Константин Башкатов - Сказание о чернокнижнике. Книга I (СИ)

— Да будет так, — голос эльфа охладел. Человек всё-таки оказался глуп и разочаровал мага. Ашамаэль сделал шаг назад и замахнулся, чтобы завершить этот короткий бой, но из толпы с криками выскочила миловидная девушка и собой закрыла лорда. Совсем ещё девчонка, едва достигшая семнадцати лет.

— Нет, прошу тебя! — умоляла она со слезами на глазах. — Не трогай папу… Убей лучше меня. У него же семья… Трое детишек маленьких, мама… Мама же не сможет одна прокормить их!

— Анайя, нет… — испуганно прошептал лорд.

— Люди… Какие же вы ничтожные, — процедил сквозь зубы Ашамаэль. Зазвенел меч, и девушка упала первой, поражённая ударом тёмного мага, а после был обезглавлен и лорд. — И так будет с каждым! — громко произнёс беловолосый эльф, указывая на два трупа, и резким жестом, с присущей эльфам манерностью, стряхнул кровь с клинка. Женщины испуганно пятились, закрывая руками рты и утирая слёзы, мужчины отводили глаза. Стыд. Стыд и страх терзали их. Да какие они мужчины после того, как позволили своему товарищу погибнуть просто так вместе со своей дочерью?

— Чудовище, — прошептала седая женщина. Очевидно, жена того лорда.

— Да? — лукаво протянул Ашамаэль, вырывая её из толпы. Все резко отпрянули в сторону, образовывая круг пустого пространства вокруг мага и седой женщины, что отчаянно пыталась вырваться из рук Ашамаэля. — Я чудовище! Вы слышали? Впрочем, я согласен, — эльф цокнул языком, смотря прямо перед собой. Его взгляд полыхнул холодным пламенем. Видно было, что окружающих пугали резкие перемены настроения тёмного мага. — Но вы-то чем лучше?! Позволили девочке просто так погибнуть от руки гада, никто ведь даже не попытался заступиться! Вы все просто стояли и смотрели, как ваш соотечественник кинулся в одиночку защищать свою родину, призывая и вас к тому же. Но вы все — трусы, лицемерные скоты. Убогие животные, которые не достойны жизни и покорно идут на убой. Вы можете только служить, бездумно выполняя приказания, вы — кал, грязь под ногами сильнейших. Но в руках Ваалинара вы станете хоть чем-то полезным — лишь одноразовым инструментом, но всё же. А теперь, когда все вы поняли, кто вы есть на самом деле, на колени! — Эльф вошёл во вкус и метался по расширяющемуся кругу, подкрепляя свои страшные слова яростной жестикуляцией и таская за собой перепуганную старуху. Голос его в какой-то момент сошёл на крик, что даже стёкла звенели от его тембра. И все упали на колени. Лорды, их жёны и дети. Все они подчинились его воле. Седовласая женщина стояла в центре круга и испуганно наблюдала за тёмным магом, ожидая своей участи. А когда Ашамаэль опомнился и решил прикончить старуху, та тоже упала на колени.

— Нет! — взмолилась она. — Не делай этого! Нет! У меня же дети!

— О них я тоже позабочусь, не волнуйся, — зло улыбнулся Ашамаэль, склонившись к женщине. — Не думаю, что они лучше, чем эти, — он кивнул на толпу, что стояла на коленях. Взмах меча, и в зале стало одним обезглавленным трупом больше, а тёмный маг вновь повторил свою фразу. — И так будет с каждым.

Но теперь нужно было понять, что делать дальше. И на этот вопрос ответил холодный голос Ваалинара в голове мага:

«Ты сделал своё дело, поздравляю. Не думал, что у тебя получится так хорошо запугать эту толпу лицемеров…» — но голос демона звучал так, словно тёмного мага ждало что-то неприятное. И это заставило кровь отлить от лица. — «Проинструктируй их и возвращайся туда, где появился — я перенесу тебя обратно. А, и ещё кое-что: сюда идёт какой-то эльф, он уже обезвредил добрую дюжину стражников — как только доберётся до тебя, убей».

— Что за?.. — вслух обронил Ашамаэль, оглянувшись на двери, ведущие к коридорам дворца. Их было три — по одной на каждой стене, а четвёртая выходила на балкон, откуда пришёл беловолосый. Позолоченное дерево покрывала внушительная корка льда, которая не позволяла просто так открыть эти двери — десятку здоровых мужчин пришлось бы потратить около часа, чтобы пробить их. Тёмный маг тряхнул головой, пытаясь взять себя в руки. Нужно что-то сказать этому стаду — они так и стояли на коленях, ожидая, что сделает эльф.

— Слушай меня сюда, грязь! — скомандовал беловолосый маг. — Я хочу, чтобы ваши солдаты, расположенные в этом городе, встали на сторону культистов, когда начнётся штурм, и всячески содействовали им. Чтобы приспешники Ваалинара смогли отличить ваших солдат от ещё преданных властям, каждый вместо ваших гербов должен нести этот знак… — Ашамаэль сплёл иллюзорную сеть, которая изобразила знак Ваалинара: восьмиконечную звезду из трёх треугольников, соединённых каким-то странным образом с демоническим ликом в центре. Эльф собирался продолжить, хотя всё и так было ясно, но его прервал до боли знакомый голос, который поднял страшные воспоминания из прошлого и злость:

— Падаан! — это имя словно молот ударило в голову чёрного мага.

Эльф резко развернулся на голос. Файран. Это был он. Младший брат ничуть не изменился — всё тот же недоносок. Правда, каштановые волосы теперь стали короче. Лицо не потерпело никаких изменений и даже не прибавило новых шрамов. Зелёные глаза в упор смотрели на старшего брата. На поясе висел меч. Похоже, он использовал какую-то магию, чтобы растопить лёд. Что он здесь забыл?! На какое-то мгновение тёмный маг потерял самообладание и удивлённо замер с искажённым от злости лицом.

— А-а-а, маленький недоносок, — яростная гримаса сменилась наигранно гостеприимной улыбкой, которая ничего хорошего не предвещала для брата — Ашамаэль взял себя в руки и решил взять быка за рога. — Какими ветрами здесь? Да ты проходи, не стесняйся. Кажется, вино в бокалах ещё не до конца промёрзло.

— Падаан, что с тобой произошло? — тихо произнёс брат. Он, кажется, до сих пор ничего не понял.

«Всегда был тугодумом!»

— Я искал тебя, знал, что ты изменишься, но…

— Что произошло? Я по-прежнему великолепен. А ты похож на вонючего бродягу, — эльф небрежно ткнул пальцем в брата, который был одет в старую кожаную броню, поверх которой был рваный меховой плащ. Ашамаэль через расступающуюся толпу пошёл навстречу Файрану. Эти жалкие лорды были настолько напуганы, не могли проронить ни слова.

— Ты пропах смертью насквозь. Я чувствую эту ауру — словно вопли мертвецов идут за твоими пятами. Скольких ты убил, Падаан? — тихо произнёс Файран, делая шаг навстречу брату.

«Дурак, он даже не понимает, что смотрит в лицо своей смерти».

— Многих. А ты?

— Пятьдесят восемь, — совершенно серьёзно ответил Файран. И Ашамаэль замер на месте с поражённым выражением лица, на котором начиналась борьба выражения отвращения и безудержного веселья. Да он их считал, чёрт возьми! В конечном итоге тёмный маг не выдержал и расхохотался во весь голос. Удивлённо смотрел на него не только брат, все присутствующие шокировано уставились на беловолосого эльфа, который загибался от дикого хохота. Ашамаэль был на грани истерики: сердце дико колотилось о рёбра, кровь в сумасшедшем круговороте яро билась в голову, словно волны океана о скалы. Истерика не только от заявления брата, но и от напряжения, страха. Ведь его улыбка, его кураж были лишь иллюзией, а в сознании на самом деле затаился испуганный вопрос: «Как он нашёл меня и зачем?».