Джеймс Барклай - Дневная тень

— Мне все это совсем не нравится, — заявил Септерн. — Демонстрируя свои добрые намерения, я сумел завоевать доверие летунов, и они позволили мне создать разрыв в своих землях. А что они получили в благодарность? Безжалостную, бессмысленную смерть от ваших… ваших приспешников! Летунам не повезло — мое неполное знание магии измерений привело к тому, что я создал ворота значительно больших размеров, чем собирался. Далее, если…

— Молчать! — прорычал Ара-Каан. — Вы, жалкие людишки, не знаете, когда следует попридержать свой поганый язык.

Голос Древнего прокатился над долиной, и Септерн вновь упал на землю, не в силах удержаться на ногах; однако это не помешало ему с вызовом взглянуть в глаза Ара.

— Я прекрасно понимаю, что представляю для вас ценность, иначе я бы давно был мертв.

— В таком случае ты ничего не понимаешь. — Ара вытянул длинную шею, и его тускло-голубые глаза остановились прямо перед глазами Септерна. — Мы уже получили возможность путешествовать в твое измерение. Ты нам ее подарил. Там наверняка есть другие люди, которые окажутся полезными.

— Ну так сожгите меня, а потом убедитесь в том, что вы совершили ошибку, — заявил Септерн, поднимаясь на ноги. Ара склонил голову набок.

— Нет! — выкрикнул Ша-Каан. — Великий Каан, не делай этого.

Ара-Каан замер, переведя один глаз на Ша-Каана.

— Выслушайте его, — попросил более молодой дракон. — Он научился устанавливать связь между измерениями. И заслуживает уважения.

— Он человек, — возразил Ара-Каан.

— Причем находится там, где ему находиться не следует, — заметил Дан, заговорив в первый раз за все время. — Выслушаем его.

Ара опустил шею.

— Говори, человек.

— Спасибо, — язвительно поблагодарил его Септерн. — Позвольте мне представиться. Я Септерн, номинально маг, принадлежащий к университету Додовер в Балии. Однако я не считаю, что являюсь представителем какого-то отдельного университета, поскольку мне посчастливилось освоить сразу несколько дисциплин.

— Отлично. — Лос-Каан наполовину погрузился в воду реки Тере и рассеянно бил по ней хвостом. — Означают ли твои слова, что освоенные тобой дисциплины включают в себя понимание магии измерений, как ты ее называешь?

Септерн внимательно посмотрел на Лос-Каана, скорее всего пытаясь решить, не стоит ли что-нибудь еще за его вопросом, а потом пожал плечами.

— Да, теоретически все четыре университета обладают знаниями, необходимыми для развития магии измерений. Однако заниматься данными исследованиями могут лишь отдельные маги, и в этой области работают немногие. Теория измерений нова, ей не очень доверяют.

— Хотя некоторые доверяют, — сердито проворчал Ара.

— Именно, — улыбнувшись, ответил Септерн. — Ведь я ее придумал.

— Правда? — удивился Ара и открыл пасть, демонстрируя Септерну желтые клыки. — Ну и какую ошибку мы допустили с твоими воротами?

— Когда я прошел в разрыв, чтобы стать свидетелем устроенного вами геноцида, я внес некоторые изменения в магию ворот. Теперь принципиальное значение имеет отправная точка, а поскольку разрывы, ведущие в измерение летунов и в Балию, соединены между собой, вам придется сначала попасть в Балию. Выходит, мои ворота для вас бесполезны.

Септерн снисходительно улыбался, такое выражение Ша-Каан видел на лицах вестаров.

— Клянусь Небесами, — вскричал Ара, — если бы я сомневался в том, что ты говоришь правду, я бы превратил тебя в кучку пепла!

— Вы все проблемы так решаете? Поджечь обидчика в надежде, что он поймет, как сильно был не прав? Не удивительно, что вы сражаетесь со Скарами и уничтожаете собственные земли.

— В каком смысле? — спросил Дан-Каан. Язык Древнего вырвался изо рта и смочил сухие губы и веки.

— Ты когда-нибудь пытался использовать это? — Септерн показал на свой рот. — Ты кажешься мне достаточно разумным, почему же ты не говоришь?

— К нам обращается существо, — промолвил Лос-Каан, — которое не знает нашей истории. Время разговоров давно прошло. В настоящий момент завоевание есть единственный путь установления мира.

— О боги, ты похож на висминца, — заявил Септерн.

— На кого? — спросил Лос-Каан.

— Народ в Балии, — покачав головой, ответил Септерн, — который угрожает нашим землям. Ладно, не важно. Чего вы хотите? — неожиданно нетерпеливым тоном спросил он. — И почему вы говорите со мной так, будто уже встречались с людьми?

— С такими, как ты, мы не встречались никогда, — ответил Ша-Каан. Остальные драконы принялись кивать, а в голове у него прозвучал веселый смех.

— Почему бы тебе не ответить на вопросы человека, Ша? — сказал Дан-Каан. — Заодно проверим твои знания.

— Почту за честь, Дан-Каан.

Ша-Каан опустил голову и вытянул шею, а затем посмотрел прямо на Септерна, стоявшего в дюжине футов ниже него.

— Мы считаем себя сложными существами, оказавшимися в ловушке неприглядных тел, которые в состоянии достигнуть своего полного потенциала только в полете. Многие из нас хотели бы иметь руки, способные строить и ваять, а также размеры, позволившие нам свободно перемещаться в пространстве, — начал Ша-Каан.

— Однако лишившись впечатляющих размеров, вы расстанетесь со своим могуществом, — заметил Септерн.

— И больше не будем драконами, — согласился с ним Ша-Каан. — Поэтому нам приходится лишь наблюдать за вестарами, строящими сооружения, которые мы сами хотели бы возвести. Но речь идет не только о размерах, силе и языке. Мы чувствуем давление измерений, мы можем путешествовать по ним без помощи магии и нуждаемся в их энергии, чтобы выжить и процветать.

— Значит, я вам не нужен.

— Нужен. — Ша-Каан приблизился к Септерну и наклонился вперед, его тень полностью накрыла собой человека. — Потому что покинуть наше измерение, не зная, где ты окажешься, решится только самый глупый или отчаянный.

— Но вы видели других людей, — заметил Септерн, — значит, побывали в Балии.

— Всех драконов посещают видения. Я знаком с картинами бесчисленного количества измерений, включая и ваше; они возникают, когда оказываются на одной линии и проходят сквозь сферу моей психики. Но мы в состоянии попасть в эти места, только если кто-нибудь покажет нам туда дорогу или по случайному стечению обстоятельств. — Ша-Каан опустился на живот и сложил передние лапы перед грудью; на золотой чешуе заиграли блики солнечного света, отраженного от поверхности воды. Септерн отошел назад, чтобы дать дракону побольше места. — Мы хотим, чтобы ты показал нам дорогу в свое измерение.

— Не сомневаюсь, что хотите, — фыркнул Септерн. — Но если не возражаете, я, пожалуй, откажусь от той помощи, которую вы оказали летунам. Я люблю свою землю и по крайней мере некоторых людей, там живущих.