Александра Руда - Столица

На меня уставились вопросительные взгляды коллег.

— Ясно, значит, это были вы, вот и хорошо, — обрадовалась я, потому что после сообщения Ирги о визите отца мне, грешным делом, подумалось, что это Рауль таким образом пытается дать мне понять, что нужно быть лучшей женой. — Коллеги, этот старикан вчера нанял двух громил… которые сейчас входят в комнату… чтобы убедить меня в том, что стоит бросить бизнес.

Гномы возмущенно зароптали. Бросить бизнес — разве такое возможно? Эльфы пока молчали, надев на лица маски спокойствия, разве что кончики ушей подрагивали.

Отто пододвинулся ближе, стараясь прикрыть меня своей широкой спиной от взгляда наемников.

— Сейчас, дорогие мои, вы все подпишете добровольный отказ от вашего бизнеса в Чистяково и тихо и мирно переедете в другие города, — произнес Август.

— А иначе что? — спросил молодой Гюнтер, который окончил Университет одновременно с нами и клепал в огромных количествах антиворовские артефакты на сумки и кошельки. Маленькие, краткосрочного действия и дешевые. Зато на ярмарках и распродажах эти артефакты улетали со свистом.

— Иначе… Ваши семьи пострадают. Ваши мастерские пострадают. А ведь я разрешаю вам даже забрать свое имущество. Лишняя кровь нам не нужна, не так ли?

— Но почему? — спросил Клаус, на правах старшего задав вопрос, который мучил всех. — Что случилось?

— Я хочу, чтобы артефактами в Чистяково занималась только моя семья, — честно ответил Август.

— Старческий маразм! — прокомментировала я. — Разве так становятся монополистами?

— Иногда, Ольгерда, это единственный выбор.

— А что будет, когда мы откажемся? — спросил Клаус. — Неужели вы думаете, что сможете закрыть рот такому количеству мастеров? Вас ждет суд.

— Поверь, Клаус, у меня есть свои методы. Не упрямьтесь, иначе ваши артефакты никогда больше не будут работать. — Август оперся на свою трость, взгляд у него был очень недобрым.

— Это связано только с ухудшившимися материалами. Поставщиков вы тоже подкупили? — спросил Отто. — Коллеги, не бойтесь. Ола делала партию артефактов в Дом Исцеления из старых заготовок, все работает.

Гномы загомонили. Эльфы продолжали хранить молчание. Хорошая позиция — ни нашим, ни вашим, посмотрят, чья сторона победит. В крайнем случае скроются под защитой своего квартала. А вот что гномам делать, если один из старейшин оказался таким гадом? Людей среди моих коллег в Чистяково не было, если меня не считать.

— Артефакты Ольгерды работают только потому, что я это разрешил! — громко сказал Август. — Потому что они предназначались целителям!

Да, Лира была права — ради блага целителей даже интриги отступают на задний план. Никто не хочет вредить тем, к кому ты можешь попасть в любой момент и в совершенно беззащитном состоянии.

— Я никогда не откажусь от своего бизнеса! — хлопнул рукой по столу угрюмый одиночка Танкред. — Ты, Август, последний разум растерял, раз думаешь силой чего-то добиться! Ну подпишу я отказ — и до первого заседания суда. У тебя же внуки есть, ваша фамилия будет опозорена навеки, никто не захочет связываться с опорочившими себя гномами.

— Да, да! — закричали гномы и начали подниматься. Видимо, собрание можно было считать оконченным.

— Неужели вы думаете, что я не подготовился? Право, коллеги, вы обо мне слишком низкого мнения! Я настроен серьезно, — сказал Август и махнул рукой. Один из громил выступил из-за его спины и метнул топорик — прямо в лоб Танкреду.

Отто схватил меня за плечи и притянул к себе, заставив уткнуться лицом в бороду. Но уши закрыть он мне не смог.

— Эльфы, — сказал Август в мертвой тишине, как только конвульсии тела прекратились. — Эльфы хотели захватить рынок артефактов и именно поэтому изгнали и зарезали всех мастеров-гномов, не пощадив даже юную девушку. И только я, старый и опытный, смог им противостоять и предотвратить угрозу эльфийского вторжения в честные правила ведения бизнеса.

— Это чудовищно, — пролепетал рядом Клакерсилэль. — Ведь достаточно одной искры…

Чудовищно — это верно. Расовая нетерпимость в нашем городе всегда существовала, достаточно было вспомнить, как несколько лет назад громили эльфийский квартал. Если эльфы будут обвинены в таком преступлении, их дома разнесут по кирпичику.

— А с нами вы что сделаете? — спросил Халлонэль, напарник Клакерсилэля.

Я вывернулась из объятий Отто и посмотрела на Августа. Он улыбался, покачивая перед собой круглым медальоном.

— Артефакт забвения. Да, запрещенный к производству и продаже, но я так стар, что знаю, как его делать. Глупо не использовать свои познания на практике, верно? А вот этот конкретно настроен на вас, мои бывшие остроухие коллеги. Есть и для всех остальных, если вдруг родня начнет задавать вопросы, вы сможете на них правильно ответить…

— А зачем нужно было убийство? Неужели сразу нельзя было изменить нам память? — спросила я.

— Этот артефакт имеет некоторые… мм… побочные эффекты. Скорее всего, после него вы уже не сможете ничего написать, повреждения мозга — вещь опасная. А убийство… Теперь вы убедились, что я не отступлю. Итак, вы пишете отказы или мы начинаем ужасающую резню, учиненную злобными эльфами?

Громилы ухмыльнулись.

— Отпустите меня, — жалобно попросила я. — Пожалуйста. Мне на встречу к свекру нужно, если я не приду, то он мне еще одну резню устроит.

— Мне жаль, Ольгерда. Тебе стоило прислушаться к моему предупреждению вчера. Связываться с семьей Ирронто я не имею никакого желания. Да, я знаю, кто твой супруг. Никто не может упрекнуть меня в недальновидности. Я знаю все о ваших семьях, и никто, никто не сможет мне противостоять!

— Так если вы не хотите связываться, может, все же отпустите меня? — Жизнь научила, что нужно бороться до последнего.

Однако попытка не удалась. Август сочувственно вздохнул:

— Я бы отпустил, но вот жестокие эльфы… Наверное, твой труп будет обезображен, так они покажут ненависть к человеческим женщинам. Ну и добавят Ирронто злости. Вы еще молоды, а вот я знаю, на что способен разгневанный некромант.

Я перевела взгляд на эльфов. Они были бледные до синевы, у Халлонэля дрожали губы. Гномы пришибленно молчали. Нужно было что-то делать!

Я попробовала сформировать хоть одно боевое заклятие, но обнаружила, что моя магия не работает. Совсем. Это чувство было похоже на то, что я испытывала, трудясь над артефактами в последнее время, — энергия словно утекала в песок.

Август улыбнулся и покачал на ладони свою трость. Ее набалдашник пульсировал. Ничего себе! Он что, вытягивал всю нашу магическую энергию и копил ее у себя? Конечно, если предположить, что такой артефакт незаметно висел все это время около нашей калитки, становится понятно, почему мои артефакты переставали работать, едва их забирали клиенты. Вот же скотина, а я ночами над работой сидела и совсем в себе разуверилась!