Николай Инодин - Аннотация

- Роман, это старшие вильских кузниц, дело у нас к тебе, уделишь ли нам время для разговора?

"Ох уж мне эти китайские церемонии", - вздохнул про себя Шишагов, старательно расплываясь в ослепительной улыбке.

- Честь для меня есть беседа с такой важный человеки. Прошу ходить дом, говорить удобно вокруг стола сидеть,- и широкий жест в сторону занимаемого им гостевого жилища.

Когда мастера расселись, строго следуя правилам старшинства, и внимательно осмотрели развешанную по стенам в несколько слоёв коллекцию трофеев, Дзеян по очереди представил Шишагову собравшихся кузнецов. К сожалению, плохо владеющий языком Роман с первого раза запомнил только имя старшего - потому что продолжение "отряд" так и просилось на язык. Заград беседу и продолжил:

- Мастер Дзеян показал нам ухватки и секреты, которыми ты с ним поделился. Между смыслянскими кузнецами тайн нет, твоя наука пойдёт в соседние племена, так заведено. Прочие ковали от нас секретов не держат. Твои знания дорого стоят, но ты делился как с родными, не рядясь о цене.

Мастер задумался, подбирая слова.

- Не силён я речи плести, мы, кузнецы, служим богу руками. Не обижайся, если скажу не так - это не по умыслу. Хотим предложить тебе войти в кузнечное братство. Ты, конечно, мастер не нам чета, но и у нас сила немалая, если нужда в чём будет - поможем. Не подумай чего, поможем и так, только если ты наш будешь, легче это сделать, ну, сам понимаешь, вижу я.

Роман потянулся и погладил лежащую на столешнице ладонь, похожую цветом и крепостью на торчащий из земли дубовый корень.

- Я куда хуже говорить на ваш язык, потому простить мне, если сказать не смогу правильно. Не есть я большой мастер. Я знать много, что не знать вы, и не уметь то, что легко делать ваш ученик. Потому я хотеть учить вас, а вы учить мне. Но я буду сильно рад и гордый стать вильский кузнец.

Заград одобрительно склонил голову и попросил:

- Дзеян, сделай милость, сходи, пусть несут, что привезли.

Кузнец вышел и вернулся с парнями, что оставались у лодок. Одного из них Рома знал - старший сын Дзеяна.

Заград встал и вышел на середину помещения.

"А рожи-то у всех какие торжественные! Можно подумать, их для кинохроники снимают. Хотя... Они ведь всё время перед своими богами стоят, даже когда в туалет ходят. Так и живут, постоянно на публику - в кровь въелось".

Шишагов выбрался из-за стола следом за кузнецом, встал напротив. Заград взял у одного из молодых первый из принесённых свёртков, развернул. Кожаный фартук, защита от разлетающихся с наковальни кусков горячей окалины, и головная повязка. На толстой коже тиснение - солнечный круг, молот и знак огня земного и небесного.

"Не знал бы заранее, мог и шарахнуться, вылитая руна Зиг, чтоб её, только молнии разнонаправленные".

И фартук, и повязку немедленно на Рому нацепили. Клещи и молот, извлечённые из следующего свёртка ничем особенным не удивили, Роман уже видел точно такие, вот молоточек мастера, опущенный в нашитую на фартук петлю, это уже показатель статуса. Последний подарок был просто нужной вещью - большие клинчатые мехи.

Дзеян ещё и мазнул Рому сажей по лбу - мол, из НАШЕГО горна.

Ритуал приёма оказался прост и молчалив, вчера утром Шишагов на коленке склепал шоу куда зрелищнее, но отношение к действу самих кузнецов Рому всё-таки проняло - расчувствовался и даже как-то растерялся. Мастера по очереди подходили к нему, обнимали и молча хлопали по спине могучими ручищами.

- Вот, Роман, теперь и от тебя зависит, как люди вильского корня встретят беду и спроворят работу - голыми руками или крепким железом. Сынов у тебя пока нет. Родить детей - дело нехитрое, да растить долго и хлопотно. Пока твои сыны не могут тебе у наковальни помогать, не примешь ли наших в помощь? - Заград вроде шутил, но принёсшие подарок парни вытянулись и плечи развернули, показывая товар лицом.

Роман окончательно растерялся:

-Muzhiki, ja s vas figeju...

Потом малость опомнился:

- Мастера, я в чужой дом жить - как поселить столько?

Заград на такую глупость только рукой махнул, как лопатой :

- Печкур когда узнает, неделю радоваться будет, своя кузница под боком! А жильё парни сами себе изладят, не маленькие. Берёшь?

- Я брать, только я их учить, они - меня. Так хорошо?

Кузнецы заржали, и Заград ладонь протянул. Роман, смекнув, что от него требуется, с размаху ударил по ней своей. Кузнец озорно, совсем по-молодому, улыбнулся и сдавил в своей лапище Ромину кисть. Проверяльщик нашёлся! Шишагов меряться силой не стал, просто сжал чужую ладонь и держал, не дожимая. Старший мастер понял его, кивнул и ослабил хватку.

Помощь кузнецы обещали не ради красного словца - после окончания ритуала Романа ещё раз поздравили с обретением нового статуса, немного обсудили предложенное Дзеяном место на речке, почему-то названной Сладкая, да и повалили на стройку. К полудню Роман понял, что больше мешается под ногами, чем помогает. Каркас был закончен, стены обрастали плетнём и засыпались сухим песком, дёрн для крыши прибывал со страшной скоростью. Тогда он взял Машку, прихватил лук и копьё и растворился в лесу - объяснить Махе, что им нужно кабанье стадо, было проще простого.

Когда Шишагов приволок в посёлок тушу молодой свиньи, здание кузницы уже было накрыто крышей, и Плава с Лаской мазали плетёные щиты смесью из глины и коровьего навоза. Раствор для них смешивали Акчей и Рудик. Так как в силу особенностей технологии такие стены дождя боялись гораздо больше, чем огня, крыша над кузней сделана чуть не вдвое больше самой постройки, по бокам спускается почти до самой земли, а спереди и сзади выдаётся за стены метра на три - найдётся место и уголь сложить, и необожжённый кирпич на просушку. Пол в кузне глинобитный, пока не высохнет - внутри делать нечего. Невдалеке от кузницы свежим холмиком выделялась новая землянка. Жить в ней должны были Ромины подмастерья, но размером она оказалась даже больше той, в которой "ютился" около священного места Савастей с помощниками.

- Ну, ты понимаешь, мы ведь тоже на торг сюда ездим, мало ли, переночевать нужно будет... - туманно пояснил такой размах Дзеян.

Роман отправил не занятую работой молодёжь в лес, за хворостом, а сам расколол несколько брёвен и под нависающей крышей на скорую руку сладил длинный узкий стол и низенькие лавки - того типа, что так любят устраивать в местах ночёвок туристы разной степени организованности. Из жердей, сложенных одна на другую между вбитыми в землю парами кольев соорудил стенку - чтобы жар костра отражался обратно, в паре шагов перед ней вместе с младшими печкуровичами выложил галькой место для огня, а перед огневищем - не над ним, а именно перед - вбил толстые колья с развилками на конце.