Анна Гурова - Превращение

— У меня наверняка случайно получилось, я даже не сомневаюсь!

— Ну-ну, не скромничай.

— А что? Может и случайно, — лениво заметил Валенок. — Драконы должны дышать огнём, об этом даже дети знают.

— Думаешь, вылез стереотип? — с сомнением спросил Грег. — В таких обстоятельствах? Вряд ли…

— Чего ты боишься? — спросил Валенок. — Что он красный, да?

Грег промолчал.

— Красный? — удивился я. — В смысле коммунист?

— В смысле красный дракон, — хохотнул Валенок.

— А что плохого в красном драконе?

— Не люблю эту породу, — сквозь зубы ответил Грег. — Неважно.

— В самом деле, Грег. Не парься раньше времени, — снова вмешался Валенок. — Огнём дышат не меньше десятка видов, не говоря уж об уникумах. Дай парню проявить себя!

— Погодите, — вмешался я. — Если вы о цвете, я же вроде чёрный, как и вы все!

— Это ничего не значит, — ответил Грег. — Ты просто мимикрируешь под лидера. Это нормальная защитная реакция для молодого дракона. Как у подростка, знаешь — не отличаться от большинства, так спокойнее.

— Типа, «вместе мы сила, йоу»! — ввернул Валенок.

— Но ты будешь расти, и понемногу проявится твоя истинная сущность.

— А ещё какие драконы есть? — загорелся я. — Расскажите!

Грег не ответил и сел обратно на стул.

— Давай-ка, — сказал он Валенку. — Поучи его. Мне ещё Ники сегодня гонять. А тебе практика.

Валенок крякнул и воздвигся над столом. Его крокодильи глаза зажглись нехорошим блеском.

— Ну, иди сюда, деточка! — нежно поманил он меня.

Я шарахнулся прочь, но недостаточно быстро. Валенок успел начать урок, заехав мне в ухо.

— За что?! — взвыл я, тщетно пытаясь уклониться от следующей плюхи.

— Давай, врежь мне! — заорал Валенок, отвешивая мне тумака. — Мужик ты или не мужик!!!

Я попытался его достать, но он играючи отбросил мою руку, и унизительно щёлкнул по носу.

— Спорим на штуку баксов, что ты меня не достанешь!

Я уже начал сердиться, но тут урок был прерван.

— Все! — закричал Грег, вскакивая из-за стола. — Брейк! Закончили!

— Да я только начал! — обиделся Валенок. — Дай я его пну раз десять, он тут в огнемёт превратится!

— Этого-то я и не хочу. Зачем мне боец типа Ван Дамма?

— Это как? — заинтересовался я. — Чем плох Ван Дамм?

— Не видел в фильмах, что ли? Пока ему раз десять не врежешь — всерьёз не бьётся.

Валенок заржал.

— Он должен полностью контролировать пламя, — резко сказал Грег. — Иди, отдохни! Дай я сам им займусь. И заодно покажу тебе, как надо учить молодых драконов — вдруг в будущем пригодится?

Валенок сел и демонстративно закинул ногу на ногу.

— Ну-ну, посмотрим! — пробасил он и добавил тихо. — Ты заметил?

Они многозначительно переглянулись. Потом Валенок закинул ноги на стол, развернул валявшуюся в ящике старую спортивную газету и погрузился в чтение.

Я перевёл дух, размял руки и покрутил шеей.

— Я готов!

— Бить тебя больше не будут, — обрадовал меня Грег. — И ничего особенно не жди. Так, сначала надо выровнять дыхание. Повторяй за мной…

Я послушно сделал несколько глубоких вдохов.

— Теперь представь огненный шарик размером примерно с мандарин, — заговорил Грег тоном опытного гипнотизёра. — Это шарик находится у тебя в голове, примерно чуть выше гортани. Ощути его жар, попробуй увидеть его свет…

Я протянул:

— Ах, это…

Упражнение не было мне совсем уж незнакомым. Я натыкался на него в матушкиной книге про ушу, которая так развлекала меня на даче. Помнится, то дао для домохозяек начиналось с того же самого мысленного огненного шарика. Тогда я даже пытался ради хохмы его представить. Тем более, автор напирал на то, как это легко и просто. Но конечно же, ничегошеньки не получилось.

Грег заметил моё разочарование.

— Я тебя предупреждал — ничего оригинального. Все эти упражнения прекрасно всем известны с давних времён. Ты сам сегодня мудро заметил: зачем изобретать велосипед?

— Так они же не действуют, — пробурчал я.

— Просто они не про таких, как ты… Точнее, каким ты был раньше.

— А что изменилось?

— Да все. Принципы те же, а вот физиология у тебя уже другая. Ну-ка давай. Сформируй внутри себя огненный шарик. Представь его так, как будто он в самом деле пробуждается у тебя чуть выше гортани…

Тихий, размеренный голос Грега убаюкивал и исподволь зачаровывал. Он так убедительно, с такими подробностями рассказывал про огненный шарик, поселившийся у меня в горле, что я с каждым мгновением сильнее верил, что он в самом деле там есть. Я уже чувствовал лёгкое жжение и видел — не глазами, — как где-то, вне физического тела, но тем не менее во мне, разгорается маленький весёлый огненный сгусток. Он пульсировал, выбрасывая прозрачные язычки пламени, словно щупальца, и прикасаясь ими к моему нёбу — будто пробуя его на вкус…

— Он становится ярче, — доносился издалека монотонный голос, — Он становится горячее… Он понемногу опускается вниз, соскальзывая тебе в горло…

«Он же там застрянет!» — испугался я, услышав последнюю команду.

Огненный шар был уже размером с хороший апельсин, горячий как печёная картошка и такой же тяжёлый.

— Ты не сопротивляешься… Ты расслаблен…

«Я расслаблен», — повторил я, чувствуя, что дышать с каждым мигом становится все труднее, а в горле печёт, будто у меня начинается злая ангина.

— Ты позволяешь соскользнуть ему вниз…

Огненный шар опустился ещё чуть ниже и плотно заткнул дыхательные пути. Я дёрнулся и сглотнул. Огненный шарик резко ухнул вниз — и вспыхнул прямо у меня в горле!

В глазах потемнело от ужасной боли. Я захрипел, хватаясь за горло обеими руками. Дышать было невозможно, да и нечем — казалось, вместо горла у меня сплошное пламя, что сейчас шея просто сгорит, как сухая деревяшка!

— Гаси его, гаси! — заревел Валенок, вскакивая на ноги и с грохотом роняя стол.

— Выдыхай его, выдыхай! Скорее!

Грег метнулся ко мне, но Валенок успел первым и хлопнул меня по спине так, что чуть не вышиб весь дух.

Я громко икнул, и у меня изо рта выплеснулось пламя. Грег ловко уклонился от огненного потока, который пролетел в сантиметрах мимо него и с шипением разбился о пол. Валенок ещё раз стукнул меня по спине. Я согнулся пополам и начал кашлять. Потом меня начало рвать сгустками пламени. Из носа что-то капало — то ли кровь, то ли огонь.

Грег сунул мне в руки пластиковую бутылку с водой.

— На, запей! Ну так же нельзя!

Я глотнул — внутри что-то зашипело. Изо рта, ноздрей и кажется, даже ушей повалил пар. Глаза покраснели и слезились. Горло горело.