Дочь тьмы - Лея Стоун

Вы понятия не имеете, что это для меня значит.

Архангел обхватил меня своими теплыми руками.

– Всегда пожалуйста, Бриэль. Иногда я завидую страстной, но безрассудной человеческой любви, – признался он, когда я отстранилась.

Михаил усмехнулся.

– Очень советую. У моей жены есть очаровательная подруга. Я мог бы вас познакомить.

Рафаил выглядел смертельно оскорбленным.

– Эта встреча окончена, – отрезал он, порозовев от смущения.

Мы все разразились смехом, когда он притворился, что раскладывает бумаги на своем рабочем столе.

На выходе из главного здания я окликнула Михаила, чтобы задать ему пару вопросов.

Мягкий солнечный свет падал на его золотистые волосы и загорелую кожу, отчего он казался совершено нереальным. Мне потребовалось несколько секунд, чтобы вспомнить, о чем я хотела поговорить.

– У Эмберли есть какие-нибудь интересы? – наконец спросила я. – Что я могу предложить взамен на ее помощь?

Он усмехнулся.

– Ну, она любит покупать старые комиксы и всегда пытается заработать немного денег, помогая по дому. Она не может устроиться на работу, пока ей не исполнится шестнадцать, так что…

Комиксы и деньги. Есть от чего оттолкнуться.

– Хорошо. Спасибо. – Я помахала ему на прощание и пошла обратно, чтобы встретиться с Шией.

– Бриэль? – позвал он.

Развернувшись, я увидела, что он расправил крылья, приготовившись к взлету.

– У Эмберли острый язык ее матери и независимый характер. Удачи. – Он подмигнул, а затем оторвался от земли и исчез высоко в небе.

Я едва уловила его слова, потому что думала о Линкольне. Когда-то он подмигивал мне точно так же.

Когда я пришла в столовую, основной поток учеников уже разошелся по аудиториям, и только несколько человек все еще доедали свой обед.

Подбежав ко мне, Шия заключила меня в долгие объятия.

– Теперь я буду постоянно тебя обнимать. Я так по тебе скучала, – сказала она, прижимая меня еще сильнее.

– Я тоже по тебе скучала.

Я все еще не могла поверить, что вернулась домой. Все это казалось ненастоящим.

Шия просияла, воодушевленная количеством возможных объятий, которые ждали нас впереди, но затем она наклонилась ближе, приподняв одну бровь.

– Как прошла встреча? Они допрашивали тебя по поводу договора с Люци?

Все мои друзья подхватили мое прозвище для Люцифера и теперь использовали его при каждом удобном случае.

Я пожала плечами.

– Вроде того, но они на меня не сердятся. Я должна попросить дочь Михаила научить меня противостоять контролю сознания. Мне нужно ее найти.

Моя подруга широко распахнула глаза.

– Я немного с ней знакома! Я вас представлю.

– Супер, – без энтузиазма ответила я.

Шия развернулась, чтобы уйти, но я схватила ее за руку, и она повернула голову, глядя на меня с неприкрытой тревогой.

– Я собираюсь найти Линкольна. Уже завтра меня здесь не будет, – выпалила я. Она кивнула, словно ждала этих слов.

– Я поеду с тобой.

С моих губ сорвался тяжелый вздох.

– Это очень опасно, и нам придется действовать под прикрытием.

Она пожала плечами.

– Мне плевать, я тебя не брошу. Ной тоже захочет поехать. Он скучает по Линкольну.

Я тяжело сглотнула.

– Как давно его нет?

– Около пяти недель.

– И от него не было никаких вестей? – спросила я, прикусывая внутреннюю сторону щеки.

Она покачала головой.

– Он скрывается под личиной темного мага. Побрил голову и все такое. Он… совсем потерял самообладание после того, как ты…

– Понимаю. – Я не хотела знать подробности. Это разрывало мне сердце.

Шия взяла меня за руку.

– Мы найдем его и вернем домой. Вместе, – заявила она.

Я сжала ее ладонь.

– Это хорошо, потому что мы больше никогда не расстанемся. Ни за что.

Она улыбнулась, и мы вышли из столовой рука об руку, чтобы найти Эмберли.

Глава девятнадцатая

От соседки Эмберли мы узнали, что та тренировалась в одном из маленьких спортзалов.

– Как она умудрилась поступить на первый курс в таком возрасте? Сколько ей? Пятнадцать? – спросила я, когда мы с Шией шли по кампусу.

Она пожала плечами.

– Я слышала, что ее способности вышли из-под контроля. Михаил перепробовал все возможное, чтобы сдержать их, пока она не достигнет совершеннолетия, но в конце концов этого оказалось недостаточно…

– Вау, – это было единственной осмысленной реакцией, на которую я была способна.

Шия резко остановилась, схватив меня за руку.

– Кое-что еще. Она… немного другая.

Ладно…

– В каком смысле?

– Ее глаза… светятся. На самом деле не только глаза, но и кожа, и даже волосы. О, и у нее есть светящиеся татуировки, с помощью которых Михаил пытался сдержать ее силу. В общем, у нее светится практически все. Она как лампа. А еще она тошнотворно красива. Я бы хотела быть ею.

Ничего себе. Кажется, результат любви ангела и человека может быть непредсказуемым.

С этими предупреждениями Шия открыла двери зала.

Я осторожно вошла следом за ней и огляделась. В дальнем углу стояла сияющая девушка, колотившая грушу с точностью опытного боксера.

Эмберли.

Кожа девушки светилась, совсем как у Михаила, а ее волосы вспыхивали серебряным переливом каждый раз, когда она ударяла по груше. Но больше всего меня поразили ее серебристо-серые крылья. Они были обтянуты кожаными ремнями и металлическими пластинами. Только тогда я вспомнила слова Ноя: кажется, крылья Эмберли были сломаны или что-то вроде того.

Должно быть, к своим пятнадцати годам ей пришлось пережить много трудностей.

– Тебе что-то нужно? – Она заметила мой пристальный взгляд и прекратила тренировку.

В ее тоне прозвучали дерзкие нотки, и я улыбнулась, вспомнив себя в пятнадцать лет.

– Привет, Эмберли. Помнишь меня? – Шия шагнула вперед.

– Шия, верно? – прищурившись спросила Эмберли.

– Верно. А это моя лучшая подруга, Бриэль. Она…

– Бриэль с черными крыльями? – Эмберли направилась ко мне, расстегивая перчатки.

Усмехнувшись, я расправила крылья, и у нее отвисла челюсть.

– Наполовину черные, – поправила я.

Она обошла меня со всех сторон, разглядывая мои крылья. В это время я зачарованно смотрела на подвижные серебряные татуировки, которые танцевали и переливались под ее кожей. Похоже, мы были одинаково очарованы друг другом.

– Мой папа говорил о тебе, – начала она, останавливаясь передо мной. – Я думала, ты умерла, или попала в Ад, или что-то в этом роде.

Я пожала плечами.