Иранка Реми - Земля Меча и Магии. Волшебница (СИ)

"Сакс фо секс", "Мелодии для влюбленных", "Классик фо лав", мама, я тебя убью! Блин, он уже встал с дивана и, шатаясь, "плывет" ко мне! О, вот папина папка. Быстро, где у нас есть романтическое, но быстрое? Вот, Грейс Джонс "Май либер танго"! И, уже увлекаемая потными, неверными руками Валика, я успеваю поставить еще одну композицию. Ну все, паря, держись!

Танго… горячий и страстный танец, теоретически способный возбудить и разбудить вулкан страсти… но не сейчас. Сейчас моя задача, как можно сильнее и быстрее крутить его и вокруг него. Давай, давай, еще быстрее и активнее. А сейчас, лови меня на руку и опрокидывай меня…

Быстро подбираю ноги и пытаюсь изобразить изящный перекат, уходя из‑под, не удержавшего равновесие и мое тело, Валика.

Уйти то, я ушла. Как раз завершается первая, из запланированных мною, композиций.

Я вскакиваю, и, протянув руку, поднимаю на ноги своего "кавалера". Ага, тебя уже мутит, да?

I'm gonna ell Aun Mary

abou Uncle John…

("Long all Sally", данную песню пели все, кому не лень, в том числе и Scorpions)

Вот и все, я еле успеваю уклониться от шикарной и вонючей "ленты", которую Валик пускает прямо на наш ковер.

Заметное количество вина на пустой желудок, плюс время, за которое алкоголь успел впитаться в кровь, плюс пируэты, которые мы крутили в ритме танго и старый добрый рок — н-ролл. Все, "уноси готовенького"…

А. главное, я честно выполнила данное папе обещание, вела себя так, как и положено пай — девочке, к которой пришел в гости кавалер.

То, что Валик так опозорился, это же совсем не моя вина, правда?

Поздним вечером у меня состоялся разговор с папой.

— Лена, давай честно, твоих рук дело?

— Пап, что именно? Я грубила? Хамила? Посылала его? Нет. Я добросовестно выполнила наш уговор. Хорошо вела себя за столом, не возмущалась, когда вы, мои родители, бросили меня, маленькую и наивную девочку, наедине с парнем в комнате. Может, ты хочешь обвинить меня, что я ему что‑то подсыпала в вино?

— Нет, я этого не скажу, во всяком случае, я надеюсь, что ты этого не делала. Даже более того, я признаю, что вела ты себя вполне адекватно. Ухаживала за парнем за столом, хотя, конечно, должно быть наоборот, но будем считать, что это ты так проявляла свое внимание к нему. Да, это ты честно отработала. Расскажи, пожалуйста, что произошло дальше?

— Ну, после того, как вы ушли, мы выпили вина "на брудершафт", чтобы перейти на "ты", и потом немного поговорили. В процессе разговора еще немного выпили. Буквально раз… два… три… да, точно, три рюмочки вина. Я запомнила, потому что последний я подняла за него, как за мужчину, после чего включила музыку и мы начали танцевать.

— Ладно, вполне возможно… Я вот только одного не могу понять, как так получилось, что ты, пятнадцатилетняя девушка, не упала от выпитого, а парень, который намного тяжелее тебя, "ушел"?

— Пап, во — первых, ну сколько мы выпили? По стакану сразу, и потом, по три рюмочки.

— Стаканы вот эти? — папа покрутил передо мной один из стаканов.

— Н — наверное… да, вроде он. — ну, естественно он. Я точно помню, что именно по этому шлифованному рисунку стекало вино.

— То есть сто пятьдесят и три раза по пятьдесят? Итого триста грамм. Лена, лучше скажи честно, что ты сделала? Лена, от трехсот грамм вина, кто‑кто, а ты должна была "уйти" первой. А "ушел" Валентин… А ты еще и сидишь сейчас передо мной и ведешь вполне связанную речь.

На самом деле, меня уже некоторое время подташнивало и "вело", но я старалась держаться изо всех сил. Понятно, перестаралась. Но прямо сейчас тоже нельзя падать, а то будет похоже на игру… Неумелую игру актрисы погорелого театра.

— Пап, ну ты же сам когда‑то рассказывал, что чтобы не опьянеть слишком быстро, надо как можно больше съесть жирной еды.

— А, да, вспомнил. Родители Валентина еще обратили внимание на кухне, что ты поедала мясо так, словно ты из голодного края…

— Ну, папа, извини, я не хотела подвести вас, представ перед молодым человеком той самой Таис Афинской, которой вы представили меня его родителям.

— Эээ?? Не понял?

— Все ты прекрасно понял, папа. — перешла я в наступление. — Какого черта, на мой вопрос, что он читал в последнее время, Валик тут же озвучил "Таис Афинскую" Ефремова? А когда мы начали обсуждение книги, выяснилось, что на его взгляд, в этой книге самое главное, это поучение молодым людям, как надо себя вести в общении с женщинами и как надо строить отношения в семье? "Киндер, кюхе, кирхе", блин! "после того, как мы поженимся и ты обрюхатеешь, у тебя будет относительная, обеспеченная свобода, а я буду проводить время так, как посчитаю нужным"! Знаешь, как он считает нужным проводить время для женатого мужика? Таскаться по продажным девкам! По гетерам! Еще и место действия "Таис" назвал древний Рим… Мудак!

— Лена, он действительно говорил подобные вещи?

— Да, представь себе. Так вот, у меня вопрос к тебе, как вы с мамой описали меня, если идя ко мне в гости, молодой человек подобным образом готовится к общению со мной?

— Лена, давай так, я верю тебе на слово, что все так и было, как ты рассказала, а ты веришь мне, что мы ничего порочащего тебя не говорили родителям Валентина?

— Хорошо, только больше я эту свинью видеть не хочу.

— Эх… согласен. Опозорились они прилично… Ладно… Я так понимаю, следующие твои слова будут про Олега?

— Эм… да…

— Пусть завтра подойдет вечером к подъезду, скажем на семь часов вечера. Мы с тобой выйдем, и я в его и твоем присутствии, сотру все записи. Только пусть и он мне пообещает, что с его стороны больше попыток не будет, договорились?

— Угу… Папка, можно? — я целую папу в гладко выбритую щеку.

Хоть ты и гад, но за Олежку тебя отблагодарить надо…

Или мне кажется, или ответные письма Максика становятся все холоднее?

Если раньше каждое его письмо можно было читать и читать, смакуя каждую строчку и млея от потоков нежности, изливающихся с экрана, то сейчас они были похожи на новостные бегущие строки.

"Захватили, отбили, построили… построили тебе"…

На все мои расспросы Олька отвечала, что у них сейчас тяжелая ситуация. вызванная большими потерями в том бою, и что Макс сейчас вынужден много сил прикладывать для того, чтобы…

Как же мне хочется верить… нет, не так, я ВЕРЮ, что так и есть, и что это не охлаждение чувств Макса ко мне, а просто временные трудности.

Поток идей по помощи мне от одноклассников иссяк, особенно когда стали известны подробности произошедшего с Олегом.

Мне все также ободряюще подмигивали и кивали при встречах, на стене классной комнаты висела распечатанная кем‑то картина, изображающая башню, из окна которой выглядывает принцесса, но никаких активных действий не предпринималось.