Ольга Ильина - Особенные. Элька

— Ага? — удивилась Марта, — Какое интересное слово.

— Мам, — проговорил Егор, но даже я почувствовала угрожающий холод, который он сейчас источал, или мне показалось? А, нет. Не показалось. Его рука, которой он сжимал мою, в мгновение похолодела на несколько градусов и слегка отрезвила меня.

— Что дорогой? — не поддалась женщина, — Я просто хочу узнать твою новую девушку поближе. Ведь ты в первый раз приводишь кого-то к нам в дом, кого-то настолько.

— Особенного, дорогая, — поддержал жену Альберт.

— Верно. Я надеюсь, мы подружимся.

Ага, непременно. Блин, если моя бабуля также встретила маму при первом знакомстве, то я не удивляюсь, что она ее не выносит. Может, со всеми невестками так? Господи, и о чем я только думаю?

Кусок в горло не лез и не только из-за почившей на моих глазах рыбки, но и из-за навязчивого внимания злобного, неприятного брата Егора. И если взгляды Алекса были насмешливыми, а с лица не сходила доброжелательная улыбка, то взгляды Виктора походили на уколы, которыми меня истыкали в больнице. Такие же болючие и надоедливые. И еще ухмылка эта, говорящая, что-то типа «я все про тебя знаю». Да ничего ты не знаешь, упырь ходячий.

В этот момент Алекс не выдержал и расхохотался прямо посередине разговора Егора с матерью.

Все в недоумении повернулись к нему, в том числе и я.

— Простите, это нервы, — проговорил он и расхохотался еще громче. И тут в беседу вступил Виктор.

— Хм, это та самая девочка, по которой ты страдал последние пять лет? А я думал, она миф.

И зачем он только это сказал? Егор напрягся, даже руки в кулаки сжал, но он контролировал себя куда лучше, чем я.

— Как видишь, нет, — почти равнодушно ответил он.

— У тебя хороший вкус, жаль — человек, — продолжил противный брат, — Поделиться не желаешь?

Егор начал заводиться.

— Советом, конечно, где такую же красавицу можно найти.

— Неужели, вы еще не нашли свою половину? — решила вступить я. Зря. Егор буквально окаменел.

— Не посчастливилось.

— Жаль слышать. А мне вот повезло. Я наконец-то заметила Егора.

— Егора? — удивились все, а я поспешила пояснить.

— Простите, это я так Даниила зову. Старая привычка.

— Я не против.

— Правда? А я думала, тебя это немного обижает.

— Когда меня так ты называешь — нет.

Я улыбнулась. Искренне и по-настоящему. И даже захотелось прикоснуться к нему. Что я и сделала. Нашла его руку под столом, сжатую в кулак и погладила, убеждая, что все хорошо.

А подлый брат заглох. Посверлил меня только непроницаемым взглядом, извинился и удалился. Марта тоже решила нас покинуть, ненадолго, как она выразилась. Чем еще больше меня порадовала. За столом остались только те, кто хотя бы был доброжелателен, а с некоторыми я вообще хотела бы остаться наедине. И мое желание сбылось, правда не совсем так, как хотелось.

Все началось с третьего блюда, которое меня просто убило. Не, поначалу я даже обрадовалась. Мороженое. В стаканчиках, три шарика в стиле Баскин Робинс.

— Эль, это деликатес. На любителя, — попытался что-то сказать Егор, но у меня было такое противное послевкусие от зеленой жижи и рыбки, смерть которой я наблюдала он-лайн, что хотелось разбавить это чем-то привычным и знакомым. Вы когда-нибудь пробовали мороженое со вкусом перца чили? Нет? Вам крупно повезло. А мне «посчастливилось» попробовать. И ведь не поскупилась, черпанула целую ложку и даже с горкой. Теперь в горле все жжет, вода не помогает, а из глаз брызжут слезы. Вы знаете, есть такая передача: Адская кухня, так вот, сегодня у меня был Адский ужин.

— На какого любителя? — едва отдышалась я. Воды, воды мне дайте, — На дракона что ли? Чтобы огнем лучше дышал? Так я сейчас дыхну, так дыхну на тебя.

Коршуниха принесла воды. С газом. Нет, я убью эту домработницу. Теперь я не только огнем дышу, но еще и пузырюсь. Прям какая-то газовая атака.

Егор меня спас. Отвел в ванную. Блин, я выпала в осадок, когда ее увидела. Куда там нашим пятисантиметровым душевым кабинкам. Здесь был размах, причем во всем. От ванны до зеркала. Коврик с подогревом, ванна совмещенная с джакузи, огромная душевая кабинка и никакой тебе стиральной машинки, тазов, или того хуже, совмещенного санузла. Но, чего я удивляюсь. Это же богачи.

— Прости за это, — проговорил Егор и приложил руку к моему воспаленному горлу. Помогло сразу. Нет, он точно целитель, — Я не думал, что все так получится. Магда — немка.

— Магда? Это еще кто?

— Домработница.

— Жесть. У нее еще и имя нацистки. Надеюсь, она не из этих. Типа, кошу всех славян и евреев под корень.

— Нет, — улыбнулся Егор.

— Чего смешного? Она меня чуть не отравила.

— Прости. Я должен был предупредить их.

— Блин, неужели это ваш каждодневный ужин? А как же картошка фри, гамбургеры, хот-доги, на худой конец фуагра? Где все это?

— Эль, мы ужинаем все вместе от силы раз в полгода. Вот Магда и расстаралась. Поверь, дело не в тебе.

— И слава богу. Слушай, а у вас в доме совсем нормальной еды не водится? Ну, там сыр, колбаска, сосисочки?

— Боже, я тебя обожаю, — неожиданно воскликнул он и полез обниматься. Я, конечно, не против, но такой порыв чувств, да еще и наедине, совсем не походит на игру.

— Э… за что?

— За то, что ты такая. Такая, какая есть.

— Это мило, конечно, но сколько нам еще здесь торчать? Мне домой надо. Я же родителям даже не позвонила. Не сказала, что задержусь.

— Это ты зря. Пойдем, позвонишь из кабинета.

Возвращаться в столовую мы не стали. Но едва открыли дверь, как тетенька коршун оказалась перед нами.

— Ага, вы подслушивали! — не думая, воскликнула я. Домработница подобралась, гордо вскинула подбородок и отчеканила:

— Нет, я просто шла сообщить, что господа беспокоятся и спрашивают, не нужно ли вам чего?

Нужно. Прибить эту муху назойливую, вот что мне нужно. Но Егор не дал. Увел меня в кажется это библиотека. Нет, у них все с размахом. Если ванна, то на полк солдат, если ужин, то обязательно из четырех блюд, слава богу, что я четвертое не попробовала, и если библиотека, то из тысяч книг. Я решила подсчитать, сколько же здесь шкафов, огромных, от пола и до четырехметрового потолка. Так, шкаф, шкаф, шкаф, стол, потом опять шкаф, шкаф, шкаф, шкаф, диван. Короче, здесь было двадцать шесть шкафов, диван, пара кресел, камин опознался в углу и стол. Ах, да. Еще я про окно забыла. А книги, все раритеты. Умереть не встать. А один шкаф меня просто убил. Там все о магии. Я попыталась открыть одну из книг, только это вовсе не книги были, а что-то вроде дневников, написанных, наверное, еще пером и чернилами. Правда язык не опознала.