Место для неугодных - Екатерина Леснова

— Отвлекла внимание, — голос коменданта был глух, но чувствовалась в нем затаенная ярость, — мы, конечно, не купились, но время упущено. Она скрылась в неизвестном направлении.

— Почему за ней следили простые стражники? Ты же говорил, что это не дело дилетантов, — мне было искренне жаль погибших мужчин. — Почему за ней не смотрели люди дознавателей?

— Драфт и Нарден вызвали своих людей, но на тот момент прибыло всего пара человек и, поскольку Софи не рассматривали, как основную подозреваемую, то они следили за другим человеком, — в этот момент Тейлор отвел глаза, что мгновенно дало мне осознать простую вещь:

— Они следили за мной?! — поразилась я.

— Да, — не стал отпираться комендант, прямо и честно смотря мне в глаза, — я предупреждал их, но я простой комендант города, а они королевские дознаватели. Мое дело степняки и ссыльные, о чем мне и напомнили господа дознаватели, — было видно, как задели его их слова.

Мне же было как-то гадко от осознания глупости всей ситуации. Ловко эта Софи подставила меня. Все подозрения перевесила на меня, и если б я не вспомнила ее, то уже бы сидела за решеткой. Погибшие стражники только выбивались из общей схемы, но видимо змея поняла, что ее хвост уже заметили в траве и теперь осторожно обходят, чтобы расставить силки. — А как же ее муж? — Казнят, тут и говорить нечего, но он мало знает, да и участвовал далеко не во всем. Сначала Драфт и Нарден с ним поработают, вытянут все, что смогут. Вот только главным здесь была именно «Софи». А она почуяла неладное и ловко скрылась. — Что же шпионы такого уровня забыли в Радоле? — Не догадываешься? Я покачала головой, иначе бы не спрашивала. Признаться я очень далека от политики, шпионажа и прочего. Чего уж говорить, если о заговоре против политики короля, я узнала, по сути, только тогда, когда меня арестовали. — Добыча орты. — Ну и что? Орту добывают не первый год, ее свойства давно известны, — пожала я плечами. Спорила я из чувства противоречия, ну и немножко из-за прошлой обиды. — Наше королевство быстро наращивает обороты. Месторождения орты плюс реформы короля дают возможность нашему королевству сдвинуть с пьедестала другие страны-лидеры. И если раньше мы принимали чужие условия, то теперь можем их диктовать. А этого кому-то очень не хочется. Я задумалась над его словами. Выходит все так, но мне, далёкой от таких глобальных мыслей, было странно оказаться втянутой в такую игру. Шпионы, воровские сети, подставные люди, с легкостью убивающие других. Для меня это слишком. Не о таком я мечтала. Где моя спокойная жизнь на краю королевства? — Не понимаю, причем тут я? — Отвлекающий маневр, хотя Драфт предполагает, что та записка имеет какое-то отношение к шахтам. Тебе ее подкинули, а там кто-то должен был ее забрать. — Почему именно шахты? — Не знаю, — мужчина качнул головой, — это его предположение, не мое. — А ты что думаешь? — А мне совершенно не нравится, что все это так или иначе касается тебя. — Да мне тоже это совсем не нравится, — печально усмехнулась я, — да и кому понравится сидеть за решеткой в комендатуре или на допросе королевских дознавателей. Или еще хуже с ножом в спине в грязной подворотне. — Эта самая «Софи» умудрилась обвести вокруг пальца двух опытных дознавателей, которые вычислили не одного шпиона. Кроме того, у Драфта и Нардена есть подозрение, что Софи не просто скрылась, а оставила нам «подарочки». — Что ты имеешь ввиду? — о боги, все хуже и хуже! — Понимаешь, шпионы такого уровня, уходя, сжигают мосты. А за ней их полно: ее муж, Арчи, ты, скорее всего еще какие-то связные или подкупленные люди. Как правило, они уничтожают все, что хоть как то имеет отношение к ним, чтобы уйти незамеченными. Судя по записям, эта пара официально проживала в Дивере, здесь имела дом и лавку. Запрос из Дивера показал, что Витель Леннокс проживал там с рождения, а вот некая Софи Леннокс, в девичестве Даен, прибыла откуда-то с юга. Вот только точнее ни один запрос не дал ответов. — И что же делать? — Попытаться предотвратить ее действия. За тобой и без того следят, но сейчас людей удвоили. Драфт и Нарден вызвали подмогу, магов и дознавателей, королевскую стражу. Так что ты вроде бы в надёжных руках, — только вот в голосе Тейлора я не чувствовала той прежней уверенности, с которой он всегда говорит. — А остальное? — Остальное тоже прикрыли. Комендатура хорошо охраняется. Арчи переведут завтра. Муж Софи пока здесь, с ним работают дознаватели, но тоже в ближайшее время переведут в куда более безопасное место. — Тебе что-то не нравится? — я не слышала былой уверенности в голосе Тейлора. Он вообще сегодня выглядел куда хуже, чем обычно. Не было ни уверенности в голосе и жестах, будто вся его военная выправка куда-то делась. — Нет, все в порядке, — покачал головой Тейлор, но я все равно чувствовала, что всей правды он не говорит. Время меня уже поджимало, нужно было выходить, а то придется добираться своим ходом. Я повернулась, чтобы взять соломенную шляпку, на улице было солнечно, как почувствовала теплые руки Тейлора на своих плечах. Это было неожиданно. Его руки мягко сжали мои плечи, и он шагнул чуть ближе. — Пожалуйста, Алисия, никуда не лезь, — тихо проговорил Тейлор, — мне неспокойно. Весь мой военный опыт кричит об опасности, но такие тайные игры не моего уровня, я никогда не ловил шпионов. Да, на войне полно военных преступников и шпионов в том числе, но это совсем другое, это политическая игра, которая длилась не один год, и мы оказались в ее завершающей фазе, когда предотвратить все с минимальными потерями практически невозможно.

Он стоял позади меня, всего лишь приобняв за плечи, а у меня в груди колотилось неистово сердце. Так близко. Неужели я ему нравлюсь так же, как и он мне? Что может значить этот жест? Но прошло всего несколько секунд, и мужчина отпустил меня и отошел. И его слова не давали с легкость окунуться в свои чувства. Стало страшно. Если уж ему неспокойно, то что же делать мне?

— Хорошо, — тихо, не оборачиваясь ответила, боюсь, что если повернусь к нему лицом, то он сразу поймет, какая буря чувств поднялась в моей душе от такого невинного жеста. — Ты извини, мне нужно выходить уже, а то опоздаю на работу, — руки немного дрожали, когда я открывала дверь, не понять то ли от страха, то ли от других чувств, вызванных его объятиями.

— Да,