Imanka - Слезы Мармариски

 Саша почувствовал, как от кулона исходит умиротворяющее тепло, стало легко и радостно на душе. Фей взял Талисман в руку, дунул, и кулон исчез, как исчезает тонкий кусочек льда, лишь водичка разлилась по ладони. Он вытер ладонь о грудь и… Талисман оказался на своем месте. Он еще раз придирчиво покрутил подвеску, рассматривая со всех сторон, и заключил:

 — Выглядит вполне натурально, на неделю двойника хватит.

 — Фей, что с нами будет? — тихо спросил Саша, прижав невидимый, но осязаемый Талисман к груди.

 Сын Галактик вздохнул:

 — Посмотрим… Будем действовать по обстоятельствам и надеяться на лучшее. Помещение полностью блокирует применение магии извне. Нас невозможно найти. Более того, я никаким образом не смогу выйти за пределы камеры, слюда не пустит. А если учесть, что она поглощает энергию, то продержимся мы тут в относительном здравии несколько дней, потом наша судьба на редкость незавидна.

 — Что же делать?..

 — Не знаю… Нас на самом деле некому спасать.

 Неожиданно в стене образовался проход. Комнату быстро заполнили воины, держа наготове обнаженные короткие мечи. Рука Сына Галактик по привычке метнулась к плечу, где в минуты опасности обычно появлялся посох. Фей разочарованно опустил руки. Ничего, он и без оружия хорошо дерется. Воины молча окружили пленников. Впервые в жизни Саша пожалел, что предпочел секцию плаванья воинственным занятиям по самообороне. Кто же знал, что придется сражаться с вооруженными до зубов людьми!

 Ледрег Такиус Туранчос Аки появился стремительно. Быстрые, четкие шаги, ни одного лишнего движения. Высокий, крепкий мужчина средних лет. Медные длинные волосы собраны на затылке в гладкий хвост. Правильные, несколько резкие черты лица. Одет в черную льняную рубашку, расписанную руническими знаками, черные брюки из плотной ткани. Фей готов дать голову на отсечение, что под этим одеянием прячется хорошая, до предела напоенная силой и охранными заклинаниями кольчуга. И, скорее всего, из прочных нитей паука-бронепряда. Значит, понимает, что противник очень серьезный, скорее всего он боится Сына Галактик.

 Цепкие голубые глаза впились поочередно в каждого пленника. Сашка вздрогнул, вспомнив, как хладнокровно Туранчос мучил его в прошлый раз, едва не оставив без зрения. Как спокойно улыбался, глядя на страдающего от боли Тиаса.

 Фей расправил плечи, взглянул свысока на стоящего перед ним врага.

 — Туранчос Аки, я слушаю, — величественно произнес Сын Галактик на межгалактическом языке. Туранчос явно не ожидал, что пленник первым начнет разговор. И Фейралисе тут же воспользовался возникшим замешательством: — Вы обвиняетесь в похищении Детей Галактик и причинении им физического вреда. Более того, вы обвиняетесь в незаконном колдовстве, повлекшим за собой неконтролируемые действия со стороны представителя Высшей Власти Вселенной. Эти злодеяния попадают под действия Закона, который рекомендует наказывать нарушителя смертной казнью. Что вы можете сказать в свое оправдание?

 — Фейралисе Ие Рониму Босхе Арджу — ты такой, каким я тебя представлял! Олицетворение Мощи, порождение Вселенной… — Туранчос Аки беззлобно рассмеялся. — Просто мальчишка! Досадное недоразумение, небольшая помеха!

 Фей промолчал.

 — Детям незачем столько силы и власти. Распоряжаться Великой Магией и Древними Знаниями? Кто придумал такую глупость! — Туранчос усмехнулся, покачав головой. — Это моя Вселенная! И Талисманами буду владеть я!

 — Мы — Дети Галактик и Верховные Правители Вселенной — душа зарождающейся Вселенной. Мы растем вместе с ней. Мы творим этот мир, — Фей говорил спокойно и с достоинством, но очень осторожно, аккуратно подбирая каждое слово, стараясь не вызвать агрессии. — А что несешь в нее ты? Хаос и разрушения? Ты начал строить новый мир, убив Къёрнетту Ларму, заколдовав Тиайленса Асгоруна, пленив меня. Что дальше?

 — Это буду решать я! Не собираюсь делиться своими планами с тобой, Фейралисе!

 Сашка испытал сильнейшее желание влезть в разговор:

 — Слушай ты, Чудо-Юдо, а совесть тебя мучить не будет, что из-за твоей прихоти пострадало столько народу.

 Туранчос не удостоил землянина взгляда, так и продолжал буравить Фея, но ответить удосужился:

 — Совесть, накормленная властью, угрызениями не страдает.

 Фей наступил Сашке на ногу, посильнее стиснув зубы. Лезет, куда его не просят, глупец!

 — Что ты сделал с Тиайленсом? — буднично поинтересовался Фейралисе.

 — Ничего, — равнодушно улыбнулся Туранчос. — Я объяснил, что его жизнь наполнена цинизмом, жестокостью, подлостью, коварством, что его жизнь — ничто, в ней отсутствует любовь к этому миру, который породил его, дал знания и силу…

 — Тиайленс Асгорун никогда не был циником. Он самый добрый и заботливый человек на свете! Более сильного чувства справедливости нет даже у меня, а я по сути своей идеален! — процедил сквозь зубы Фейралисе. Этот человек начинал действовать ему на нервы. — Ты не ответил. Каким образом у тебя получилось проникнуть сквозь защиту Чародейки с А-ао?

 — Какие мы грозные, — ехидно отозвался Туранчос. — Так интересно узнать? У меня нет времени, разговаривать с тобой. Не знаю… Задавая вопрос, подумай, хочешь ли ты на самом деле знать ответ? Ты ведь уже его знаешь.

 — Я жду.

 — Что ж… Я тебя предупреждал… Моему колдуну помог вот этот мальчик, стоящий у тебя за спиной. Запамятовал, что за периметр сада выходить нельзя, а, малыш? — Туранчос потрепал Сашку по голове. Тот задрожал от гнева. — Да, именно он принес в замок Чародейки Эуа подсадку и пустил ее на постель к нашему хворающему другу. Маленький укус магической твари и мальчишка наш, полностью подчинен нашей воле. Хотя, что уж тут скрывать, сопротивлялся он достойно. Сутки продержался. А сейчас, простите, дорогие гости, но вы мне кое-что должны отдать. Я буду строить свой мир. И Талисманы помогут мне в этом. Мне нужен Символ Высшей Власти. Ты отдаешь его сам? Или мне стоит забрать его силой?

 — Попробуй! — ухмыльнулся Фейралисе.

 — Силой, так силой. Как скажешь. Главное, чтобы ты улыбался.

 ***

 Сын Галактик и Верховный Правитель Вселенной Тиайленс Асгорун Ие Рониму Босхе Арджу никак не мог понять, что с ним происходит. В его голове образовалось много пустого места за последние несколько дней, и это начинало серьезно беспокоить. Он не помнил, где был и что делал, не помнил, как оказался в мрачном замке, и что происходило с ним в последний час. Он неожиданно нашел себя в чужой комнате, словно случайно проснулся не вовремя и подслушал разговор, предназначенный явно не для его ушей. Сначала Тиас растерялся, еще никогда с ним не случалось подобных провалов в памяти. Потом решил, что надо вести себя как прежде. Но как он вел себя прежде? Вот еще одна загадка, разгадать которую ему сейчас не под силу. Тогда Тиас напряг память и попытался реконструировать хотя бы то, что помнил. Но и этого не получилось: он совсем ничего не помнил. Да что же с ним такое?! Тиайленс заметался по комнате, схватившись за голову. Такого быть не может! Он должен помнить хоть что-нибудь! Имя? Он не помнит собственного имени! Парень остановился, еще раз оглядел помещение, в котором находился, пытаясь заставить память выдать хоть какую-то информацию… Большая спальня, несколько темновата и угрюма, он любит более светлые тона. Уже хорошо, выяснили, что нравится. Широкая кровать с балдахином. Тиас присел на край. Нет, слишком мягкая, он привык к более жесткому ложу. Письменный стол, скорее бюро… Поймал себя на мысли, что работать лучше в отдельном кабинете, а значит неуместно в спальне и такое количество книг. Следовательно, это не его спальня.