Алина Кривопалова - Камень Чародеев

— Владимировы не редкая фамилия. Может быть?… — осторожно начала я, чувствуя, что голос меня не слушается.

— Нет. Мы проверили. Все мы поступили в один и тот же день. И день этот был как раз следующий день после катастрофы. Таких случайностей быть не может. Тем более, наши даты рождения совпадают с теми.

— Мы…

— Да, — тихо сказала Марина. — Мы семья. Та, которой воспользовался Боб.

— Волков… Чтоб ты сдох! — заорала я.

— Лер, что с тобой?

— ЧТО СО МНОЙ? До последнего момента я надеялась, что мои настоящие родители живы! А теперь я из принципа отомщу ему. Я найду эту дырку и закрою ее. Кстати, как?

— Нужно вставить туда два камня: «свет» и «тьму». Тогда дырка закроется навсегда.

— Вот.

— Это в мире чародеев!

— Пофигу! Я сделаю это. Эта сволочь должна получить по заслугам.

— Ты же даже не знаешь где он, — попыталась остудить мой пыл Саша, но бесполезно. Кровь закипала в жилах.

— Боб оставил карту. Вернее он оставил анаграмму и написал, что, если расшифровать, то там будет написан город и место, где найти вторую подсказку.

— И сколько может быть таких «ключей»? — спросил Костя, давно оставивший свою неинтересную книгу. Здесь сюжет позабавней наклевывается.

— Понятия не имею, — искренне ответила Марина. — Сначала нужно первую анаграмму расшифровать.

— Ну это не проблема. Покажи.

Она протянула листочек. Костя внимательно прочитал, пошевелил губами и сказал:

— Греа. Есть такой?

— Есть, — Аня присела на кровати.

— Я еду туда.

— Стоять! — крикнул Эрик. Впервые услышала, чтобы он кричал. — Во-первых, никто никуда не поедет. Это не наше дело. Во-вторых, если кто-то и поедет, то не ты. Ты даже простейших заклинаний не знаешь!

Бумажка на столе вспыхнула и погасала, сгорев дотла.

— Интуитивная магия. Уважаю, — сказала Аня.

— Что?

— Очень редкий вид магии. Его невозможно определить никаким опознавателем. Раз. Во-вторых, им нельзя управлять. Магия происходит тогда, когда ты испытываешь сильные чувства. Например, если ты очень рада, то может появиться фейерверк.

Я рассеянно выслушала ее, не придав ни малейшего значения услышанному, и повернулась к Эрику.

— Эрик, я уважаю твое мнение, но мне лично небезразлично, что произойдет, когда камень «тьмы» воткнут в дырку.

— Война будет ужасной, — тихо сказал Артем. — Люди против чародеев проиграют.

Мы замолчали. Выбор конечно вещь сложная, но иногда очень ненужная.

Поезд уносил нас все дальше и дальше от родных мест. Природа, казалось, не успевала менять цвета. То она было коричнево-золотая, то отливала красным. Городов даже не было видно. Вокруг только леса и поля. Мелькали небольшие станции с такими же названиями, как и деревни, расположенные за ними. Решение было принято единогласно. Все согласились с тем, что нужно что-то делать и пускать это на произвол нельзя. Марину и Артема уговорили остаться дома, потому что они, во-первых, совсем не владеют магией (магический щит, который они использовали в здании, был всего лишь однодейственный артефакт, найденный у Боба на полке), а, во-вторых, нам нужен был кто-то, кто будет сообщать, что творит Волков в обычном мире. Остальные отправились искать камень. В данной ситуации поговорка «меньше народу больше кислороду» не работала. Нам нужно было больше специалистов по магии. Нас с Сашей изначально не хотели брать, но что им оставалось делать, когда они обнаружили нас в вагоне?! На самом деле, пройти за ними через арку в мир чародеев оказалось несложным, да и потом тайком купить билеты в это же купе тоже.

В дверь купе постучали.

— Можно войти? — в проем заглянул парень. — А то уже все места заняли.

— Заходите.

— Спасибо. А вы куда едете?

— В Попрыгушки. Это деревня такая, — пояснила Аня.

— Да я знаю. Я местный. Я из столицы домой возвращаюсь. К матушке, да братишкам.

Наступила тишина. Костя внимательно изучал блокнот Боба. Аня — свою руку. Джек — муху на стекле. Я — свою футболку. Саша — свои сережки. В общем, каждому было чем заняться. Один парень скучал без дела. Он изучил каждого и не нашел в нас ничего интересно. Он искренне надеялся, что собеседники окажутся разговорчивее, но его надежды не оправдались. Тогда он начал:

— А у нас в деревне мельница есть. Мы там муку перемалываем. Я лично участвовал в постройке. Старая мельница развалилась, вот два года назад построили новую. Интересно, что изменилось? Просто я два года назад в столицу уехал на заработки, да вот что-то не получилось. Работодатель какой-то нехороший попался. Нечестный. Ни копейки не заплатил. Бесплатно на него два года батрачил, — парень искренне делился своим горем, но слушателей не нашлось. Тогда он решил пойти по другому пути. — А вы слышали последнюю новость?

На него молча уставились. Произведя должное впечатление, парень продолжил:

— Мирзляк в лесу человека загрыз.

Пауза затянулась.

— Ой, моя станция. Так с вами заболтался, что чуть не прозевал. Пока. Может еще увидимся, — бросил он, выбегая из купе.

— Надеюсь никогда. С сумасшедшими не общаюсь, — отрываясь от блокнота, сказал Костя.

— Да ладно тебе. Просто парень не в себе. По дому соскучился, — вступилась за него Аня.

— А по…этим…ну как их там?

— Мирзлякам?

— Да. Он что, тоже соскучился? И вообще что за ерунду он тут нес?

— Между прочим, мирзляки действительно существуют. Это разновидность нечисти. Только я не помню где.

— Даже так. А что еще тогда интересненького нас ожидает в вашем мире?

Аня только фыркнула. Джек промолчал. Он не блистал названиями нечисти и потому не стал ввязываться в спор. Через полчаса поезд остановился, объявив, что это последняя станция. Так называемая станция — это маленький деревянный домик, где от силы бы поместилось пять человек. Вышедших в Попрыгушках было немного. Все как-то быстро разбрелись, а мы остались стоять на станции не зная, что дальше делать. Мы зашли за домик и оглянулись вокруг. А посмотреть на что было. Впереди, насколько хватало глаз, простирался настоящий лес. Сосны-великаны величаво выступали вперед, закрывая узкую тропку. Хозяева леса. Солнце ласкало золотистым светом деревья, окрашивая их в яркие цвета. Легкий ветерок склонял послушные макушки. Запах леса щекотал ноздри. По левую сторону простиралось озеро, на берегу которого невдалеке виднелась деревушка. Трава мягко стелилась по земле. Так и хотелось лечь на нее и лежать до скончания века, ощущая прохладу. «Как в моем сне» — подумала я.

— И куда теперь?

— А фиг его знает, — искренне ответил Костя.