Диана Шипилова - Что будет, то будет

Лэнс даже вздрогнул.

— По субботам? Ну… в общем… я… — он замолчал, словно пытаясь подобрать слова.

— Или вам неудобно? — с огорчением спросил Северус. С чего бы иначе это поставило профессора в такой тупик? — Я просто подумал, выходной…

— Поверь, Северус, мне доставляет огромное удовольствие заниматься с тобой, но… видишь ли, нагрузка довольно большая, а мне еще надо готовиться к занятиям… — смущенно сказал Лэнс.

— Извините, сэр, я об этом не подумал, — вздохнул Северус. Он все время забывал, что, собственно говоря, Лэнс вообще не должен с ним заниматься… Пока он думал, стоит ли хотя бы из вежливости попробовать отказаться и от этих занятий или нет (а вдруг Лэнс поймает его на слове?), профессор добавил:

— Но это по поводу занятий. Если же тебе захочется о чем‑нибудь спросить или… словом, ты можешь зайти в любое время. Ты мне ничуть не помешаешь.

— Хорошо, сэр, если мне понадобится консультация, я зайду, — сказал Северус и поднялся со стула. — Что мне надо отрабатывать до следующего раза?

— Впервые вижу ученика, который сам напоминает о домашнем задании, — усмехнулся Лэнс. — А ты подумай. Как можно практиковать легилименцию?

— Мне нужно будет попробовать прочитать мысли у… однокурсников, например? — с интересом спросил Северус. — Это будет мое домашнее задание?

Лэнс тоже встал и посмотрел ему в глаза.

— Разумеется, нет. Задавать такое домашнее задание непедагогично.

— Понял, — хмыкнул Северус. — Будем считать, что вы мне ничего не задали. Я пойду?

— Конечно, — кивнул Лэнс. — Токородэ[7]…

— Да?

— Многие волшебники — особенно те, что посильнее — могут почувствовать, что их мысли читают, если это делать грубо, — как бы между прочим сообщил профессор.

— Спасибо за информацию, сэр, — наклонил голову Северус.

***

— Волчьи зубы! — сообщил Северус влажной стене, и та медленно отъехала в сторону, обнажая невиданное зрелище. Прямо посередине гостиной разливалось небольшое озеро. Почти как настоящее. С камышами и утками. Посреди этого безобразия напряженно застыли слизеринцы, которых сегодня не было на ужине. Затем Долиш махнул рукой:

— А, это ты, Снейп… Миранду не видел?

Северус покачал головой и глазами поискал, куда бы сесть. Тщетно. Все, что можно было трансфигурировать, уже трансфигурировали.

Утки оглушительно крякали, на что Аннабелла, стоящая на маленьком островке посреди озера, недовольно восклицала:

— Бертрам! Когда я просила птиц, я имела в виду что‑то более изящное! Нет, признайся, ты специально?!

— А чем эти плохи? — удивленно откликнулся Обри.

— Заткни их!!!

Обри пожал плечами и махнул палочкой. Воцарилась тишина. Не удовлетворившись этим, Аннабелла превратила серых крякв в мандаринок, пробормотав:

— Хочешь сделать что‑то хорошо, сделай это сам…

Долиш, изогнувшись на табуретке с ниткой в зубах, придерживал край зеленой шелковой портьеры:

— Миранда… тьфу, Аннабелла… вкажи, я убефително ижображаю домафнего элфа, которому в кашештве накажания жапретили ишполжовать магию?

Аннабелла усмехнулась.

— Никто не виноват, Долиш, что ты до сих пор не освоил простейшие штопальные чары, не говоря уже о трансфигурации.

— Фу, фтопальные фары, — поморщился Долиш.

— Трансфигурация, Аннабелла, не его конек. Его конек — защита… — глубокомысленно заявил Стеббинс и тут же получил подзатыльник от Долиша.

— Нашли время!!! — взорвалась Аннабелла. — Она вот–вот придет с ужина! Гилдерой, хватит рассматривать себя в зеркало! А ну быстро сюда! Стеббинс, ты мне тоже нужен: на остров должны вести два хрустальных мостика…

— Иллюзию навести? Прикольно…

Северус закатил глаза. Почему эти девчонки так трепетно относятся к обыкновенной годовщине появления на свет?

— Да нет же, на–сто–я–щи–е! Какой‑то кошмар. Кошмар!!! Это я уже тебе, Гилдерой, почему цветы розовые??? Миранда этот цвет не выносит… Хотя ладно, оставь… Дерн, милые фонарики… Ой, почему ты не сказал, что они кусаются? Дерн, а сливочное пиво где? — без умолку тараторила Аннабелла, все так же стоя на островке.

— Уже в желудке… ой, ты что, я пошутил! Поставь меня обратно!!! И уши мне верни человеческие… Сейчас принесу, оно у меня под кроватью…

Дерн развернулся, обошел озеро, чуть не задев Северуса, и немного неуклюже затопал к себе.

— Так, так, — продолжала Аннабелла. — Феи с флейтами… Фейерверк…

— Фиолетовые фонарики, фруктовый фонтанчик… — в тон ей продолжил Долиш, вынув нитку изо рта.

— Долиш!

— Я бы на твоем месте так не топал ногой, Аннабелла, островок развалится…

— Что?!

— Я имел в виду, мы не накладывали на островок заклятия прочности…

Аннабелла взглянула на часы и ужаснулась:

— Не успеваем! Северус, а ты не мог бы… — она растерянно замолчала.

— Что? — поднял бровь Северус. Она что, хочет и его заставить участвовать в этом сумасшествии?

— Задержать Миранду… Понимаешь, у нее сегодня день рождения… — Аннабелла скривила губы, словно подумала о чем‑то неприятном. Он посмотрел ей в глаза.

— Это я уже понял, — язвительно перебил Северус, сложив руки на груди и одарив однокурсницу пренебрежительным взглядом.

Аннабелла поморщилась, но продолжила:

— …И мы так хотели сделать ей сюрприз… Но я не могу никого отрядить, они все нужны мне здесь…

— Просчеты начинающего стратега, — хмыкнул Долиш. Северус посмотрел на него и вдруг заметил, что тот… улыбнулся и подмигнул. Ему. Северус быстро обернулся к Аннабелле.

— Что мне делать?

— Отвлекай ее как можно дольше!!!

В следующую секунду он обнаружил, что стоит уже за дверью своей гостиной, не имея понятия, как долго и, самое главное, каким образом ему нужно будет отвлекать эту Сильверстоун, и чувствуя себя при этом донельзя глупо.

Тут из‑за поворота появились слизеринцы, возвращающиеся с ужина. Среди них, опустив голову, шла Миранда. Северус сглотнул. Потом, собравшись с духом, крикнул:

— Эй, Сильверстоун!

Все посмотрели на него, некоторые даже остановились. Миранда подняла голову.

— Чего тебе, Снейп?

Северус про себя обругал последними словами и Монтегю, и эту дурацкую затею, и себя — за то, что согласился в этом участвовать.

— Мне нужно с тобой поговорить… э–э… не при всех.

Миранда удивленно на него уставилась. Кое‑кто в толпе хихикнул, кто‑то присвистнул. Северус сгорал от стыда. Краешком глаза он заметил, как вытянулось лицо у Нарциссы Блэк. «Ей, наверное, было интересно, что же я собираюсь сказать Сильверстоун, вот она и расстроилась, что не услышит», — решил Северус, пообещав себе при этом силой накормить Долиша антрацитными муравьями. Правда, он не мог объяснить, почему именно его.