Stashe - Кайорат

— Так Тильда скажет, что у Осириса нет ожерелья.

— Не скажет. Она знает, что ожерелье должно оказаться у него. В любом случае, только он один знает, где. А дурацкие домыслы, это лабуда.

— Что?

— Лабуда, пузырь. Так вот, и если не будешь трепать языком не к месту, нащупаем пару волосков истины. Все, теперь к делу.

Я внимательно выслушал. Затем выполнил все, о чем попросил конь. Отправил глазунчика. После чего, удобно устроившись, мы приготовились ждать ответ. Пилон тем временем рассказывал, что я должен делать.

— Послушай, Кайорат, — серьезно начал он, — когда придем к Фифниру, молчи, не стоит говорить вообще ничего, чтобы не сказать лишнего. Наблюдай и ничему не удивляйся, выполняй то, что попрошу тебя делать. Не могу сейчас рассказывать о своих догадках, но если прав, нас ждет неожиданность. А я ой как не люблю неожиданности, потому давай подготовимся как можно лучше, конь немного помолчал и закончил, — кое-что еще, малыш. Возможно, я начинаю понимать, что происходит. Если нам удастся вырваться из этого мира ближе к радуге, придется спешить.

— Ты говоришь загадками, — тихо ответил я. Взгляд голубых глаз Пилона казался странно добродушным.

— Я просто хочу выяснить, что и почему происходит.

— Эй! Эй, в доме!

— Эй! Эй, в доме! — раздались рявкающие окрики из-за забора. Мы с Пилоном переглянулись и шустро рванули к проему окна. Видимо, перпедли существа любящие свет, потому что окна у них размерами напоминают дополнительные двери. Я без труда вылез наружу. Пилон, потоптавшись немного, решил не рисковать ногами и вышел через дверь. Пока он тратил время, петляя по комнатам дома, я терпеливо дожидался его под забором, не проявляя инициативы. Кто стоял с другой стороны было не известно, но чихание и тихие ругательства доносились вполне отчетливо.

— Чего надо? — довольно грубо спросил Пилон, пытаясь в щель разглядеть незваных гостей.

— Мы от Фифнира, — пробурчали оттуда, злобно чихнув вдобавок.

"Рановато как-то", — недоуменно прошептал конь и громко повторил:

— И чего надо?

— Хотим передать приглашение на встречу. Пилону и его другу Кайорату.

— Считай, что передали, — ответил конь. Он красноречиво выразил свое удивление, выпучив глаза. За забором мялись, но не уходили.

— Чего ждем? — Поинтересовался чутко следящий за посланниками Пилон.

— Приглашение не все еще. Нас прислали, чтобы обеспечить безопасность, — складывалось впечатление, что умные слова давались говорившему с трудом, — и проводить вас к Фифниру прямо сейчас.

— Гм? — Спросил Пилон. Я подумал, что глазунчик побил рекорд скорости. Потом подумал еще и решил, что скорее эта ситуация заслуга Матильды. Может, стоило поломаться и напустить важности, но Пилон отчего-то решил не кочевряжится, и великодушно согласился:

— Ладно, сейчас выйдем, только попрощаемся с хозяином.

Мы огляделись в поисках перпедля. Но великан так умело спрятался, а времени оставалось так мало, что решили уйти, не прощаясь.

— Спасибо за все! — крикнул Пилон. Я последовал его примеру, но чуть тише. Не хватало еще, чтобы сидящие под забором решили, что бедняга Бу-чо глухой. Открыв калитку, мы вышли на улицу. Два огромных снежно-белых волка тоскливо смотрели на нас. Из-за этого взгляда я вспомнил, что ношу в носу капельки-фильтры.

— Можем идти? — проворчал один из волков и оглушительно чихнул.

Пилон прищурился:

— А по какому поводу нас пригласил Фифнир?

— Мне знать не положено. Я охрана, — сообщил волк. Чихнул, мучительно затряс головой, и начал чесать лапами нос. Его напарник меланхолично добавил:

— Если сами не пойдете, будут проблемы. Которые не нужны. Только сам Фифнир знает, что и от кого хочет. Так что, давайте-ка шевелитесь. Воняет тут.

"Воняет!" — я мысленно поворчал, но вслух не решился. Звери внушали опасение. Они не серые фекские волки, а разумные, значительно более сильные, хотя не очень умные, похоже. Раз снежные хищники состоят в охране преступника, то не корзины вяжут в свободное от работы время. Пилон, наверное, рассуждал также, потому что мотнул головой и двинулся за первым из волков. Второй волк шел по пятам за мной. В таких "клещах" мы с конем медленно плелись по улице. Когда дом перпедля исчез вдали, а вонь окончательно рассеялась, волки оживились. Они прибавили ходу и гораздо бодрее потрусили по улице. Так мы добрались до окраин города, а дальше дорога снова пошла через лес. Бежать стало трудно, потому что тропы как таковой не было, а гора поднималась крутыми склонами. Но скорости волки не снизили, и пришлось поддерживать заданный ими темп. К тому моменту как мы по кругу обежали город через лес до южных ворот, я окончательно выдохся и кроме стука в ушах ничего не слышал. Продираться сквозь чащу зверюшке моих размеров нелегко, так что видел тоже немного. Поэтому когда неожиданно мы оказались на площади, я естественно несколько растерялся. Круглая, выложенная оранжевым ракушечником, она венчалась белоснежным массивным зданием. Дом, окруженный железным, состоящим сплошь из завитушек забором стоял одиноко, но величественно. Все другие постройки жались где-то в стороне. Долго гадать не пришлось, я сразу понял, что белый дворец и есть скромное пристанище Фифнира. Волки забежали в открытые ворота, мы последовали за ними. Перед широкой лестницей хищники остановились. Один из близнецов остался с нами, второй побежал вверх по ступеням и скрылся в дверях. Все еще тяжело дыша, я пытался осмотреться, так сказать, заранее подготовиться к отступлению. Пилон стоял со скучающим видом и как назло, совершенно не выглядел утомленным.

Наконец, волк сидевший рядом глухо произнес:

— Идемте, — поднялся и медленно потрусил к лестнице. Я задумался, пройду ли в предложенную дверь. Пилон, цокая копытами по камням, шел нарочито неспешно, всем видом демонстрируя независимость.

В дверь я, разумеется, прошел. В городе, где бок о бок живут разные существа, такие проколы не совершаются. Дом Фифнира показался мне любопытным образцом архитектуры. Сначала шли по длинному коридору, стены которого некто и неизвестно из каких соображений выкрасил в ярко красный цвет. Показалось, что это часть внутренней стены, опоясывающей дом по окружности. В конце коридора уперлись в массивные двери. Они беззвучно открылись, и мы попали во внутренний дворик.

Вымощенная светлым ракушечником площадка, беседка, увитая зеленью, сквозь которую едва пробивались лучи солнца. Фонтаны с прозрачной голубой водой, плоское и широкое возвышение посредине двора, с горой полосатых подушек на нем. Чинно бродят толстые птицы с длинными, волочившимися по земле разноцветными хвостами. Похожие на феков человечки, маленькие, но все же побольше моего зеленого знакомого, занимаются домашней работой. А их тонкие как тростинки самочки резво носятся с различными блюдами, подносами и кувшинами в руках.