Василий Горь - Демон

Заметив, что в коридоре этажом ниже скапливается уж очень много Оборотней, Ира ткнула меня в плечо:

— Вик! Пора вмешиваться. Что-то не нравится мне их настроение…

Задумчиво посмотрев на экран, я кивнул и выскочил из своей комнаты. За мной рванули остальные.

— Достаточно!!! — изо всех сил рявкнул я, как только оказался рядом с местом побоища. — Я сказал «стоп»!!!

Увы, не на шутку разошедшиеся Оборотни останавливаться не собирались? оказавшись уже ввосьмером, они пытались разбить превратившуюся в единый организм пару Форд — Вильямс. И с каждой секундой все больше выходили из себя. А из дверей по обе стороны «двойки» выбегали все новые и новые желающие присоединиться к потасовке…

Поняв, что словами их уже не остановить, я вздохнул, достал из кобуры «Кросс» и выпустил длинную очередь над головами озверевших от крови офицеров:

— Все. Прописка окончена. Если у кого возникнет желание помериться размерами отдельных выдающихся достопримечательностей с имеющимися у моих ребят аналогами — прошу в спортзал. Или на совместные тренировки по пилотированию — у вас будет возможность попробовать их на излом И ТАМ. На сегодня шоу ОКОНЧЕНО. Со счетом одиннадцать ноль в нашу пользу. Отнесите своих товарищей в медблок — завтра кому-то из них может потребоваться все имеющееся в наличии здоровье. У кого появятся вопросы или претензии — можете подняться ко мне. Минус второй ярус, шестнадцатый блок. Вопросы?

— Да пошел ты… — встрял кто-то из только что подбежавших к месту схватки Оборотней, и в этот момент сработала система оповещения:

— Боевая тревога! Боевая тревога! Всем пилотам подразделения занять свои места согласно боевому расписанию…

— По кораблям! Вильямс! Переодеваться! Бегом!!! — забыв про схватку, в общем канале заорал я…

…На то, чтобы добраться до своих «Кречетов», у нас ушло меньше минуты. Еще полторы — на то, чтобы запустить предполетные тесты и облачиться в скафандры.

— Башня! Я Дем… Дельта-сто пять! Прошу разрешения на взлет!

— Дельта-сто пять! Взлет запрещаю! — взвыл эфир голосом майора Воловича. — Вы что, не поняли? В системе четыре истребителя Циклопов!!!

— Гамма-шесть! Дельта-семь! Дельта-восемь! Идем на перехват…

— Взлет… — Дождавшись, пока искин моего «Кречета» скачает последние данные, полученные с датчиков системы дальнего обнаружения, и выделит метки вражеских кораблей, я забрал контроль над машиной Гашека, дал на двигатели пятьдесят процентов мощности и бросил истребители в ночное небо…

— Форд! Ждешь Элен. Игорь! С Краузе свяжете боем двойку Циклопов в квадранте шесть-тринадцать-сорок три. До подхода машины Вильямс не атакуйте! Игорь! Со старта попробуй взять Вольфа на контроль. Если получится — попробуйте разбить пару…

— Выполняю…

— Дельта-сто пять! Приказываю вернуться в квадрат двести шесть!!! — истошно заорал майор Во— лович.

— Башня! Я Дельта-сто пять! Требую убрать ВСЕ корабли с траектории подхода Циклопов! — рявкнул я в ответ и, выйдя из атмосферы, рванул на перехват ближайшей ко мне двойки истребителей врага. — Гамма-шесть, Дельта-семь и Дельта-восемь! Вернитесь к Ключу-один!!!

— Прекратите самодеятельность! — истошно завизжал майор Волович. — Гамма-шесть! Остановите Циклопов!!!

…Гамма-шесть, эсминец класса «Сирокко» под названием «Неудержимый», на долю секунды сдвинув поле отражения с передней полусферы, выпустил первые четыре «Касатки» задолго до того, как вошел в зону гарантированного поражения. Сопровождающие его «Торнадо» торопиться не стали — разошлись на предписанное учебниками по тактике расстояние и активировали генераторы помех. Оба истребителя Циклопов, двигающиеся практически в лоб эсминцу, скинули скорость и, без особого груда уклонившись от тяжелых торпед, с ходу пошли в атаку. Окутываясь фейерверками «обманок» и вспышками стартов противоракет, они неслись на эсминец гак, как будто пытались взять его на таран.

«Проходят впритирку…» — подумал я, и в этот момент идущий первым Циклоп, вырубив маршевый двигатель и включив эволюционники, развернул свою машину на сто восемьдесят градусов, а его напарник, экстренно тормозя, всадил в защитное поле «Неудержимого» штук шесть противоракет. Второй пилот рефлекторно среагировал на вспышки и дал на генераторы силового экрана максимальную МОЩНОСТЬ…

— Идиот!!! — взвыла Орлова. — Сзади!!!

— Поздно… — глядя, как между дюз эсминца медленно расцветает ярко-алый цветок взрыва, я сжал зубы…

— Дельта-семь! Дельта-восемь! Я — Дельта-сто пять! Приказываю вам уходить!!! — попытка образумить пилотов «Торнадо», увы, не удалась: проклинающие Циклопов на всю систему пилоты рванули в самоубийственную атаку на ближайший истребитель. И, попытавшись догнать слишком увертливую для них машину, подставили дюзы под ракеты второй…

За минуту до входа в сферу огневого контакта я подвел машину Гашека практически вплотную к своей. И, сдвинув его защитное поле в заднюю полусферу, а свое — в переднюю, оказался в коконе из двух половинок силового экрана. Поэтому против нас наработанная связка, с помощью которой они сожгли эсминец, у Циклопов не получилась: и противоракеты ведомого, и тяжелая торпеда ведущего взорвались, не причинив «Кречетам» никакого вреда. А вот сброшенная перед схождением мина, успевшая разделиться на боевые части до поворота ведущего вокруг своей оси, сработала как надо — восемь кубических километров космоса исчезло в адской вспышке…

Поворот второго Циклопа на грани возможностей его гравикомпенсаторов я отработал без особого труда — гормональный взрыв, устроенный мне БК-ашкой, напрочь отсек все неприятные ощущения. И практически сразу вцепился в его хвост. Заметив, что преследующие его машины легко повторяют все его эволюции, пилот истребителя скинул скорость и попытался переиграть нас в пилотировании — он кидал свою машину из стороны в сторону, периодически вращая ее вокруг своей оси, используя генераторы мерцания и обстреливая нас из всего бортового вооружения. Следуя за ним вплотную, я пытался углядеть тать какую-нибудь закономерность в совершаемых им маневрах. И на всякий случай загрузил этой же задачей расчетный блок тактического компьютера. Как оказалось, закономерность была. И не одна: после каждого разворота вокруг своей оси Циклоп отключал защитное поле для пуска ракет через равные промежутки времени. Далее, уход во вращение он начинал после «бочки»[19], а времени, необходимого для выхода его генератора на рабочий режим, за глаза хватало на то, чтобы впихнуть за него «Касатку»…