Майский ястреб - Джиллиан Брэдшоу

кого-то большего, нежели простого раба. Я накинул плащ на плечи, надеясь прикрыть меч.

— Сыграй-ка еще раз, — приказал Кердик.

Король заговорил с Вульфом, приложился к медовухе и больше не обращал на меня внимания. А вот его спутник внимательно следил за мной из-под полуприкрытых век. Глаза его в свете костра казались совсем черными.

Я играл и сам себе удивлялся. Похоже, мое мастерство возросло, наверное, после посещения Острова Блаженных, а скорее, после того как я послушал игру Талиесина. Теперь я сам чувствовал, что музыка оживала под моими пальцами, а такого не всегда добиваются даже истинные барды. Эх, не подумал я сыграть попроще, когда начинал!

Кердик закончил разговор с Вульфом, и поднялся, собираясь уходить. Я уже почти успокоился, когда услышал слова спутника короля:

— Хорошо играешь, британец. — Голос был холодным, говорил он медленно, растягивая слова, и тоном презрительно-насмешливым. — Цена тебе, как арфисту, велика, но все-таки недостаточно велика, чтобы заслужить право носить меч. Это против всех законов. Давай-ка его сюда.

Я с ужасом смотрел на него, хотя чего уж тут ужасаться? Этого следовало ожидать. Но ужас неожиданно сменила волна ярости. Какой-то саксонский колдун будет требовать у меня самое дорогое, что у меня есть! Этот прихвостень Тьмы смеет обращаться со мной, как со скотиной! Да и сам я хорош! Сам ведь назвался рабом, и не подумал отстоять свою честь хотя бы и ценой жизни! Я поднял глаза и прямо встретил взгляд колдуна, рука сама опустилась на рукоять Каледвэлча.

— Я не могу отдать тебе меч.

— Ты что же, бросаешь мне вызов? — все так же растягивая слова, проговорил он. — Интересно! Раб, бросающий вызов королю Берникии?

Ах, так вот он кто! Элдвульф из Берникии, слывший самым жестоким из сакских королей. Я попытался взять себя в руки. Элдвульф требовательно смотрел на меня. Его губы зашевелились, и я узнал непрозвучавшие слова. Меня учила им Моргауза.

— Сожалею, великий лорд, — сказал я тише, чем намеревался. — Меч принадлежит моему господину. Я не могу передать это никому… — Я изо всех сил пытался вернуться в выбранную роль, напоминая себе, что я не воин. — Никому, кроме моего хозяина или его наследника.

Но сакс неожиданно усмехнулся, будто я подтвердил какие-то его мысли. Наверное, я совершил некую ошибку. Теперь он знал, чего требовал от меня, и я почувствовал мгновенный озноб.

— Значит, хранишь верность господину? — все еще с усмешкой сказал Элдвульф. — Ладно. Пусть побудет у тебя, пока не отыщется наследник твоего господина. — Он взглянул на Кердика и что-то сказал на сакском. Кердик удивился и в свою очередь спросил что-то. Элдвульф равнодушно ответил. Кердик подумал немного, повернулся к Вульфу и начал его о чем-то спрашивать. Вульф отвечал довольно многословно, а когда закончил, Кердик повернулся ко мне.

— Вульф говорит, что ты не только арфист, но еще и в лошадях разбираешься. А еще он сказал, что твоего хозяина убили кровники, и ты боишься об этом рассказывать… Вот, думаю, стоит ли покупать тебя, бритт. Кстати, как тебя зовут?

Я не поднимал глаз от арфы. Если меня купит король, то сбежать будет несравненно сложнее. Но, похоже, купить меня намеревался не сам Кердик, а Элдвульф. А у него-то мне уж точно не поздоровится.

— Гвальхмаи, — тихо ответил я. Не соврал ведь.

— Такое имя больше подходит воину, а не рабу, — удивился Кердик.

— Я родился свободным человеком, вождь. А мой хозяин не стал менять мне имя, потому что я к этому привык.

— И ты хранишь верность своему убитому хозяину, но сообщать об убийстве не хочешь… Как долго ты пробыл рабом?

— Три года, вождь. — На мой взгляд, не много, и не мало, в самый раз.

Он внимательно осмотрел меня с головы до ног, и я проклял себя за то, что выдал себя своим поведением. В самом деле, раб не стал бы распевать песни среди врагов. «Сделайся незаметным, — в который раз напомнил я себе. — Пусть им не придет в голову думать о тебе, как о свободном человеке. Любой из этих вождей способен уничтожить тебя в любой момент».

— Ладно. Поет он здорово, — тряхнул головой Кердик, обращаясь к Вульфу. — Куплю его, пожалуй, если сторгуемся.

Элдвульф снова ухмыльнулся и не спускал с меня глаз, пока Кердик торговался с Вульфом и Эдуином. Наверное, они пришли к какому-то соглашению, потому что Кердик снял с правой руки два тяжелых золотых браслета, подумал, и добавил еще один. Очень хорошая цена. Большинство рабов и половины не стоят. Ох, не стал бы Кердик платить такую цену только из-за того, что ему понравилось пение какого-то бритта. Это очевидно.

— Что ж, парень, теперь я твой хозяин, — сказал мне Кердик. — Пошли.

— Иду, господин. Арфу ты тоже купил?

— Арфу я так подарю, — встрял Вульф. — Это подношение королю от моего клана в знак уважения. — Голос его звучал вполне искренне. Интересно, о чем же они с Кердиком говорили? Торг-то продолжался довольно долго. Вместе с тем, я был уверен, что на моей покупке настоял Элдвульф.

Кердик только кивнул в знак благодарности и повернулся. Я, спотыкаясь, побрел за ним. После короткого отдыха ноги заболели еще сильнее.

Я думал, что король соберет вождей влиятельных кланов в одном из сохранившихся зданий внутри форта. Ему же надо похвалиться своим приобретением. Придется петь. Но ничего такого не случилось. Элдвульф вскоре свернул куда-то, и я сразу почувствовал облегчение.

Было уже за полночь, когда Кердик наконец решил, что пора отдыхать. Мы подошли к прекрасному зданию. Наверное, здесь располагалось когда-то римское начальство. К тому времени меня шатало от изнеможения, и я даже не остановился посмотреть на мозаику бассейна в атриуме. Кердик передал меня на попечение слугам, что-то коротко объяснив, и тут же отправился спать.

Я стоял перед рабами Кердика. Они смотрели на меня с уже знакомой смесью подозрительности и страха, так же, как смотрела на меня банда Вульфа при первой встрече. Однако я слишком устал, чтобы ломать над этим голову, и сказал только:

— Я Гвальхмаи. Ваш хозяин, наверное, сказал вам, что купил меня сегодня вечером, потому что я хорошо играю на арфе и могу ухаживать за лошадьми. Я весь день на ногах и очень устал. Где