мужественно отнесся к такому гостеприимству: втянул живот, выпятил грудь и потерял сознание.