David Eddings - Огненные Купола

– Я бы на твоем месте не говорил об этом Телэну или Стрейджену, друг мой! – рассмеялся Бевьер. – Буду ждать вас в доме Лисьена. Там и увидимся. – Он пришпорил коня и галопом поскакал на юг.

– Почему ты не сказал ему просто подыскать другую карету для Эмбана и Оскайна? – спросил Келтэн.

– Потому что когда мы прибудем в Империю, я не хочу заботиться о защите двух карет вместо одной.

– А-а, это разумно.

Они приехали в дом маркиза Лисьена, родственника Бевьера, почти перед закатом. Бевьер и его плотный, с цветущим лицом родич ждали их в посыпанном песком дворе перед роскошным жилищем Лисьена. Маркиз низко поклонился королеве Элении и предложил ей свое гостеприимство на время пребывания в Мэделе. Келтэн разместил рыцарей в садах, окружавших дом Лисьена.

– Ты нашел карету? – спросил Спархок у Бевьера. Тот кивнул.

– Она достаточно просторная, – прибавил он с сомнением, – но Эмбан поседеет, когда узнает цену.

– Я бы не был в этом так уверен, – отозвался Спархок. – Давай-ка спросим у него.

И они прошли по двору туда, где рядом с конем стоял патриарх Укеры, цепляясь за луку седла с выражением величайшего отчаяния на лице.

– Приятная была прогулка, не так ли, ваша светлость? – жизнерадостно обратился Спархок к толстяку.

Эмбан застонал:

– Кажется, я неделю не смогу ходить.

– Конечно, мы особо не спешили, – продолжал Спархок. – Вот когда доберемся до Империи, придется прибавить ходу. – Он помялся. – Могу я говорить напрямик, ваша светлость?

– Ты же все равно выскажешься, Спархок, – кисло отозвался Эмбан. – Если б я запретил тебе говорить, разве ты бы меня послушался?

– Скорее всего, нет. Вы серьезно нас замедляете, ваша светлость.

– Ну, извини.

– Вы не приспособлены для езды верхом, патриарх Эмбан. Талант у вас в голове, а не в мягком месте. Глаза Эмбана враждебно сузились.

– Продолжай, – зловеще процедил он.

– Поскольку мы спешим, мы решили пристроить вас на колеса. Будет ли вам удобнее в карете, ваша светлость?

– Спархок, я тебя расцелую!

– Я женатый человек, ваша светлость. Моя жена может неправильно вас понять. Из соображений безопасности одна карета лучше, чем две, поэтому я взял на себя смелость подыскать карету больше той, в которой Элана ехала из Чиреллоса. Вы ведь не против ехать в обществе моей жены? Мы хотим усадить вас и посла Оскайна в карету вместе с королевой и ее свитой. Вас это устраивает?

– Спархок, хочешь, я поцелую землю, на которой ты стоишь?

– Это необязательно, ваша светлость. Все, что тре буется от вас, – дать разрешение на покупку кареты.

Ведь это, в конце концов, неотложное дело церкви, и покупка кареты целиком и полностью оправдана, разве нет?

– Где мне подписаться? – нетерпеливо спросил Эмбан.

– Карета дорогая, ваша светлость…

– Я заложу Базилику, если это поможет мне избавиться от седла.

– Вот видишь? – сказал Спархок Бевьеру, когда они отошли прочь. – Это было совсем не трудно.

– Откуда ты знал, что он так быстро даст согласие?

– Время, Бевьер, главное – выбрать нужное время. Немного погодя он мог бы и не согласиться с ценой. Такие вопросы надо задавать, когда человеку, которого ты спрашиваешь, все еще худо.

– Ты жестокий человек, Спархок! – рассмеялся Бевьер.

– Многие мне говорят об этом время от времени, – мягко согласился Спархок.

– Сегодня мои люди закончат грузить припасы, Спархок, – сказал маркиз Лисьен, когда они скакали к приречной деревне и пристаням, находившимся на краю его владений. – Завтра с утренним приливом вы сможете отправиться в путь.

– Вы настоящий друг, мой лорд, – ответил Спархок. – И всегда поспеваете с помощью.

– Вы преувеличиваете мое великодушие, сэр Спархок, – рассмеялся Лисьен. – На снаряжении ваших кораблей я наживаю неплохую прибыль.

– Люблю, когда мои друзья преуспевают. Лисьен оглянулся через плечо на королеву Элении – она ехала чуть позади, на серой лошадке.

– Ты счастливейший из смертных, Спархок, – заметил он. – В жизни не видел женщины прекрасней твоей жены.

– Я передам ей ваши слова, маркиз Лисьен. Уверен, что ей они придутся по душе.

Элана и Эмбан решили сопровождать их к пристаням. Элана – для того, чтобы обследовать каюты на корабле, Эмбан – чтобы взглянуть на купленную им карету.

Флотилия, стоявшая у причалов Лисьена, состояла из дюжины крупных прочных кораблей, рядом с которыми купеческие суда выглядели неряшливо и неприглядно.

Лисьен провел их через деревню, которая выросла вокруг пристаней, к реке, мерцавшей под утренним солнцем.

– Мастер Клаф! – оглушительный вопль напоминал туманную сирену.

Спархок обернулся в седле.

– Чтоб мне провалиться, если это не капитан Сорджи! – воскликнул он с искренним удовольствием. Спархоку нравился этот грубоватый седой капитан, с которым он провел вместе так много часов. Спрыгнув со спины Фарэна, он тепло пожал руку своему приятелю.

– Я вас тыщу лет не видел, мастер Клаф! – с жаром воскликнул Сорджи. – Ну как, все еще удираете от кузенов?

Спархок сделал скорбное лицо и душераздирающе вздохнул. Возможность была чересчур хороша, чтобы упустить ее.

– Нет, – ответил он убитым голосом, – увы, больше не убегаю. Я совершил промашку, выпив на одну кружку эля больше в одном трактире Апалии, что в северной Пелозии, и кузены поймали меня там.

– И вы не могли убежать? – лицо Сорджи выразило искреннюю тревогу.

– Их было около дюжины, капитан, и они схватили меня прежде, чем я успел пошевелиться. Меня заковали в цепи и привезли в поместье той самой богатой уродины, о которой я вам рассказывал.

– Неужели они заставили вас жениться на ней? – потрясенно вымолвил Сорджи.

– Увы, друг мой, – трагическим тоном проговорил Спархок. – Вон она, моя супруга, едет на сером коне.

И он указал на ослепительную королеву Элении.

Капитан Сорджи уставился на нее с разинутым ртом, и глаза его медленно, но верно полезли на лоб.

– Ужасно, правда? – страдальчески осведомился Спархок.

ГЛАВА 8

Баронесса Мелидира была хорошенькой девушкой с волосами цвета меда и глазами, синими, как небо. Хорошенькой и глупенькой – во всяком случае, она делала все, чтобы выглядеть именно так. В действительности баронесса была намного умнее большинства придворных Эланы, но она давно уже убедилась, что люди с ограниченными умственными способностями настороженно относятся к хорошеньким умным женщинам, и в совершенстве овладела пустой бессмысленной улыбкой, непонимающим видом и глупым хихиканьем. По мере необходимости она пряталась за этими защитными барьерами и помалкивала.