Владимир Наумов - Души потемки

На некоторое время воцарилось тягостное молчание. Появление Шнырь-Шнырь со змеей в зубах разрядило обстановку.

— Зачем Карлосу нужен был Топ-Топ?

Отшвырнув кость в сторону, Джошуа вытер жирные руки о штаны. Судя по их виду, не первый раз.

— Повелитель считал, что он является ключом к разгадке твоего появления.

Следующий вопрос я не успел задать. Рапаиты всколыхнулись, приняв угрожающую позу. Из леса появился дозор. На плече одного монстра кто-то барахтался. Присмотревшись, я заорал, как потерпевший:

— Отпусти его, болван, немедленно.

Приказ был выполнен дословно: сухопарое угловатое тельце грохнулось оземь.

— Осторожней.

Шнырь-Шнырь бросил змею и, радостно вереща, кинулся навстречу лесовику.

— Друга встретил? — в голосе Джошуа сквозило пренебрежение.

— Заткнись, — рявкнул я, вскакивая на ноги.

Скользкие водоросли сыграли со мной плохую шутку, поскользнувшись, я со всего маху плюхнулся в ручей.

— Правильно — охолонись немного, — «одобрил» Джошуа.

То, что он услышал в течение следующих пяти минут, вряд ли ему было понятно, но суть он уловил.

Скрип-Скрип поджидал меня на берегу, осуждающе покачивая головой. Зверек носился вокруг него, норовя с ходу допрыгнуть до груди.

— Уймись, пострел, — цыкнул я на него.

Кто бы знал, как я рад был видеть своего неказистого друга.

— Как ты нашел меня?

Ничего более дурацкого я не мог спросить в этот момент.

— Это было не трудно.

— Присаживайся, рассказывай.

Лесовик оглянулся через плечо.

— Топ-Топ сказал, что вы нашли рощу Свайолей.

— Точно.

— Им нужна помощь.

Не то, чтобы я забыл Ивушку и Ласку, но с тех пор столько всего произошло. Эгоист проклятый, понадеялся, что Клайв и Дрень-Брень разберутся без меня.

— Шесть дриад и восемь лесовиков ждут меня недалеко отсюда, но одним нам не пройти.

— Где ты их отыскал? Дриад я имею в виду. Мне показалось, что Ласка и Ивушка последние или это не так.

— Последние Хранительницы. Наши дриады не посвященные. На это тоже уйдет некоторое время. И не малое. Вот поэтому и нужно спешить.

— Две плюс шесть, конечно не две. Но все равно мало. Даже от воспоминаний о Страж-лесе меня бросало в дрожь.

— Братья постараются уговорить других дриад.

— Их что еще нужно уговаривать?

— Не всем же быть героями, — подколол меня Скрип-Скрип. Даже среди лесного народа свайоли стали отходить в область преданий.

Порой мне кажется, что кто-то там на небесах насмехается надо мной. Только выпутаешься из одной передряги, как на тебе — подбрасывают следующую задачку. Периодически я страстно тоскую по рутине. Спокойствие как несбыточная мечта, маячит перед моим взором. У идиота и идиотские мечты. Я страшно соскучился по Царгу и, если честно, даже по лешачку. Вот только о Клайве я этого бы не сказал. Но… Внутри, глубоко-глубоко крепла уверенность, что мой путь лежит в другую сторону. Еще не пришло время отыскивать свою тропинку в рощу свайолей.

— Одним нам не пройти.

У верблюда два горба, потому что жизнь борьба, — пробормотал я в раздумье.

Настойчивое покашливание, с целью привлечь наше внимание, исходило от Джошуа.

«Гляди-ка какой вежливый!»

— Деревяшка прав. Помимо нас было еще пять отрядов. И все они бродят где-то здесь.

Быстрее всех на оскорбление отреагировал Шнырь-Шнырь. Молниеносный бросок, и из прокушенной руки Джошуа брызнула кровь. Лицо воина вмиг утратило добродушное выражение. Глаза потемнели. Не издав ни звука, он замахнулся, но я его опередил, ударом ноги заблокировав руку. Признаться, я сам не ожидал от себя такой прыти. В рукопашной из меня еще тот боец. Так, армейские азы, навыки, которые я, казалось, давно растерял.

— Никогда не поднимай руку на моих друзей, — яростно прошипел я.

— Хорошо. Но и ты не поднимай на меня ногу, легко согласился Джошуа, стараясь все обратить в шутку. — Больше у тебя такой фокус не пройдет.

— Пройдет или нет, мы еще посмотрим.

Мне было стыдно перед Скрип-Скрипом, но повести их экспедицию я не мог. Своих проблем хватало. Хотя, постой.

— Ты, — ткнул я в ближайшего слизняка, — подойди.

Фиолетовое пламя охватило мою руку. Глядя в глаза монстру, я прижал ладонь к его груди. На мертвенно бледной коже остался отпечаток пятерни. Слизняк даже не вздрогнул.

— Отныне ты — меченный, и имя тебе Длань-Длань.

Оторопевшие воин и лесовик лишь хлопали глазами.

— Возьми семьдесят воинов. Будешь сопровождать и охранять его.

Я указал на Скрип-Скрипа.

— Слушаюсь, Хозяин.

Не думаю, что кто-нибудь до этого слышал гортанную речь слизняка.

Не успел я до конца переварить случившееся, а отряд под предводительством Меченного уже построился.

— Прощай, Дающий Имена.

И Скрип-Скрип повел отряд вдоль ручья.

Я натянул ботинки, пряча лицо от Джошуа. Предательские слезы наворачивались на глаза.

— Подъем, лодыри! — рявкнул я. Хватит прохлаждаться.

Спустя полчаса, я заметил, что исчез Шнырь-Шнырь. Вновь я остался один.

Вторые сутки мы шли, делая лишь кратковременные привалы. Несколько мелких групп мародеров, повстречавшихся на пути, я без сожаления отдал на растерзание слизнякам. Хуторов больше не попадалось, но по ночам я замечал за лесом зарево пожаров. Оставив при себе десяток монстров, остальных я разбил на отряды и разослал широким фронтом, отдав приказ безжалостно уничтожать все банды, отказывающиеся сдать оружие. На что Джошуа предложил пленных вообще не брать, аргументировав тем, что там одна мразь. Шнырь-Шнырь не вернулся. Атакующим маршем мы прошли по окрестным лесам, оставляя крупное поселение напоследок.

— Джошуа, ты не раз был в посаде. Он хорошо укреплен?

Солнце клонилось к закату, и я думал: успеть взять посад до темноты или отложить эту проблему до утра. Рапаиты обложили его со всех сторон, перерезав обе дороги. Начальник штаба, как я мысленно прозвал Джошуа, лежал в тени небольшой скалы и по привычке жевал травинку.

— Джошуа, ты меня слышишь?

Вяло помахав рукой, он дал понять, что слышит, но глаз не открыл.

— В посаде около сотни защитников. Ров, деревянная стена, обмазанная глиной. Три башни — две прикрывают дороги и одна со стороны поля. Четвертая стена на обрыве — там нет башни.

Приглядываясь, я догадался, что сонливость его показная.

— Жителей можно взбунтовать?

— Вряд ли. Они скорее смирятся с претами, чем со слизняками.

Я призадумался. С воинами Карлоса и претами коренные жители давно соседствуют, мирно или нет — это другое дело. Рапаиты известны только по слухам. Бхуту и те — бывшие люди. А бледнокожие монстры — порождение Болота Ужасов. Один ноль не в нашу пользу. Тем более бхуту в посаде нет. Я проверил.