Amberit - Под тенью темной луны (СИ)

- Все так ты понимаешь, - грустно сказал Ален. – Только вспомни, с кем вас учат сражаться на лекциях по боевой магии?

- С нежитью, - с ходу ответила я.

- Правильно. А много ты знаешь нежити, использующей в обиходе боевую магию?

- Нет, - подумав, сообщила я. – Точнее, никого не помню. А есть нежить, кидающаяся пульсарами?

- Нет, - сообщил Ален. – На это способны люди. Ну, и эльфы с дриадами, но у них немного своя магия.

- А больше ни одна раса не обладает способностями к магии, правда ведь? – покопалась я в памяти, извлекая сведения по разумным расам.

- Такой сильной – нет. Шаман троллей может пойти в ученики адепту девятого курса. И именно поэтому Магистр Карейн учит вас выставлять щит, поскольку это входит в школьную программу и осталось со времен войн магов, но не акцентирует на этом внимание. И отрабатываете вы заклинания на фантомах, правильно?

- Да, - подтвердила я, начиная понимать, к чему ведет Ален.

- Вот. А я готовлю вас к войне.

- Подожди, но ведь зомби и прочие скелеты тоже не обладают магическими способностями?

- Нет. Но за ними стоят маги. Некромантия, как я уже говорил, служит уничтожению. Она работает со смертью во всех ее проявлениях. Вам придется сражаться с людьми, Элька. Хорошо обученными людьми. И я хочу, чтобы вы смогли выставить против них все, что возможно.

- А тогда почему ты не учишь этому остальных?

- Как это – не учу? – удивился Ален. – Учу. Только никому, кроме одной рыжей ведьмы, не приходит в голову изменять заклинания.

- Еще Лису, - возмутилась я.

- Еще Лису, - согласился он. – Но там немного другая история. А твой двусторонний щит… ну, я могу, конечно, придумать ситуацию, в которой он потребуется… Но обычно он не нужен. И иногда даже опасен…

- Да, про это меня проинформировали уже, - буркнула я.

- И правильно. Элька, а могу я задать тебе вопрос?

- Конечно, - удивилась я.

- Зачем вы собираетесь у Лиса?

Я смутилась. Преподавателям вообще-то нежелательно было сообщать о готовящихся проделках… Но это же Ален…

- Только никому не говори, - предупредила я на всякий случай. – Мы будем придумывать, что сделать на Бесовник.

- На что? – искренне изумился Ален.

- На Бесовник. Ты должен знать, его везде празднуют. Правда, может, у вас по-другому называлось… Это «ночь бесов». Всем желательно сидеть по домам, выставив на пороге угощение для злых духов, которые в эту ночь бродят по миру и совершают разные пакости.

- А адепты, надо полагать… - Ален, похоже, все понял, поскольку ехидно заулыбался.

- А адепты раньше бродили вперемешку с нечистью по городу, подбирая выставленную колбасу и сало. Но в один непрекрасный год произошло неприятное событие, последствием коего стал разрушенный памятник отцу-основателю города, сильно, кстати, напоминавшего городского голову. А еще были многочисленные испуганные до обмороков вийские дамы, в окна которых постучалось пугало. После этого директор Рейф запретил адептам выходить в город во время Бесовника и взял за правило запирать ворота мощнейшим заклинанием.

- И что, никто не выходил? – усомнился Ален.

- Может, кто-то и выходил. Я не в курсе, - пожала я плечами. – Но вряд ли. В Школе стихийно организовался собственный праздник, и все курсы обязательно что-нибудь придумывают. Ну, малыши мало что могут – приделать там к солонке крылышки или поставить ведро с водой на притолоку… А вот старшие курсы развлекаются кто во что горазд…

Ален смотрел на меня со смесью суеверного ужаса и бурного веселья.

– И как только Школа еще стоит на своем месте, - прокомментировал он. Чувствовалось, что ему нравится эта затея, но, как педагог, он не может ее одобрить.

- Не иначе как чудом, - потупилась я.

- Только не убейте там никого, - напутствовал меня Ален.

- Ни за что, - откликнулась я, подхватывая сумку. – Главное – насмешить, а не убить. – И исчезла за дверью.

Весь курс, включая Кесси и Марека, уже сидел в комнате Лиса. Ждали только меня, пока лениво предлагая различные варианты.

- Ну, у кого какие мысли? – с ходу бодро поинтересовалась я, забираясь на свое любимое место – на подоконник.

Тей неверяще уставился на меня.

- Элька, ты в конце занятия умирала от усталости и была похожа на зомби, а сейчас лучишься энергией!

- Я подпиталась, - жизнерадостно сообщила я, не уточняя, каким образом. – Так что у нас есть?

- У нас есть тыквы. – Лежек кивнул, показывая на угол, в котором были сложены плоды тяжелого крестьянского труда.

- Это те двенадцать, которые у лавочника Тимахи пропали? – проявила я осведомленность.

- Нет, девять, - уточнил Лежек. – А ты откуда знаешь?

- Значит, еще три унес кто-то другой, - сделала я глубокомысленный вывод. – А откуда знаю – так вся школа набита пророками, - процитировала я Магистра Алена. – И что с ними?

- Пока ничего, - разочаровал меня Лежек. – Вот думаем. Можно снова заставить их пощелкать зубами – но это слишком банально. И уже было.

Я задумалась.

- А если сделать голема, а тыкву приделать в качестве головы? Марек, это получится?

- Может, - после некоторого размышления выдал наш теоретик. Я, воодушевившись, начала развивать мысль дальше.

- И отправить этих големов парадом по коридорам Школы.

Народ явно одобрил мою идею. Посыпались предложения.

- И вот эти головы вполне могут щелкать зубами. – Терен.

- А парад не просто так, а под музыку. Элька, помнишь того тролля в трактире? – Кесси.

- Ты предлагаешь тролля привести? – Тей.

- Нет, я предлагаю позаимствовать у него инструмент. Временно. – Кесси.

- Голем – и играть? – Стен, с сомнением.

- Там не нужно учиться! – Мы с Кесси хором.

- А из тыкв вырезать чью-нибудь голову? – Тей.

- Флоренна! – хором.

Мы замолчали, пытаясь представить себе парад из големов с тыквенными головами, изображающих Магистра Флоренну. Потом дружно сложились пополам от хохота.

- Нет, - вытирая слезы с глаз, еле выговорила я. – Это будет чересчур. Слишком много ей чести.

- Тогда кого еще? – спросил Стен. – Давайте предлагать, кто еще достоин быть увековеченным в тыквенной голове.

Общими усилиями мы сошлись на следующих кандидатурах:

Свений, лаборант с кафедры зелий – он вечно ворчал на адептов за небрежное обращение с бесценными (дешевыми и бьющимися от легкого прикосновения) колбами и пробирками;

Тиан, наш школьный завхоз – у него днем с огнем (и даже с пульсаром) не допроситься чернил и бумаги для конспектов;

Антипий, повар из школьной столовой – он смотрел на адептов так, словно они объедали его лично (впрочем, возможно, так оно и было);