Илья Арсенов - Сен. Развеять скуку

Пришлось прижечь ладонь правой руки. Запах паленой кожи и мяса заставил нас с Тором поморщиться. Помогло. Теперь он рассказал, куда закапывал свои деньги. Как говорится, десять рублей лишними не бывают. Похоже, он больше ничего не скажет. Жаль…

Вытащив нож из миски, я вытер его об рубаху пленника. Ткань сразу начала тлеть. Он закричал. Поморщившись от криков, отрезал кусок от его куртки и заткнул ему в рот.

— Пошли перекусим, — бросил я Тору и направился к костру, у которого колдовала Джула.

Крепкие нервы у ребят: в нескольких метрах от них человека пытали, а они спокойно… почти спокойно готовили еду.

— Не переборщил ты с ним? — Тор кивнул на пленника.

— Я? Он хотел пацана изнасиловать, а я этого не люблю. Нет, я не брошусь изменять мир, но и мимо не пройду. Как думаешь, сколько рабов через него прошло? Так что, он свое заслужил. Я бы дальше с ним поразвлекался, но они, — я кивнул на ребят, — нервничают, да и есть охота.

Джула налила всем густой мясной похлебки. Выглядела она, конечно, не очень, но пахла вкусно. Мы с Тором привыкли есть всухомятку, редко когда удавалось отведать жареной дичи. Добавлю, отвратительной.

— Джула, ты кудесница, — похвалил я девушку. — Тор, как думаешь, я со своей лабораторной работой справился?

— Сен, ты чего, рехнулся, за едой пытки обсуждать?

— А у тебя аппетит, что ли, пропадает? Что-то не заметил. Жрешь — аж свист стоит, — усмехнулся я. — Или ты думаешь сожрать все побыстрее, чтобы попросить добавки? Хрен тебе, а не добавка, я сегодня пострадавший, значит, обо мне надо заботиться. Так что вся добавка моя.

— Е… — Тор покосился на троицу. — Личико не треснет от жадности? У тебя вот еще работа не выполнена, а кто плохо работает, тот так же ест. А если серьезно, то тебе не противно заниматься пытками?

— Противно? — Я задумался. — Нет вроде. А почему мне должно быть противно? Я же не детей пытал, а редкую мразь. Не был бы такой гнидой, то просто бы прирезал и все.

Дальше мы ели молча. Покончив с добавкой, я встал и потянул за собой Тора:

— Пошли, закончим с делами.

— Ты дальше развлекаться будешь или сразу прирежешь? — Тор встал.

— Прирежу. Хватит с него. А то еще к Триединому попадет как мученик. Я на благотворительность не подписывался.

Меня остановил голос Родигеса.

— Господин…

— Не называй меня так, не люблю, зови просто Сен.

— Э-э-э, Сен, позвольте мне…

— Что тебе? — не понял я.

— Закончить вами начатое дело. — И потупил взор, как девственница на брачном ложе.

«Ничего себе развлечения у пацаненка».

Ага, я прямо-таки опешил. Как-то странно.

— Объясни, — потребовал я.

— Меня воспитывали как воина, и я хочу стать воином. Моя честь была задета, я должен отплатить кровью, чтобы очиститься.

Мы с Тором переглянулись.

— Тор, останься, а Родигес пойдет со мной.

— Но, Сен… — начала Джула.

— Молчи, женщина, не лезь в дела мужчин, — сказал я твердо.

Ей явно не понравилось такое обращение, но патриархальность, присущая этому миру, сыграла мне на руку.

Я сел возле пленника и знаками приказал Родигесу последовать моему примеру.

— Ты уверен? — спросил я его.

— Да, — хрипло ответил Род.

— Хорошо, будь по-твоему.

Увидев приближающегося Родигеса, пленник задергался. Да, Роду будет нелегко перерезать ему глотку. Я не стал вмешиваться, это не моя месть, парень должен все сделать сам. Для него это первый шаг. А первый шаг нужно делать самому.

Пленник мычал и бился, даже сумел выплюнуть кляп изо рта и огласил окрестности криком. Родигес немного выждал, а потом упокоил его резким ударом в основание челюсти. Кровь сильным потоком хлынула из распоротой артерии и обрызгала Родигеса. Он отполз в сторону, сел на задницу, вздохнул и вытер со лба пот. Выглядел он, мягко говоря, не очень. Я молчал, он тоже. Потом он взял нож, аккуратно вытер его и протянул мне.

— Спасибо.

— Да не за что, — ответил я, — пошли отсюда.

Уходя, я оглянулся. Чисто сработано. Надо будет их про отца расспросить: неплохо детей обучил. У костра я взял флягу с водой и сказал:

— Давай полью.

Родигес деревянно кивнул, и я помог ему умыться. Впрочем, помогло мало. Вся одежда в крови.

«У тебя одежда тоже в крови, так что и парень переживет»

Да, ты прав.

Кивнул Роду на бревно и сел с ним рядом.

— Тор, у нас вино осталось?

— Конечно.

— Дай сюда, пожалуйста.

Как только в руках у меня оказалась фляга, я отхлебнул глоток и передал Родигесу.

— С кровавым крещением тебя.

— Спасибо, — автоматически ответил Род.

Потом фляга пошла по кругу, потом по второму, а на третьем кончилась. За это время никто не проронил ни слова.

Глава 6

Мародерство

— Желающие уже могут обобрать труп?

— Нет, нет и еще раз нет! Это привилегия служителей церкви!

Сен

В молчании прошло еще минут пять.

— Ладно, отдохнули, и хватит, — сказал я, поднимаясь, — Джула, за тобой посуда. Закончишь, покопайся в вещах, найди одеяла и одежду, но переоденетесь завтра. Найдем ручей, где можно помыться, там и переоденетесь. Тор, ставь свою охранную загогулину, потом присоединишься к нам, — произнес я и повернулся к ребятам: — А с вами, пацаны, мы пойдем мародерствовать. Вы вроде как хотите стать воинами, поэтому надо уметь собирать воинскую добычу, в просторечье, мародерствовать.

«О, смотри, как все зашевелились, вот что значит хозяйская рука…»

Тихо! Думай лучше о том, почему я еще жив. Кстати, надо бы отдать вторичным команду на разработку гипотез данного чуда.

Родигес и Фериш подошли ко мне, и Фериш спокойно спросил:

— С кого начнем?

«Смотри, какая личность у парней устойчивая. Пошли трупы грабить? Да, конечно».

— С моего жмурика. Я его грязно завалил, если потащим куда-то, из него все кишки вылезут.

Мы подошли к трупу. Выглядел он неважно — кермитовый меч пропорол живот и грудину, явив взорам кишки и перерубленные ребра. Все это было сдобрено запахом уже свернувшейся крови. Еще раз осмотрел труп. Пожалуй, этот, единственный в кольчуге, одет добротно. Но кольчугу я испортил, вся одежда в крови. Я недовольно поморщился:

— Фериш, зажги факел и иди с ним сюда.

Я достал стилеты и протянул один Роду.

— Возьми и кончиком отпарывай кольчугу со своей стороны, снимать мы ее задолбаемся.

Несколько быстрых движений, и десять сантиметров кольчужных колец распорото. Глянул, как дела у моего «напарника». Похуже, но все же парнишка справляется.