Джон Марко - Великий план

– Тебе нравится эта картина? – прогудел чей-то голос.

Вздрогнув, Лорла проснулась – и из чашки, которая осталась у нее в руках, выплеснулся чай. Она виновато посмотрела на расплывающееся по пледу пятно, а потом перевела взгляд на стоящего на пороге человека. Это был не Фа-рен, а гораздо более внушительный мужчина – широкоплечий, с черными волосами и блестящей черной бородой. У него было суровое лицо, а когда его взгляд на чем-то сосредоточивался, глаза у него горели. Сейчас его взгляд был сосредоточен на Лорле.

– Извините, – проговорила Лорла виновато. Она поставила чашку на столик и вскочила с кресла, успев обернуть плед вокруг своего обнаженного тела. Неожиданно она почувствовала смущение. – Я испортила плед.

– Ну, это всего лишь плед, – ответил мужчина.

Войдя в комнату, он закрыл за собой дверь. Их сразу же обволокла странная тишина. Лорла внимательно рассматривала незнакомца.

– Кто вы? – спросила она.

– Я – герцог Энли, господин Красной башни. – Он попытался улыбнуться, но у него получилась только ц, кривая усмешка. – Ты моя гостья. Пока.

Герцог Энли подошел ближе, пристально разглядывая Лорлу. В оранжевом свете камина его черная борода поблескивала, а камни в перстнях переливались. Как и Фарен, он был одет в плащ, защищавший от холода, – длинное одеяние густо-красного цвета, застегнутое у горла золотой пряжкой, сверкающей клыкастой головой дракона. У герцога оказались большие руки, которые он протянул Лорле в приветственном жесте.

– Маленькая Лорла! – проговорил он. – Я рад, что ты благополучно до нас добралась. Я тебя ждал. И погода заставила меня тревожиться.

Лорла кивнула:

– Было холодно.

– Холодно? – рассмеялся герцог. – Это не холод, девочка. Для меня это как лето. Но – да, ты выглядишь плохо. Фарен приказал найти тебе одежду, и тебе приготовили теплую постель.

– Спасибо, сэр.

Герцог смотрел на нее сверху вниз, и в глазах его горело любопытство.

– Сколько тебе лет? – спросил он. – Семь? Восемь?

– Почти шестнадцать! – возмущенно ответила Лорла. Глаза герцога широко раскрылись.

– Шестнадцать? Боже всемогущий, тебе не дашь больше восьми! Клянусь, ни на день больше!

Он присел, чтобы осмотреть ее более внимательно, и провел пальцем по щеке, словно гладил прирученного зверька.

– Поразительно! – тихо засмеялся он. – Поистине поразительно!

– Герцог Энли, где Дэвн? – спросила Лорла.

– А, ну… – Герцог убрал от ее лица палец и снова попытался улыбнуться. – Дэвн уже отдыхает, Лорла. По правде говоря, я хотел поговорить с тобой наедине.

– Наедине? Но Фарен сказал…

– Знаю, – прервал ее герцог. Он махнул рукой в сторону кресла. – Сядь, Лорла.

Лорла послушалась, опасливо наблюдая за герцогом. Он долго молчал и о чем-то думал, а потом со вздохом взял со столика трубку. Взяв ее в зубы, он уселся на соседнее кресло. Покусывая мундштук, он наблюдал за Лорлой, как завороженный. Лорла видела его изумление.

«Я особенная», – мысленно напомнила она себе.

– Я хочу, чтобы ты не тревожилась о Дэвне, – сказал наконец герцог. – Он привез тебя сюда, и я ему за это благодарен. Но его дело сделано. Я отправлю его отсюда.

Лорла поморщилась:

– Герцог Энли, я не уверена, что я вам доверяю. Энли расхохотался:

– Боже правый, ты разговариваешь не как восьмилетняя девочка, а? Ты подозрительна, как твой господин. – Он вынул трубку изо рта и ткнул в ее сторону мундштуком. – Теперь я вижу, почему ты нужна Бьяджио. Ты красотка, правда? И умненькая.

– Спасибо, – сухо ответила Лорла.

Она не была уверена в том, что получила комплимент.

– А что с глазами? Почему они у тебя не синие?

– Не знаю, – сказала Лорла. – А они должны были быть синими?

– Что именно ты о себе знаешь, девочка? Что именно они тебе сказали?

Его вопрос раздосадовал Лорлу. У нее не было настоящих воспоминаний – только какие-то бессвязные обрывки. Большей частью тени и ощущения.

– Мне шестнадцать, а выгляжу я на восемь, – ответила она. – Я замерзаю, даже когда тепло. Я прекрасно помню герцога Локкена. Мне понравилось в Готе. А больше я ни о чем не могу говорить. Лаборатории – это место тайное.

Улыбка Энли стала злобной.

– О да. Я слышал про военные лаборатории Бовейдина. А твои родители? Какие они были?

– Не знаю. Не помню. Это важно?

– Нет, наверное, – сказал Энли. – Важно то, что мы с тобой собираемся сделать, маленькая Лорла. То, что мы вскоре сделаем, навсегда определит судьбу империи. – Он подался вперед, не вставая с кресла, и его голос перешел в заговорщический шепот. – Как ты себя чувствуешь, зная это?

– Нормально, – ответила Лорла. Она ничего не чувствовала и пыталась понять почему. Ей хотелось угодить господину. И это было все. – Я здесь для того, чтобы выполнить пожелания господина, – сказала она. – Мне обещали, что вы мне поможете. Вы мне все объясните, да?

– О да! – сказал герцог. – Скажи мне вот что, Лорла. Ты когда-нибудь видела Бьяджио?

– Нет, сэр.

– И все-таки он – твой господин? Ты в этом не сомневаешься?

– Нет, сэр, – ответила Лорла, удивленная его вопросом. – Он же Господин!

– Да, – вздохнул Энли, – конечно. – Казалось, он замкнулся в себе. – Ты великолепна, – пробормотал он. – Просто безупречна…

– Герцог Энли, я смогу прочесть эти книги? Я хотела сказать – можно мне их читать?

– Если хочешь, – ответил Энли. – Ты немного здесь поживешь. Чувствуй себя как дома. Мне нужно кое-что здесь сделать, прежде чем везти тебя в Нар.

– В Нар? Я поеду в Нар?

– Не сразу. Я сначала должен кое с чем разобраться. Через месяц-другой… Но – да, ты поедешь со мной в Нар.

Лорла откинулась на спинку кресла. Это известие ее потрясло. Она не видела Черный город уже больше года – с тех пор как переехала из военных лабораторий к герцогу Локке-ну. И она никогда толком не знала Нара. В лабораториях почти не было окон. Окна существовали для старших – для работников. Мысли Лорлы неслись вихрем. Какие великие дела нужны от нее господину?

– Я давно не была в Наре, – мечтательно проговорила она. – С тех пор как уехала в Гот. Я рада, что вернусь туда. Герцог Энли нахмурился:

– Это будет трудно, Лорла. То, что нужно от тебя Бьяджио, – это не пустяк. Ты должна быть абсолютно предана делу. Тебе это понятно?

– Конечно! – бросила в ответ Лорла. – Я знаю, кто я такая, герцог Энли. Я совсем особенная.

– Это определенно так, – согласился Энли. – Я видел: когда я вошел, ты смотрела на картину. Ты знаешь, кто эти два человека?

– Да, – ответила Лорла. Она снова посмотрела на портрет, выискивая сходство. – Который из них вы?

– Слева. Не то чтобы это имело значение. Мой брат до сих пор мой полный близнец, даже сегодня. – Губы Энли скривились от отвращения, когда он посмотрел на портрет. – У Энеаса на щеке шрам. Присмотрись внимательно – и ты его увидишь. Это единственное отличие между нами. Это и Ренессанс.