Веда Корнилова - Эрбат. Пленники судьбы

Рядом с графом находился еще один слуга, высокий крепкий парень, держащий в руках шкатулку - как я понимаю, именно в ней находятся поддельные камни Светлого бога, которые граф выдает за подлинные. Ну да, конечно, надо поддерживать свой образ…

А вот в молодом человеке, шедшим рядом с креслом графа, я сразу узнала того молодого человека, которого однажды ночью увидела на улицах Сет'тана. На первый взгляд - прекрасный принц из девичьих снов, воплощенная наяву мечта множества женщин… Изумительные по красоте черты лица, очень похожие на отца, стройная фигура, бездонные темные глаза… Казалось бы, даже мужчины должны с завистью поглядывать в сторону этого красавца, ан нет! Не могу понять, в чем тут дело, только вот этот совершенно неотразимый молодой человек отчего-то про изводил неприятное впечатление, словно от него заметно веяло чем-то злым, недобрым. Будто удивительное по красоте наливное яблоко, в котором уже видна червоточина…

Снова посмотрела на Кисса, который только что едва не вжался в стену. Будь его воля, он, кажется, был готов даже провалиться сквозь землю, и я его понимаю: все же именно из-за нанесенного Киссом удара его отец потерял способность самостоятельно ходить. Это не просто горько и стыдно - тут еще и непередаваемо тяжело на душе. Все же тех, кто поднимает руку а своих родителей, справедливо обвиняют в жестокости и бессердечии.

Вновь и вновь я смотрела на графа, оказавшегося едва ли не в центре внимания всех присутствующих в зале. Благородный красавец, стоически переносящий свалившееся на него страдание - именно такое впечатление производил граф Д"Диаманте на окружающих. При взгляде на него не хотелось думать о грязных слухах, всюду сопровождающих имя этого человека. Скорее, в сердце появлялась печаль и жалость к этому немыслимому красавцу, мужественно выносящему тяготы жизни…

Кто знает, а вдруг ему можно помочь? Что ж, надо попробовать сделать все, что в моих силах. Ведь если граф вновь сумеет самостоятельно ходить, то и Киссу станет полегче на душе.

Быстро просмотрела организм графа… Ничего не понимаю! Попробуем снова! Так, камень в почке, начинающийся радикулит, несколько сломанных с молодости костей, одна из них плохо срослась, сейчас должна побаливать при изменении погоды… Больше ничего не нахожу… Здоровый, крепкий организм, особенно если учесть возраст папаши Кисса. Я что, утратила способность видеть заболевания? Плохо, если действительно так… Попробуем еще раз! Все то же самое… Неужели разучилась лечить? Этого еще не хватало! А если… если предположить, что все куда проще?..

Просмотрела графа еще раз. Не надо себя обманывать - ответ на этот вопрос напрашивался сразу же, сам собой, а мне все не верилось. Койен, я права? Все так и есть? Что ж, чего-то подобного и следовало ожидать. Ну, граф, ты и жук! Теперь и я полностью согласна с общим мнением насчет писаного красавца из Таристана - это еще то дерьмо!

- Кисс… - повернулась я к бледному парню, неотрывно смотревшему на отца, который неподвижно сидел в кресле на колесиках.

- Что такое? - чуть устало спросил меня Кисс, не оборачиваясь. Судя по всему, вид человека, сидящего в инвалидном кресле, едва ли не подкосил его. Кажется, если бы Кисс мог, то сейчас же побежал бы к графу, изображающему из себя терпимость и всепрощение, и упал бы перед ним на колени, вымаливая прощение.

- Кисс, - повторила я, не зная, как сказать. - Кисс, это все неправда!..

- Ты о чем? Что именно ты называешь неправдой? - повернулся ко мне парень, думая о своем. - Не понимаю…

- Это… - кивнула я в сторону прекрасного страдальца. - Это все ложь, причем ложь от начала и до конца.

Кисс перевел взгляд на отца, потом снова на меня, вновь уставился на прекрасного графа, и тут до него стало доходить, что я хотела сказать. Мы с ним чуть ли не минуту смотрели друг на друга, пока парень растерянно не произнес:

- Нет… Не может быть…

- Еще как может! Твой папаша способен на многое.

- Но…но… - Кисс выглядел не просто удивленным, а потрясенным. - Но как же так…

- Ребята, в чем дело? - Вен, как обычно, был наблюдателен.

- Вен, дело в том, что граф и тут всех обвел вокруг пальца - сказала я. - С ногами у него полный порядок, не сомневайся. Бегать может… И со здоровьем у этого красавца проблем нет. Ни малейших. Все в норме. При желании он в состоянии даже скакать, словно молодой козлик. Вернее, этот старый козел может передвигаться на своих двоих не хуже любого из нас, совсем как вы или я…

- Уж не хочешь ли ты сказать… - Вен был искренне удивлен. - Это что - все ложь? Ну там кресло с колесиками, ноги, которые не ходят…

- Говорю, как есть: у графа Д'Диаманте с ногами полный порядок. Он может не только холить, но и бегать. Только вот мне непонятно, для чего он изображает из себя почти полного инвалида?

- Кузен - вздохнул Вен, обращаясь к Киссу. - Кузен, ты меня, конечно, извини, но я тебе скажу честно: лишний раз убеждаюсь - на твоем папаше пробы поставить негде…

- Погоди, погоди… - Кисс все еще не мог придти в себя от услышанного. - Тогда для чего это многолетнее представление?

- Тут много чего… - вздохнула я. - Прежде всего это связано с деньгами. Вен, Правитель Славии платит графу за будто бы полученное увечье?

- Еще как платит! - помотал головой Вен. - Говорят, Правитель считает чуть ли не делом чести поддерживать аристократа, пострадавшего от руки человека, служившего у него. Именно оттого каждый месяц посланники из-за Перехода доставляют в замок графа немалые суммы, и это не считая постоянных подарков и извинений Правителя Славии… И все же я не понял: граф… Он что - поправился?

- Да граф Д'Диаманте особо и не болел - хмыкнула я. - Кисс, конечно, врезал ему от души (хотя этот удар предназначался Кастану), но все обошлось. Голова у господина Д'Диаманте крепкая, и в тот раз, получив удар по касательной, он куда больше испугался, чем в действительности пострадал. Первый день от перепуга он боялся встать на ноги, но очень быстро сообразил, что из своего, будто бы весьма серьезного увечья, можно извлечь неплохую выгоду, а позже решил просто сделать ее источником своего дохода - а что, лишнее золотишко придется весьма кстати! Вот граф и разыграл невесть какую трагедию со страданием и бесконечным горем, на что этот красавец великий мастак. Все вышло так, как он и рассчитывал: Правитель не только оплатил все долги сиятельного графа, скопившиеся у него к тому моменту, но еще и отныне, в качестве извинения, постоянно снабжает безвинно пострадавшего аристократа полновесным золотом, и деньги в карман графа идут весьма немалые. Так что у твоего папаши, Кисс, все идет по заранее просчитанному плану.

- А если…

- Если граф встанет на ноги, то золотой поток иссякнет. Граф прекрасно это понимает, и оттого тщательно скрывает, что может самостоятельно ходить. Кроме того, он не теряет надежды, что за будто бы нанесенное ему увечье Кисса все же поймают - все же приказ о его поимке ни кто не отменял. А если Дариан попадет в руки стражи, то граф сумеет раз и навсегда избавиться от своего старшего сына - все же высокородный получил тяжелую травму от какого-то безродного самозванца!.. В Таристане за подобное положена смертная казнь… Кисс, тебе все это не страшно слышать?