Королевства Войны - Лиза Смедман

шею, немного ниже челюсти. Однако это не возымело действия и Мирт стоял недвижим, словно статуя. Тогда она легонько положила руку на его чресла.

- Не сейчас, - тут же прорычал он.

- Нет? - удивилась Таунира игриво надув губки. - Ну мы ведь успеем порезвиться до утра?

Внезапная улыбка Мирта, казалось, прорезала его лицо:

- Ну конечно.

* * * * *

- И так, колёса крутятся, - мягко сказал Харло Онгалор, сверкнув изумрудными глазами в свете обильно выставленных на праздничном столе свечей и улыбнулся. Пожалуй, ничто в этом мире не было способно заставить визиря прекратить улыбаться этой привычной натянутой полуулыбкой.

- Когда приходит орда орков, действительно, война бушует до тех пор, пока одна из сторон не будет полностью уничтожена. Но в то же время в землях, находящихся под властью людей, есть время для мечей и есть время, когда каждый желудок хочет быть сыт, и когда можно делать деньги. Амн не в первый раз сталкивается с войной, но война не поглотит его. Уже скоро эта распря будет позади.

- Эта распря, - со знанием дела протянул Имрил Морунд. Лукавый и загадочный торговец парфюмерией, и, как настойчиво утверждали слухи, ядами, не был и близко самым холёным или красивым среди богатых амнийцев, собравшихся в этот вечер за ужином в качестве гостей-пленников Длани Закона. В то же время он, без сомнения, был самым изысканным в манерах, словоохотливым и уверенным. - Это ещё очень большой вопрос, проживёт ли кто-нибудь из нас достаточно долго, чтобы увидеть другую.

- О, но наверняка… - хотела было сказать Леди Рослар.

- О, но наверняка это чушь, - прервал её Рейлеронд Гейлспер, развалившись на своём стуле, чтобы принять более внушительную позу, держа свой высокий стакан на весу и поворачивая его длинными пальцами так, чтобы поймать свет. Он был самым красивым мужчиной в комнате и каждое его движение, выглядящее также кричаще, как если бы его озвучивал глашатай, заявляло о том, что он об этом прекрасно знал. Известный сердцеед, не пропускающий ни одной юбки, Гейлспер был молодым и испорченным наследником семьи конезаводчиков, которые, помимо всего прочего, владели многими зданиями в каждом городе Амна и жирели ещё больше от непрекращающихся доходов от ренты. - Военные притязания никто не отменял, - отчеканил он с горечью, как будто персонально оскорблённый этим соображением, - и мы сидим здесь, в сердце кровопролитной войны, с марширующими по обе стороны от нас армиями. Случись одной из них повернуть в эту сторону, мы едва ли сыщем достаточно клинков, чтобы хотя бы развлечь их, прежде чем сойти в могилы.

- Мы мужчины Амна, - огрызнулся Ларл Амброр, - и я не сомневаюсь, что мы сможем умереть с достоинством, - тонкое, тёмное лицо торговца вином, не выдало никаких эмоций, что, впрочем, никого не удивило. Изо дня в день, оно казалось высеченным из камня.

- Неужели? - спросил Морунд. - А теперь ответь мне: чем же именно отличается достойный крик предсмертной агонии от всех остальных?

- Довольно! - прогремел голос Дэрмона Халандрафа, такой же угодливый и льстивый, что и всегда. - Это едва ли подобающая тема для застолья.

Толстый, ленивый, с упадочным здоровьем наследник очень успешной семьи ростовщиков и строителей кивнул трём ужинающим, сидящим позади него - богато одетым амнийцам, которые побледнели и дрожа или вздрагивая отстранились от тарелок.

- У Амна превосходное будущее и он купается в заслуженном богатстве. Так давайте же меньше говорить о мрачном и больше о возможностях и хороших вещах, которые всех нас ожидают.

- И в самом деле, - сладко согласился Горус Нарбридл, сверкая при свете свечей своей свеже-намазанной воском лысиной. - Я по собственной молодости припоминаю все эти разговоры молодёжи о кровопролитии и гибели… и где эти молодчики сейчас? Все раздобрели как мошной, так и телом и, конечно же, стали старше. Теперь они с нежностью… нет, с ностальгией вспоминают чаяния своей молодости.

- И всё же, господин Онгалор, я обеспокоена нашим пребыванием в Омбрейре, - сказала Леди Хелора Рослар. - Нас так мало, а за пределами стен в Даунтире рыщет столько армий. А армия, которая могла нас защитить - Длань Закона - ускакала невесть куда, по какому-то очень тайному поручению. Почему мы медлим? Неужели вы надеетесь отсидеться здесь никем незамеченным? Или мы ждём какой-то встречи, или чего-то ещё, о чём вы не находите подобающим нам сообщить?

Трое амнийских наследников, сидящих рядом с заплывшей жиром тушей Халандрафа, внезапно перестали выглядеть напуганными и как один посмотрели на говорившую девушку.

Как бы там не было, Харло Онгалор раскрыл свои руки, будто бы собираясь обнять весь мир и широко улыбнулся, будто Рослар была его дочерью, к которой он испытывал глубокую привязанность.

- У меня нет настолько уж зловещих тайн, Леди Рослар. На самом деле всё, чем я руководствовался - это соображениями вашей безопасности. Хотя, конечно, у меня были и другие мысли, в том числе и касаемо других отпрысков и наследников земель вокруг Омбрейра. Я послал большинство воинства Длани в земли в нескольких днях пути отсюда в битву, чтобы принц Элашар мог лично познакомиться со старшими дворянскими семьями Амна, которые трудно обвинить в излишней подозрительности, касаемо всего, что касается так называемых «наследников королевской линии», и привлечь их на свою сторону. Это та опасность, с которой он должен встретиться лицом к лицу, но мне казалось ужасно глупым рисковать вами всеми в подобном деле. Более того, то, что меня нет с ним даже лучше для него самого, ибо никто не посмеет заявлять, что я дёргаю за ниточки. Вот по этому-то мы все и здесь и наслаждаемся этим чудесным вечером.

Нарбридл тихо встал со своего места и ничего не говоря кивнул визирю.

- Убегаете от гибели? - ненавязчиво спросил Морунд.

Лысый мужчина кисло посмотрел на парфюмера:

- От гибели переполненного мочевого пузыря - без сомнения. Я не видел нужды заявлять об этом во всеуслышание. Вежливые люди не говорят о таких вещах.

- Вот как? - спросил Имрил Морунд. - За этим столом есть «вежливые люди»? Я думал мы все из Амна.

Удивительно, но Нарбридл улыбнулся, а моментом позже к нему присоединился раскатистый хохот Дэрмона Халандрафа.

* * * * *

- Ничего, - устало сказала Харгра, обнимая рукоять своего ужасного на вид топора. - И всё же