Знакомьтесь: ваша будущая жена-злодейка (СИ) - Власова Ксения

— Зачем?

Макс обернулся на меня так резко, что я едва не отскочила: его ноздри раздувались, как у разгневанного породистого скакуна.

— Чтобы составить новую стратегию, Вероника. А вы что подумали?

Меня кольнуло разочарование. Настолько сильное, что, несмотря на мысленные вопли Саймона, напоминающего об осторожности, я досадливо ляпнула:

— А со стороны выглядит, будто вы меня ревнуете.

Все произошло быстро, я не успела ничего предпринять. Макс поперхнулся воздухом, закашлялся и, видимо, совершенно интуитивно схватил фужер с лимонадом. Мои пальцы прошли рядом с ладонью Макса, но не успели его остановить. С округлившимися от ужаса глазами я увидела, как зелье, приготовленное для Николаса, исчезло во рту его кузена.

Поставив опустевший фужер на траву, Макс тряхнул головой и, поморщившись, ответил:

— Я вовсе не…

Повисла долгая, явно непреднамеренная пауза. Я, еле живая от страха, наблюдала за калейдоскопом плохо читаемых эмоций на лице Макса. Я понятие не имела, подействует ли любовное зелье на мага. Да и в принципе не была уверена, что собрала все травы правильно и… Господи, вдруг я приготовила яд?!

«Вот уж нет!» — возмутился Саймон.

Он ретивой змейкой проскользнул между моих юбок и, торопливо меняя цвет, замер возле фужера. Скосив глаза, я заметила, как Саймон осторожно принюхивается, будто что-то проверяет. Кажется, он упоминал, что после того, как зелье употребили, оно немного меняется, и его капли могут о многом сказать.

Опасаясь, что Макс, не обделенный внимательностью, разглядит моего фамильяра, я поспешила прервать затянувшуюся паузу.

— Значит, вы не ревнуете меня?

Вообще-то я хотела, чтобы это прозвучало утвердительно, но почему-то вышло вопросительно. Макс вскинул на меня слегка расфокусированный взгляд.

— Конечно ревную.

Хорошо, что я сидела, иначе бы упала! Вот же черт! Неужели у меня действительно получилось сварить любовное зелье?

Вместе с триумфом меня обдало паникой и сожалением. Мне не хотелось, чтобы Макс испытывал ко мне что-то… фальшивое.

«Нет-нет, подруга, подожди! Тут что-то совсем другое».

Я с трудом натянула на себя улыбку.

— Вы сейчас очень забавно пошутили, — пытаясь спасти положение, проговорила я и поднялась на ноги. — Думаю, мне тоже лучше вернуться к остальным невестам. Николаса нельзя оставлять без присмотра.

Подозреваю, в моем голосе было больше интонаций от нянюшки, потерявшей ребенка, чем от влюбленной женщины, но Макс громко скрипнул зубами и вдруг ухватил меня за запястье.

— Вероника, подождите!

Я покосилась на его пальцы на своей коже и зажмурилась. Такое простое прикосновение послало по телу волну внутренней дрожи и предвкушения. Мне до смерти хотелось положить руку на щеку Макса, дотронуться до пульсирующей на виске жилки, но я лишь напряженно застыла.

— Вы что-то хотели, лорд Кроуфорд?

— Хотел! — жестко ответил он и тоже поднялся с дерева. Теперь Макс возвышался надо мной, заставляя чувствовать себя маленькой девочкой. — Я уже несколько дней хочу вам сказать, что испытываю к вам странные, неуместные чувства!

Я прикрыла глаза и судорожно втянула носом воздух. Аромат парфюмерной воды Макса заставил вздрогнуть и вернуться в реальность.

— Я не думаю, что вы действительно понимаете, что говорите, — осторожно вставила я, пытаясь незаметно освободить руку от его хватки. — Просто вы устали, перенервничали и…

— Боги, Вероника! — рявкнул Макс и сделал шаг назад, будто предоставляя мне желанную свободу. — Я отдаю себе отчет в том, что говорю и в том, что… чувствую! Вы заняли все мои мысли! Я думаю о вас и утром, и вечером. — Он нервным движением запустил пальцы в волосы, а затем отдернул руку и посмотрел на меня в упор. — Ваши остроумие, смелость, честность привлекли меня сразу, но я не думал, что симпатия перерастет во что-то большее. Вероника, вы проникли в мое сердце. И мне невыносимо видеть вас рядом с кузеном. Хотя я сам же и подтолкнул вас к нему.

Я судорожно сглотнула. Каждое слово Макса отзывалось во мне восторгом, смешанным с болью. Я знала, что на самом деле это все произносит не Макс, а приворотное зелье в нем. И от этой мысли на кончике языка саднил отвратительный привкус горечи.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

 — Ладно, — пробормотала я, делая шаг назад. — Ладно… Знаете, мне, к сожалению, пора. Поговорим об этом позже, хорошо?

«Например, после того как я найду противоядие от любовного напитка!»

Не слушая возражений, я опрометью бросилась бежать. Именно бежать, потому что я подхватила юбки и устремилась не на поляну к Николасу и невестам, а в сторону привязанных к деревьям лошадей. Мне внезапно стало абсолютно плевать, кто и что подумает. Хотелось одного — спрятаться в спальне и сделать вид, что ничего не произошло.

В конце концов, я устала изображать сильную женщину, которой все нипочем. Хоть раз можно сорваться в истерику?

По пути мне попалась Рози, которой я торопливо шепнула, что у меня разболелась голова. Девушка искренне удивилась, но отговаривать меня не стала. Кто-то из слуг помог мне взобраться на кобылку, и я уже натянула поводья, когда мне ощутила, что кто-то карабкается по моей юбке. Покосившись вниз, я разглядела стремительно меняющего цвет Саймона.

«Знаешь, у меня есть две новости: хорошая и плохая. С какой начать?»

С хорошей.

«Что ж, ты сварила не любовное зелье».

От облегчения я чуть не свалилась с кобылки, которая резвым галопом неслась в сторону дворца, а затем до меня медленно дошло.

Так, а плохая?

«Ты только что напоила самого сильного мага сывороткой правды».

ГЛАВА 13

Оказавшись в спальне, я не знала, рассмеяться мне или заплакать. Сильные, противоречивые эмоции, переполнявшие душу, требовали выхода. Так что я просто открыла шкаф, вытащила один из чемоданов и… начала собирать вещи.

«Спокойно, подруга, спокойно! — потребовал Саймон, усевшись на крышку чемодана. — Чего это ты задумала, а?»

Ретируюсь, пока Макс не отправил меня на костер. Он не дурак, точно догадается, что вместо лимонада ему подсунули сыворотку правды. У нас есть небольшая фора, но нужно поторопиться. Не знаешь какое-нибудь тихое место, где можно было бы схорониться?

Ведя мысленный диалог, я не тратила время попусту: на дно чемодана уверенно летели вытащенные наугад платья и юбки. Правда вместо шелка и атласа передо мной все еще стояло лицо Макса, его губы, произносящие те самые слова, которые я уже давно хотела услышать.

Меня окатило волной мурашек. Неужели он действительно влюблен в меня? Я ему по-настоящему нравлюсь?

Покачивающийся на крышке чемодана Саймон раздраженно дернул зеленым хвостом, будто разозленный кот.

«Ну конечно! Сыворотка бы не дала ему возможности солгать».

Я ненадолго замерла, позволив себе полноценно окунуться в обступившую мое сознание розовую дымку, а затем решительно тряхнула головой и вытащила из шкафа еще одно платье.

«Эй, ты чего? — забеспокоился Саймон. — Ты меня слышала? Твой маг не даст тебя в обиду, он испытывает чувства к тебе!»

Я лишь фыркнула. Сорванное с вешалки платье комом приземлилось в чемодан: меткость броска впечатляла.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

Поверь мне, дружище, я знаю Макса. Никакая любовь не заставит его пойти против принципов. Стоит ему понять, чем его угостили, как он тут же додумает все остальное. И будь он хоть трижды в меня влюблен, это не поможет. Принципы для Макса важнее всего прочего.

Я шмыгнула носом и поняла, что во рту появился несглатываемый ком. Так, ну приехали! Только слез мне и не хватало.

Почему мне так обидно? Неужели для меня важно, чтобы я была для Макса приоритетом, а не просто одной из целей?

«У, все вы ведьмы — эмоционально нестабильные особы! Я бы на твоем месте задался другим вопросом: как именно у тебя получилось сварить сыворотку правды?»