Евгения Федорова - Чувство времени (СИ)

И так же ты доползаешь до кровати, валишься на нее, обессиленный, и думаешь, что мигом уснешь, но опустошение столь велико, и сон не идет. Тебе остается только ждать успокоения, полагаясь на умение тела приходить в равновесие.

Луч света коснулся ресниц, защекотал, пробуждая. Разгоряченную кожу взволнованно тронул своим прикосновением ветер, и я подался вперед, ощутив груз тела. Так бывает, когда медленно поднимаешься из воды: вот еще секунду назад ты не весил ничего, чувствовал легкость, но с тем, как тело покидает воду, оно наливается ощутимой тяжестью.

Шаг к свету.

Ступени наверх, площадь, оружейная с ее большими, отражающими солнечные лучи окнами. Меня бесцеремонно выпроводили вон из подземелий Форта, но поверьте, я совсем не расстроен.

Кто знает, сколько прошло времени с тех пор, как Мастер с лязгом закрыл за мной решетку, перегородившую подземелье? Разве это важно теперь? Как не важно и то, что за время моего отсутствия произошло. Я отлично усвоил: нельзя идти против всех, нельзя отстраняться.

Да, душевное равновесие вернется чуть позже, а сейчас не мешает немного отдохнуть, может быть выпить чай с бодрящими травами. Мои энергии текут ровно, я снова полон, и за это благодарить нужно Хозяина города. Это он, или, быть может, Калороне, стер с моей души прикосновения мертвых материй.

Город оживал, радуясь весеннему утру. Монотонный шум волн разорвали ударившие из порта склянки — менялась вахта на кораблях. Уже сейчас там во всю бурлит жизнь, бойко торгуют утренним уловом, примеряются к привезенным товарам и набирают грузы для рейсов. Там бегают мальчишки, кто по поручениям, кто, срезая кошельки у зазевавшихся покупателей; снуют облезлые псы, выискивая, чем бы поживиться, и шныряют ничего не боящиеся, разжиревшие на зерне из хранилищ серые крысы. Там воняет водорослями, рыбой и нечистотами. Там на рейде стоит в ожидании отплытия Бегущая. Ее крепкие паруса подобраны, якоря плотно вбиты в грунт, и корабль с нетерпением покачивается на волнах, ожидая, когда капитан ослабит удила и позволит ей вырваться в открытое море, открывая путь к горизонту.

Я тряхнул головой и решительно направился к себе — сейчас мне не место на улице. Хочется избежать ненужных встреч…

— Вышел?

Я замер, выйдя из-за угла, уже почти добравшись до башни. У стены, расслабленно прислонившись к ней плечом, стоял Мастер. Что же, могло быть и хуже.

— Я разочарован, понял? — отозвался я.

— Ничего страшного, это пройдет, — равнодушно утешил меня маг, делая вид, что не понимает намека. — Через час Бегущая отчалит.

— Имей совесть, — возмутился я, — неужели старик Демиан не заслужил немного покоя?!

— У нас мало времени, — Мастер скривился, потому что двоякий смысл этих слов был страшен. — Не мне тебе объяснять, как важно для нас сделать все необходимое как можно скорее…

— Что-то случилось, пока меня не было?

— Ничего важного, — маг отвернулся.

— Тогда мне не интересно, — я развернулся и, хромая, побрел вверх по лестнице. Я бы поторопился, но опасался, что Мастер примет мою спешку за бегство. Маг на секунду задержался у двери и последовал за мной, бесцеремонно прошел в комнату и присел на край кресла, вглядевшись в подернутые пеплом угли. От них все еще шло ощутимое тепло.

Впрочем, Мастер давно уже мне не мешал. Он частенько приходил без приглашения, и я научился воспринимать его более как предмет мебели.

Я разделся и, подхватив льняное полотенце, вознамерившись пойти принять ванну, когда маг вдруг сказал:

— Твой парень, Ален, он не соврал.

— Он не мой, — резковато отозвался я.

— Тем не менее, ты спас одну жизнь. Сын фермера и вправду издевался над бедной девушкой.

— Что же с ним будет? — вздохнул я, понимая, что придется дослушать историю до конца.

— Рынца все равно требует для раба ссылки в рудники, ведь он нарушил закон о неприкосновенности жителей Форта…

— Я о Фаране, — прервал я мага, заставив посмотреть на себя. В глазах Мастера было раздражение.

— Что ты хочешь услышать от меня, Демиан? Что его повесят?

— Вы сами взращиваете беззаконие и жестокость, — отозвался я. — Выгоните его хотя бы…

— Можешь заняться этим по возвращении, — отрезал Мастер. — Может быть, удастся вырвать и раба из рук палача…

— Я возьму Алена с собой на Бегущую, — согласился я. — Будет прислуживать мне, хотя у меня нет никакой нужды в служках. Для Рынцы пусть это выглядит по-другому: мальчишка откуда-то понимает в мореходстве, и это вполне достойный повод, чтобы забрать его, не вызвав ненужной ряби на воде.

— Ален вырос в рыбацкой деревне, — подсказал Мастер. — И ты прав, это блестящее решение. Что ты видел внизу?

Вопрос был задан с такими напором и быстротой, что я чуть было по инерции не ответил на него. Все же ловко Мастер научился мною манипулировать, с ним всегда приходится держать ухо востро.

— Мы встретимся на Бегущей через час, — сказал я, выдержав короткую паузу. — Мне нужно помыться, и отдохнуть. Если не считаешь зазорным, разожги огонь. Я бы выпил чашечку чая, чтобы успокоить мысли.

— Не знаю, как ты это сделал, — Мастер принялся бросать дрова в закопченное жерло камина, — но я рад твоему благополучию. Иди, намывайся, тем более что в ближайшие дни с пресной водой будут трудности, да и нагреть большой объем морской воды для помывки будет проблематично. Это слишком дорогое удовольствие.

Я вздохнул. Сейчас это меня волновало меньше всего.

— Ты, надеюсь, понимаешь, что мы покидаем материк в самый неподходящий момент? — уже с порога спросил я.

— За делами здесь приглядят, — ответил Мастер равнодушно. — По счастливому стечению обстоятельств ты выложил все, что нужно, и теперь Северный займется этим сам. Морские змеи, Демиан, вот что сейчас важно для тебя, сосредоточься на этом.

Я был не согласен! Драконьи кости, я чуть не швырнул полотенце себе под ноги в бессмысленном проявлении протеста, но сдержался. Ведьма, практикующая древние горские техники, способная обмануть иллюзией мага, жизнь, текущая вспять, магия времени. Все это было во сто крат важнее, чем какие-то водяные твари, скользящие под морской гладью. Да как они не понимают?!

Но я не находил в себе слов убеждения. Никогда не находил.

Запах порта оказался даже хуже, чем мне помнилось. Верно, к этому невозможно привыкнуть, если не бываешь тут каждый день. Удушливый коктейль из нечистот, свежей и коптящейся рыбы смешивался с запахами прогорклого масла и плесени, просыпанных пряностей и пролитого вина. Тяжелый дух немытых, потных тел забивал нос.