Владимир Лошаченко - Стажёр

— Хватит бездельничать, пора приниматься за работу, хозяйство в замке большое, — графиня, поправив пояс с висящими на нем ключами и кошелем, направилась к лестнице, ведущей вниз.

Через седмицу войско графа Лоредана встретилось с дружинами баронов: де Колино, дé Дорадо и дé Монтро. Общее количество солдат увеличилось до двух тысяч. Соотношение два к пяти в пользу неприятеля, но графа это не обескураживало. Вечером на военном совете барон Ваго дéКолино, мужчина средних лет с живыми глазами и бородкой клинышком, предложил отличный план. Так как войско находилось на его территории, которую он знал прекрасно, потому и подал хорошую идею. Показал на карте место, где можно с успехом противостоять более многочисленному противнику.

— Вот здесь, Ваша светлость, лес подступает к имперскому тракту, а другой стороны тянется широкий овраг. Образуется весьма узкое «горло». Неприятель не может развернуть свою армию и вынужден в стесненных условиях атаковать плотной колонной.

— Какова ширина этого замечательного места? — поинтересовался Чернота.

— Не больше пол-лиги, — довольно ухмыльнулся барон.

Граф весело оглядел сгрудившихся над картой баронов:

— Вот он наш шанс, господа, не будем загадывать наперед, но при наших грамотных действиях неприятель будет разбит. Совещание закончено, войско в поход. На место нужно прибыть заранее.

В лагере запели горнисты, тушились костры, сворачивались палатки, и через час только зола в кострищах указывала на пребывание тут людей. Через два дня вышли на место будущего сражения. Лагерь поставили за полторы лиги от основной позиции, вперед ушли боевые дозоры и конные егеря. За трое суток ожидания многое удалось сделать — перед пушками установили рогатки, между ними, на уровне щиколотки, натянули проволоку. Пространство перед войском усеяли металлическими шипами, оборудовали и замаскировали ветками орудия. На четвертые сутки прискакавшие разведчики донесли: враг в дневном переходе.

— Слава Единому Творцу, дождались.

VI глава

На рассвете вынырнувший из тумана неприятельский дозор передовой сотни обнаружил препятствие в виде чужого войска, перегородившего тракт. Недолго покрутившись, унеслись назад. Вскоре послышался многотысячный топот солдатских сапог. Появившись в пределах видимости, колонна встала.

Даже до самых тупых дошло — кровушки придется пролить немало, этих так просто с дороги не сковырнешь.

Колыхались длинные копья над колонной, среди разноголосицы и матерков раздались лающие звуки команд. Толпа раздалась, прижимаясь к лесу, со стороны оврага послышались крики — несколько нерасторопных сверзились вниз. Раздвигая пехоту, выезжала кавалерия сотня за сотней. Вскоре их набилось не менее тысячи, зажатые со всех сторон всадники сатанели — какой идиот отдал столь нелепое распоряжение? А ну все понятно, пожаловали «гениальные» военачальники — пятерка графов, сверкая латами, с большим трудом пробилась сквозь толчею. Вассалы графа дé Лоредана с любопытством поглядывали на суетящихся вдали уродов. От неприятеля отделился всадник с белым флагом на копье. Не иначе переговорщик.

— Удачное начало, — пробормотал Пашка. Вышлете нашего парламентера, поезжай ты Пако. Сам знаешь, что сказать.

Пако, осклабившись, послал коня в намет и через пару минут обменивался ультиматумами и предложениями с вражеским посланником.

Немного пообщавшись, разъехались каждый в свою сторону.

— Неужели клюнут? — чуть растерянно спросил Ливэн.

— А то, наш Паша все верно рассчитал. Как он говорит, халява многим мозги отшибает, — осклабился Орест.

— Если их нет, тогда вообще тушите свет, — хохотнул Чернота.

Противоборствующие стороны стояли друг против друга на расстоянии в пол-лиги. Видимость замечательная, утренний туман оседал, уползая клубами в лес и исчезал в овраге. Среди кучки высшей знати противника после сообщения парламентера состоялась короткая дискуссия с размахиванием руками и редкими воплями, долетавшими даже сюда. Впрочем, вскоре все разрешилось — от группы всадников отделились пятеро, неспешной рысью направившихся к центру будущего поля сражения. Шестым скакал парламентер с белым флагом. Прибывший ранее Пако все крутил головой:

— Ну наглецы, ну паскуды. Представляете, они предложили безоговорочную капитуляцию и сохранение нам жизни за твою голову, Паша.

Сержант от избытка чувств выругался.

— Ага, едут. Так, Пако, ты со мной. Не забудь свою белую тряпку. Вы, ребята, будьте наготове.

— Всегда готовы, Ваша светлость, — по-пионерски отрапортовал Орест.

Пашка ностальгически хмыкнул.

— С Богом, — и послал лошадь вперед.

Поединщики съехались посреди тракта, по правилам этикета представились. С одной стороны — графы дé Накура, дé Офунато, дé Бокэ, дé Анжен и дé Тавой, с другой — граф дé Лоредан. Поприветствовав друг друга ударом меча о левую сторону груди, обсудили условия поединка. К Пашкиному облегчению графы согласились на бой пешими. Чернота — змей-искуситель и провокатор в одном лице — заявил, что в случае его проигрыша победители получат все его богатства, а именно сто тысяч золотых.

От услышанной суммы у супротивников затряслись руки — в империи человек, обладающий даже четвертью этой суммы, считался очень богатым. Дождавшись нужной реакции, не преминул этим воспользоваться.

— Господа, если мне удастся вас победить в честном поединке, то вы будете драться один на один с моими баронами. Надеюсь, вы не против?

Жадность отшибает мозги — это аксиома, чем Пашка и воспользовался. Графы на последнее условие не обратили внимания — не до того. Они, подняв очи к долу, пытались подсчитать, сколько будет сто тысяч на пятерых. С арифметикой их светлости были явно не в ладах. За исход поединка Чернота не сомневался, графам не отвертеться от схватки с его баронами, тем более в свидетелях два переговорщика. Спешившись и отдав поводья Пако, Пашка обратился к соперникам:

— Что же, господа, начнем?

Те пребывали в эйфории от предстоящего золотого дождя и пыхтя ринулись на графа малочисленной толпой.

Сержант, подвернув ногу под себя, удобно устроился в седле, предвкушая яркое зрелище.

Не успели супостаты махнуть мечами, случилась первая неприятность — противник исчез. Дальше — больше и хуже. Получив по удару в затылок навершием рукоятки меча, пятерка повалилась на истертые плиты дороги. Бросив странную фразу:

— Пять ноль, в нашу пользу, — граф бросил сержанту. — Подай сигнал парням, пусть подъезжают.