Александра Волгина - Первый год комом

— Изучаю, какой материал ты прошла, — улыбнулся мне орк. — Будучи Практиком и Боевым магом в Академии Водной Стихии, по огненной основе ты автоматически переводишься на эту же специализацию. В целом учебные процессы на первых курсах очень схожи. Мы так же изучаем Общемагические Основы, Травоведение, Адаптацию, Особо Опасные Объекты, а так же другие знакомые тебе предметы. Пожалуй, единственным исключением является "Защитная магия". У нас этот предмет делится на четыре вида занятий. "Медитация" укрепляет дух, "Физические тренировки" развивают тело, "Стратегия" — ум, а "Магическая атака" соответственно магические способности. На третьем курсе второй и четвертый предметы сливаются в один и называются "Боевая магия".

— Почему только на третьем? — удивленно спросила я.

— Потому что сначала нужно до автоматизма изучить и отработать базовые знания, и только потом можно комбинировать магию с физическими упражнениями в более сложных комбинациях. Что касается наших переметов, то практически все будут перезачтены, — подмигнул мне Острин. — Кроме "Медитации", "Физических тренировок", "Стратегии" и "Магической атаки". По этим предметам завтра в три часа пройдет аттестация, и если результаты будут неудовлетворительными, то придется походить на дополнительные занятия. Ну а "Общемагические основы" практические занятия, это точно будет идти дополнительным уроком. Держи расписание предметов. Галочками выделено, что перезачтется автоматически.

Я забрала у орка лист занятий, и бегло пробежалась по нему глазами.

— Посвящение? — моему удивлению не было предела.

— Да, — кивнул головой ректор. — Огненная стихия проходит посвящение в конце первого курса. Думаю, ты слышала, что основа накладывает отпечаток на характер носителя. "Огненные" адепты самые взрывоопасные, быстрые и темпераментные. Не всегда эти черты приносят пользу, поэтому мы так много времени уделяем работе со своим духом, умом и сердцем. Прежде чем адепту будет доступна вся сила стихии, он должен хотя бы немного научиться терпению и контролю, развить силу воли. Поэтому мы считаем, что только в конце года адепты готовы принять силу и начать работать с ней.

— Понятно, — я кивнула головой, изучая список занятий. Острин оказался прав: основные предметы были практически те же. С учетом того, что первый семестр в обоих учебных заведениях делал акцент на общую теорию, а детализация по основе как раз начиналась со второго, то к пересдаче, как я поняла, попала в основном практика и то не вся. Напротив "Траовоедения", к примеру, красовалась жирная уверенная галка.

— Вопросы есть? — посмотрел на меня ректор.

— Пока нет. Возможно, потом появятся.

— Ну, как появятся, спрашивай. Я куратор первого курса, моим адептам разрешено обращаться ко мне вне очереди. Когда уезжаю или срочно занимаюсь делами Института, предупреждаю заранее.

— Спасибо, — я поднялась и махнула рукой коту, который все это время на удивление спокойно, мирно, а главное молча, сидел рядом.

— Ох, голова моя дырявая! — воскликнул орк, когда мы с Васькой уже направились к двери. — Как всегда чуть не забыл!

Ректор повернулся ко второму креслом, на котором лежал кулек.

— Это твоя форма. Захватил по дороге, — буднично пояснил он, как если бы речь шла о его постоянной работе: адептам вещи носить.

— Форма?

— Да, ежедневный и нарядный варианты. Я не очень разбираюсь в этом, поэтому попросил подобрать по описанию, — Острин на последнем слове красочно изобразил руками очертания фигуры.

"Это он тебе польстил!" — хмыкнул внутренний голос.

"Во-первых, не мне, а нам. А во-вторых, может, он меня так видит".

"Во-первых, не нам, а тебе, я субстанция ментальная и к твоему физическому описанию не имею ни малейшего отношения. Меня максимум может взволновать, если тебе по голове настучат или кони двинешь. Во-вторых, если он тебя так видит, то форму можно будет обернуть вокруг тебя пару раз, это точно".

— Сегодня вечером официальное приветствие адептов и поздравление с новым учебным семестром. Спускайся к семи часам в ареолу. Девушки на это мероприятие обычно предпочитают нарядный вариант.

— Спасибо, — пробормотала я, забирая из рук магистра два весомых кулька, и, вспомнив, добавила: — Вчера мне казалось, что ареола выглядит… г-мм…. Слегка по-другому.

— Ареола — центральная и единственная большая зала Института, и мы используем ее в различных целях. Официальные собрания, праздники, встречи, просто прогулки, стоит только изменить антураж и мы получаем, как там коллега написал, — орк взял со стола лист с печатью Академии и, нахмурившись, прочитал: — Оптимизацию процесса. Во! То есть, говоря нормальным языком, используем одну площадь для разных мероприятий, тем самым экономим время, средства, и пространство. Эх, и откуда только водники таких слов понабрали! Нет, чтобы по-человечески написать, я чуть волосами не оброс, пока разобрался, — пошутил Острин и добавил: — До вечера, тогда. Как услышишь колокольный звон, значит пора спускаться. Твой курс первый, Практики, Боевые маги. Увидишь на скамьях надписи, не потеряешься.

Я поблагодарила орка еще раз и покинула кабинет.

"Надеюсь, уважаемый магистр не узнает, кому обязан чуть было не случившимся оволосением?!"

"Это точно, кажется, я все же перегнула тогда палку".

"Перевпендрилась, я сказал бы".

"Все мы подвержены соблазну", — смиренно согласилась я, улыбаясь во все зубы.

"Теперь вот уважаемый ректор Академии эстафету принял. Кто бы мог подумать".

3.3

Я разъяренно смотрела, как желтая шифоновая юбка с шуршанием медленно скользит вдоль моего бедра. Васька, вольготно развалившись в раковине, комментировал мои безрезультатные потуги, выглядеть нарядно.

— А ты под корсет подтолкни, — искренне веселясь, советовал мне он.

— А в корсет тоже что-нибудь подтолкнуть порекомендуешь? — злилась я.

— Не, заметно будет. Лучше просто не наклоняйся, а то вывалишься, вся.

От зрелища в зеркале мне тоже могло бы быть смешно, если б не было так грустно. С размерчиком Острин все же ошибся. Не в два раза, конечно, но достаточно, чтобы с меня в разных местах сползало, слетало и, как правильно заметил кот, могло вывалиться. Это не говоря о том, что от фасона меня, мягко скажем, воротило. Прозрачно-желтый от груди корсет на твердых косточках, расшитый золотистой нитью и мелкими блестками, в моем случае оголял торчащие ключицы. Правда, они немного округлились за прошедшие пол года, но ситуацию это не спасало. А воздушно-летящая, в несколько слоев юбка, расшитая по низу в тон корсета, путалась в ногах, заставляя меня каждый раз переживать за целостность моего носа. Желтый цвет платья подчеркивал мою бледную после зимы кожу, делая похожей на бодренького мертвеца. В общем, платье было божественно, просто бесподобно красиво, но отдельно от меня. Оно само по себе, я сама по себе. Стоило только нам оказаться вместе, как меня начинало потряхивать от осознания собственной несуразности. Я кинула взгляд на расшитые бисером ленточки, заколки в виде бабочек и шпильки, россыпью лежащие рядом с котом. Интересно, и это все мне нужно воткнуть в мою многострадальную голову, к итак торчащим в разные стороны волосам? И будет у нас новогодний ежик или отцветающий одуванчик. Бред!!! Я еще раз кинула взгляд в зеркало и раздраженно подтянула начинающую сползать юбку.