ElectroVenik - 1998

— Я правильно понимаю, что Рон использовал непростительное? — несколько напряженно спросила Гермиона. Рон с грустным видом кивнул, предчувствуя головомойку. — Рональд Билиус…

— Гермиона, все закончилось прекрасно, и было бы гораздо лучше, если бы ты в данный момент промолчала. Когда твой друг, которого ты семь лет знаешь, но который слишком изменился за последние месяцы, с холодной усмешкой убивает у тебя на глазах твою женщину, даже последний пацифист взбелениться, не то что Рон. Так что остынь.

— А с чего ты взял, что…

— Да потому, что мы нашли вас наутро спящими в обнимку, едва прикрывшись одной мантией на двоих, так что не надо тут целочку изображать, Грейнджер! — неожиданно рявкнула Джинни. — Меня уже бесит твое поведение! Знаешь, почему я тебя в бою как орех разделаю, несмотря на твои знания? Почему все заклятья у тебя выходят средненькими, хоть и с первого раза? Да потому что ты отрицаешь свою природу! Ты считаешь, что независимость и феминизм делают тебя сильнее? Так все как раз наоборот! Колдунья только тогда может раскрыть свой потенциал, когда она именно ведьма, а не волшебник!

Рон и Северус несколько оторопело смотрели на подруг. Блек еще раз невольно отметил, что Джинни в гневе просто прекрасна — прищуренные глаза обретали дополнительный блеск, движения были исполнены грозной грации пантеры, а огненные волосы словно действительно загорались, обрамляя лицо и плечи языками пламени. Гермиона же, ошеломленная неожиданной атакой, выглядела жалко, отступая подальше от мечущейся влево-вправо Уизли.

— Плач, дура! Кидайся на шею к тому, кто придет тебя утешить, вынашивай планы мести и исполняй их с коварством настоящей женщины, будь стервой и ревнивецей, будь кокеткой и недотрогой! Северус, наколдуй большое зеркало, пожалуйста.

Блек молча подчинился. Джинни подтащила к нему Гермиону.

— Мальчики, отвернитесь.

Отвернувшись, Северус спиной услышал сначала раздевающее заклятье, а потом и голос Джинни.

— Посмотри на себя, Гермиона! Внимательно посмотри, и найди различия между своим телом и мужским. Если я еще раз увижу тебя в джинсах, лично прикончу, поняла? Гарри тебе такие платья подарил, хоть бы одно надела. Все, я закончила, и повторять не буду. Если не поняла и теперь, то черт с тобой, живи как знаешь, и ты недостойна ни любви, ни моего внимания.

Северус обернулся, услышав одевающее заклятье. Он подхватил Джинни под руку, и вместе они покинули комнату. Рон нерешительно подошел к рыдающей на полу Гермионе, и осторожно поднял ее в свои объятья. Она бессильно рыдала ему в плечо, а он только молча гладил ее волосы и удерживал на ногах.

— Я, наверное, слегка перегнула палку, да?

— В самый раз, как мне кажется. Ей и в самом деле нужна была выволочка.

— Ну, наверное, но я об этом не думала. Просто сколько раз я ей говорила, чтобы она хотя бы выглядела как женщина, а она меня вежливо слушала и продолжала делать по-своему.

— Просто она думает, что, раз она может давать советы другим, то ей самой чужие советы излишни. Что касается чужих чувств и психологии — она обычно оказывается права, мы с тобой — живой пример. К тому же она — маглорожденная, а у них с этим посвободнее, как-то. Те же лесбиянки и геи. Это в волшебном мире за мужеложство мигом за яйца подвесят.

— Нас и так мало. В смысле — волшебников. Так что подвешивать никого не будут. Просто используют приворотное зелье перманентного действия, — несколько устало ответила Джинни.

— Ты вот меня зря не околдовала курсе эдак на первом. Сколько времени мы были бы счастливы? — он поцеловал ее в кончик носа. А потом и в губы.

— Так, немедленно прекрати это безобразие, а то до столовой мы не дойдем. А я есть хочу, — прошептала Джинни, на мгновение отстраняясь.

— Ну эту столовую! Здешние повара меня не впечатляют. Так, сейчас…портус. Держись. Летус.

Через полчаса они сидели в уютном полумраке ресторанчика в Темной Аллее, наслаждаясь неспешным романтическим ужином и плавным течением беседы. Посетители изредка любовались на эту пару, являвшуюся живым воплощением и свободы. Как-никак, каждый читающий газеты знал о Чемпионстве Блека; равно как многие знали семейство Уизли и их отношение к этому самому чемпиону. Так что Северус и Джинни, которым полагалось находиться круглые сутки в Дурмстранге, «укрепляя международные связи», но которые совершенно спокойно ужинали на Темной Аллее, и впрямь были воплощением свободы. А их очевидная любовь, равно как и уважение, которое здесь питали к «Северусу Блеку», была для старшего поколения Темных отличным поводом для умиления. Если к Темным вообще можно применить это слово.

Примечательным событием следующего утра стало примирение Гермионы и Джинни. Впрочем, последней-то и не нужно было мириться, ибо она высказала все, что хотела, но вовсе не была на подругу зла или обижена. Так что легко приняла извинения Гермионы и признала, что тоже несколько погорячилась. Северус отметил, что слова Джинни, и возможно, действия Рона, свое дело сделали — выглядела Гермиона на «отлично». Рон же пока сообщил, что с поручением друга справился, и отправил родителям весть о помолвке друга и сестры.

— Как думаешь, ответ когда придет?

— Смотря как отвечать будут. Если совой, то еще не скоро.

— Кстати, как ты письмо-то отправил?

— Не считай меня идиотом, дружище. Я его просто в одноразовый портал превратил.

— А ты уверен, что оно дошло адресату? — как можно более ехидно и ядовито поинтересовался Блек.

— Не считай меня полным идиотом, друг! Портал заколдовывала Гермиона.

Они рассмеялись. Им вторили два голоса из-за спины. Северус обернулся.

— Забавный у вас разговор вышел, Север. Мы решили подслушать ваши секреты и тайны, как оказалось — не зря, — пояснил Влад, собственнически обнимая за талию Лили.

— Рад за вас. В обоих смыслах, — ухмыльнулся Блек, глядя на слегка порозовевшие щеки чемпионов.

— Твое счастье, что директором у вас больше не Каркаров. Он бы тебе житья не дал. Когда на прошлом Турнире Крам ухаживал за Гермионой, по моей же глупости, между прочим, он на них волком смотрел. И своему чемпиону регулярно пытался промыть мозги…

— Да уж, Стрельцов в этом плане куда лучше.

— Да и мадам Максим. Особенно после…

— Не продолжай, и так понятно. Да просто вы друг другу подходите, я это ясно вижу. Влад на тебя, Лили, сразу же внимание обратил; да и ты его уже любишь. Вот я и решил обеспечить вам легкую и приятную жизнь — сразу продемонстрировал, что ловить вам на турнире нечего вашим директорам. И вообще, всем заинтересованным лицам. И даже могу это все усугубить, если очень надо.