Шон Рассел - Единое королевство

Тэм поднял голову и увидел, что в тени нависшего над водой дерева стоит какой-то человек. Он был в рваном плаще, а его голову украшала высокая, давно потерявшая форму бархатная шапочка с пером. Потертые штаны, обрезанные у колен, открывали худые ноги. Старик, тощий, но жилистый, с обветренной, потемневшей на солнце кожей. Тэм решил, что у него, наверное, нет дома и он живет где придется. Резкие черты лица и выступающие скулы обращали на себя внимание, но в глазах старика светился ум. В руках он держал что-то вроде копья, на конце которого извивалась маленькая рыбешка.

— Не важно, — заявил незнакомец. — Он вас пропустит или нет, это уж как ему захочется. Знаете, я ему заплатил. Многие утверждают, что нет, но я ему свои денежки отдал. Даже два раза, но я все равно здесь, застрял на берегу, и никакой надежды продолжить путь. Совсем никакой.

— А кто вы такой? — спросил Финнол, выбираясь на берег и с изумлением глядя на незнакомца.

Тот посмотрел на воду и поднял копье. Потом сделал маленький шаг вперед, длинноногий и неловкий, точно журавль, подумал Тэм. Что стало с его рыбой, он не заметил. Мужчина поднял руку, и лохмотья его плаща отбросили на воду тень.

— Я? — переспросил он, сделав еще шаг вперед. — А ты кто такой?

— Ну, я Финнол, а это мои кузены, Тэм и Бэйори. И Синддл, собиратель преданий.

Незнакомец вскинул голову и принялся рассматривать Синддла.

— Река хранит много преданий, уж можете не сомневаться, но многие из них поглотила Львиная Пасть. Он сожрал обоих моих братьев, а меня выплюнул вот сюда. — Он поморщился. — А вас… вас он всех оставил в живых.

Какое-то движение привлекло его внимание, он метнул копье в воду, но ничего не поймал.

Тэм заметил, что Финнолу явно не по себе и он держится так, будто готов в любой момент отскочить подальше от незнакомца.

— А почему вы не можете отправиться дальше по реке? — спросил Финнол. — Ведь самое страшное осталось позади. Мужчина склонил голову набок и взглянул на него.

— Он меня поджидает — Лев. Но не получит.

— Если вы поплывете вниз по течению, он останется у вас за спиной, — заметил Бэйори. — А вы будете в полной безопасности.

Незнакомец снова принялся выслеживать рыбу. Неожиданно Тэм заметил, что на руке, в которой он зажал копье, только три пальца.

— Теперь мне ясно, что вы плохо знаете реку, — проворчал незнакомец. — Мы с братьями отправились в Пасть втроем, но выбрались только двое. А когда поплыли вниз по реке, то вдруг поняли, что снова оказались среди порогов.

— Но ведь их только пять, — быстро проговорил Финнол. — Вы миновали последний.

Мужчина покачал головой:

— У реки в запасе гораздо больше сюрпризов, чем вы думаете, больше притоков, чем вам известно. Мы снова вернулись в Пасть, и на сей раз в живых остался только я один, а наша лодка превратилась в щепки. Лев забрал два моих пальца, с тех пор я тут и живу. — Он отвернулся и медленно, сгорбившись и опустив голову, зашагал вдоль берега. — Я не поплыву вниз по реке, потому что он собирается сожрать и меня. Но я не такой дурак. Нет, здесь я в полной безопасности. Мне хорошо в компании холодной, старой реки, которая поет мне свои песни. Во всяком случае, это лучше, чем смерть.

И он ушел, осторожно ступая по воде и стараясь не нарушить ее неподвижную гладь.

Все были так поражены, что несколько мгновений молча смотрели ему вслед.

— Говорят, что люди, населяющие дикие края, немного странные, — сказал Финнол, — что они не могут жить рядом с другими… Но этот… — Он посмотрел на Тэма, будто только сейчас сообразил, насколько серьезно прозвучали его слова, и широко ухмыльнулся. — Мы миновали Пасть! И если только Лев не умчался вперед по реке, нас ждут спокойные воды — относительно, конечно, отсюда и до самой Песчаной Пустоши!

Финнол и Синддл начали раскладывать мокрые вещи на солнце, а Тэм и Бэйори занялись лодкой. Они вчетвером вытащили ее на берег — следует отметить, что их посудина представляла собой весьма печальное зрелище. Сплошные царапины и шрамы, хотя все доски на месте и ни одной трещины.

— Придется немножко попотеть, — заявил Бэйори. — Но на самом деле ничего страшного. Давайте разобьем здесь лагерь и проведем ночь тут, потому что, когда я все сделаю, лодка должна будет немного просохнуть.

Он достал свой набор инструментов и стащил мокрую рубашку, чтобы приступить к работе. Помочь Бэйори они ничем не могли и потому предоставили ему лечить лодку, а сами отправились купаться и ловить рыбу.

Ночь они провели, завернувшись в одеяла, на берегу, под звездами, под рычание свирепого Льва, которое так или иначе проникало в их сны.

Тэм заснул поздно, и ему приснился неприятный сон. Их лодка перевернулась, и его утащило в водоворот, в зеленые, украшенные белой пеной воды, на самое дно, где он нашел сотни других жертв Львиной Пасти. Их трепало течение, и они походили на тряпичных кукол, исполняющих бесконечный призрачный танец. А вокруг них, точно листья, кружащие на легком ветру, сверкали монеты — плата за право миновать Пасть.

Он проснулся и увидел луну, плывущую в небе, над порогами раздавался устрашающий рев Льва, а ветер шелестел листьями у них над головами.

В тени, чуть дальше того места, где они разбили лагерь, возникло какое-то движение. Сначала Тэм решил, что незнакомец, которого они встретили днем, явился, чтобы совершить какое-нибудь злодеяние, но на свет никто не вышел. Тэм очень медленно приподнялся на локте.

— Ты тоже видел? — спросил Синддл из темноты.

— Да. Может быть, старик, которого мы встретили сегодня?

— Не знаю, что это. Явно не животное. Скорее похоже… ну, не знаю. Мне показалось, что я уловил какое-то движение, но ничего определенного. Так стекло падает в воду…

— Шутки лунного света и тени, наверное, — кивнув, проговорил Тэм.

— Над вершинами деревьев, может быть, — не стал спорить Синддл. — Скоро утро. Спи, а я посторожу.

Тэм собрался возразить, но Синддл уже поднялся, держа в руке свой меч. Тэм закрыл глаза, но заснул не сразу. Его вдруг окутало ощущение невыносимой тоски, но он каким-то непостижимым образом понимал, что эта боль не имеет к нему никакого отношения.

«Дело в моем сне», — подумал он.

Он утонул в печали, точно его нес за собой ее холодный, наполненный горечью поток.

ГЛАВА 13

Прошло всего три дня после того, как путешественники оставили позади мост Теланон, но у них возникло ощущение, что они плывут по другой реке. Течение успокоилось и больше не мчалось вперед, будто его ждали неотложные дела. Утром Бэйори и Финнол гребли по очереди, но спустя несколько часов привыкли к новому ритму, убрали весла и принялись разглядывать берега.