Артем Матюхин - Принц: Игра Теней

― Спасибо вам, вскоре мы вернем все на свои места, ― поклонившись, сказал Крис.

― Я верю в Вас, принц, и я горжусь вами. И еще раз ― удачи.

Кристофер, Кейтлин, Энея, Эмили и Виктор вышли из шатра и направились за Биллом в конюшню. Работа повсюду не прекращалась ни на минуту: обугленные дома сносились, любые намеки на то, что здесь когда-то жили, уничтожались, стены и башни разбирались, и люди, взяв лишь самое необходимое, мгновенно покидали Вилленстоун, скрываясь в тени величественных деревьев. Вскоре все шестеро подошли к конюшне, где шесть лошадей уже ожидали их.

Друзья покинули лагерь, и лишь изредка оборачивались назад, чтобы попрощаться с постепенно скрывающимся в дали местом, которое стало им почти домом. Тем временем деревья становились все выше, а дорога все уже. Все было погружено в тишину, лишь редкие крики птиц и треск деревьев-великанов нарушали это безмолвие. Друзья все дальше и дальше скакали вглубь леса - теперь все зависело от них.

Солнце постепенно начало спускаться с небосклона. Все шестеро скакали по каменистому берегу небольшой речушки. Билл с Энеей скакали впереди, остальные же пытались не отстать от них. Затем лошадь Криса немного ускорила темп, и вскоре он догнал Билла.

― А тарки - кто они? ― спросил Крис.

― Таррийцы - довольно древний народ, ― начал Билл. ― Они уникальны, как и любой другой народ на Андрате. Их племена жили здесь еще до появления людей, но нам ничего не известно об их прошлом и о том, как они появились на Андрате. У них было небольшое государство на северо-востоке Терразана ― Таррия, оно охватывало Песчаные острова. После Первой войны их территория, как и многие другие, стала резервацией. Во время Второй войны, наученные горьким опытом, тарки отказались примкнуть к новому Союзу Непокорных Племен, за что и преследовались по всему Терразану до прихода объеденного флота людей и эльфов. Тогда-то и началась массовая иммиграция тарков в Лордерон. И именно тогда в обиход вошло их новое имя - тарки. Война закончилась. Таррийская резервация перешла во владения Лордерона, получив частичную свободу. А для тарков, живших в Лордероне, была отведена территория под названием Салоран, где они жили в мире до развала империи, ― Билл остановился ненадолго, а затем продолжил. ― Тарская резервация перешла к дворфам, а тарки оттуда были изгнаны в Салоран, но корабли с беженцами так и не достигли берегов Теллониса. Салоран также отошел Мунлонгу, но и там таркам не давали спокойно жить, гнали к стене, истребляли. Теперь этот народ на грани выживания, их осталось всего несколько десятков тысяч.

― Это ведь неправильно, где же был Магистриум? И почему тарки не дали отпор? ― возмутился Кристофер.

― Для Магистриума тарки были и остаются рабами, коими они и являлись до Второй войны, ― вмешалась Энея.

― Да, ― неутешительно подтвердил Билл. ― Когда первый Союз Непокорных Племен был повержен, тарки стали рабами, поставляющими ресурсы в государства людей, ― юноша всмотрелся вдаль, будто что-то ища глазами, но вскоре вновь вернулся к разговору. ― Сами по себе тарки очень мирный народ, прибегающий к оружию лишь в самый трудный час. Они живут в согласии с природой и почитают память своих предков, веря в то, что все в этом перерождается и обретает новую жизнь.

― И таких как тарки очень много в Терразане. До Второй войны весь материк был покрыт резервациями, ― с грустью продолжила Энея, поглаживая свою лошадь по гриве.

― Тарки не могут использовать магию, и это во многом повлияло на их судьбу в прошлом, но они способны принимать облик любого другого живого существа. К сожалению, дворфы нашли способ выявлять истину.

― А как ты давно в Магистриуме, Билл? ― решив отойти от грустной темы, поинтересовался Кристофер.

― Всего год, ― безрадостно ответил юноша.

― А ваши с Кейт родители они... ― начал Кристофер, но остановился, поймав на себе протестующий взгляд Энеи.

― Наша семья жила в Лондоне, отец работал в Магистриате. Незадолго до нашего с Кейт рождения его перевели в Магистриум, после чего они с мамой переехали в Златосвет. После смерти Сандора Вэлендорфа он выступал против ввода войск в Лордерон. А затем его и мою маму убили в нашем же доме, ― Билл погрузился в раздумья, опустив глаза, будто что-то вспоминая, но затем продолжил. ― В тот день я был дома с родителями, Кейт уехала... они погибли, а меня пощадили. Магистриум обвинил во всем наемников, подкупленных заговорщиками из Лордерона, их даже нашли и прилюдно казнили. Но я знал, что это были не наемники. Меня с сестрой отдали в школу при Магистриуме, и год назад мне предложили должность магистра нижней палаты, ― с грустью закончил Билл.

― Мне жаль, что твои родители погибли, ― немного помолчав, произнес Кристофер.

― Если ты хочешь узнать мое мнение по поводу того, что происходило пятнадцать лет назад и что происходит сейчас, то я думаю, что даже Магистриум со всей его силой и властью не способен создать подобный хаос. Грядет война, это понимают все, но никто не знает для чего она.

― То есть Магистриум также замешан в чью-то игру, ты это хочешь сказать? ― удивленно спросил Крис.

― Возможно, члены Совета Восьми что-то знали об этом или догадывались и в своих догадках подошли вплотную к истине. Мы слишком много внимания уделяем Магистриуму.

― А Дортфур и его окружение - магистр Лосмур и другие - могли они все это организовать? Ведь власти хочет каждый, ― вмешался Виктор.

― Не спорю. Если будет война, Магистриум окажется в выигрыше. Но Дортфур и ему подобные действуют явно не в одиночку. И к тому же масштабы, с которыми проходят эти действия, огромны. Он как крыса - сбежит первым, если что-то пойдет не так. Он пешка, и он нужен нам, ― с неким отвращением сказал Билл.

― Так для чего же тогда это все? ― вмешалась Эмили.

― Не знаю. Но взрыв в Магистриуме был неспроста: ты, ― Билл повернулся к Крису. - Теперь предатель, изменник и не представляешь угрозы; Совет Восьми устранен, власть сосредоточена в руках Дортфура.

― Почему же не представляю?

― Люди пошли бы за тобой, но теперь им внушили, что ты убийца, что по твоей вине погиб Совет Восьми. Лордерон не пойдет против Герхарда и его армии сейчас, потому что у него нет надежды на возвращение нормальной жизни. Ты бежал, и люди отчаялись, надежда вновь угасла, и в это время Герхард продолжает укреплять свою власть: эти аресты, подавление бунтов. Рано или поздно Лордерон все равно поднимется, но ему нужно время, много времени, и потому Лордерон не представляет опасности.

― Но ведь есть магистры, понимающие все происходящее, дядя говорил о расколе. Как можно действовать, пока твои планы под угрозой или... ― Кристофер удивленно посмотрел на Билла.