Ирмата Арьяр - Да здравствует король!

— Хватит с Севера одной моей дочери! — ярилась матушка. — Мы с Лэйрин поднимем на смех Рамасху с его нелепыми угрозами! Ему не на что рассчитывать в любом случае! Вы прекрасно осведомлены, что Лэйрин просватана еще до рожде…

Она осеклась, кровь отхлынула от лица, а Рагар… удовлетворенно улыбнулся. Это была невероятная эмоция. Я держала ледяную маску, и моей выдержкой наставник тоже был доволен.

— За кого я просватана, мама? — тихо спросила я.

— До исполнения обязательств дело никогда не дойдет. Потому забудьте об этой ерунде, ваше высочество.

— То есть мой жених тоже думает, что родился мальчик и договор недействителен?

Она кивнула, вскинула ресницы на Рагара и ядовито улыбнулась:

— Вы же это знали, вейриэн. Говорить о Рамасхе просто смешно. Мою седьмую дочь потребовал Темный владыка в жены одному из своих князей, и договор заключен. Если темные узнают, что их обманули, они найдут Лэйрин всюду, кроме Белогорья. Ее спасение только в мужском облике. Даже если бы не было необходимости забрать огненный дар у Роберта, ей пришлось бы играть эту роль.

В первый миг мне показалось сказанное шуткой. Темная страна! Самый что ни на есть кошмар нашего мира. Не было в истории случая, чтобы монарх отказался отдать даже единственную дочь, если владыка темных потребует ее в качестве откупа.

— Рагар, это правда? — воззрилась я на наставника. Уж он-то не станет лгать мне в глаза, никогда не лгал. Умалчивал о правде, но не лгал, как матушка.

— К сожалению, правда, ваше высочество.

Воин, облокотившись о колени, свел скрещенные ладони у мраморного лица, опустив на них подбородок. Черные волосы свесились на полуприкрытые глаза. Обычно он в такой позе обдумывал сложную шахматную партию на все ходы вперед.

— Напишите ответ принцу Игиниру, миледи, — сказал он наконец. — Я, пожалуй, вручу его лично, иначе северный сполох сам придет сюда. А здесь он пока нежелательное лицо, вы согласны?

Матушка провела ладонью над столешницей, и на мраморной поверхности забрезжили контуры листа бумаги с гербами Равнинного королевства. Вытащив из вазы цветок хризантемы, Хелина тряхнула им в воздухе, превратив кончик стебля в перо. Писала она очень быстро, размашисто, твердым мужским почерком.

— Развеется в полночь, — предупредила она, вручив Рагару незапечатанное послание. — Успеете?

Вейриэн бросил взгляд на окно, за которым стремительно, как всегда в горах, сгущалась ночь.

— Вполне. Если вы позволите совет, миледи…

— Не позволю, — процедила Хелина. — Мне не нужны ваши советы. Это мой дом, мой долг, мой ребенок. Если бы я не ошиблась столько лет назад в выборе наставника, вы бы не посмели…

Рагар чуть усмехнулся:

— Посмел бы в любом случае. Даже не надейтесь, Хелина фьерр Грахар, переиграть меня.

Приоткрывшиеся внезапно истинные отношения между Хелиной и Рагаром добили меня, и без того испытавшей много душевных потрясений в этот день.

Когда вошла наша новенькая служанка из дальегов, взятая Хелиной в помощь по хозяйству вместо уехавшей Лилианы, и протянула мне поднос с бокалом, я забыла об обещании ничего не пить в этом доме, кроме воды, и взяла бокал с густой ароматной жидкостью, похожей на вино. Но успела сделать только глоток. Порыв ледяного ветра выбил поднос из рук служанки так ловко, что его край разбил стекло в моей руке, и жидкость пролилась.

От неожиданности я не сразу заметила, что осколки рассекли ладонь, закапала кровь. И не до того было. Рагар держал клинок у горла побледневшей королевы, а глаза его… о великие боги! Глаза из угольных стали белыми и светились безумно яркими звездами!

— Рагар! — пискнула я. Горло перехватил спазм, и не только от ужасного зрелища — тот единственный глоток зелья, который я успела сделать, расползался по внутренностям, словно клубок змей, такое было ощущение. — Мама!

— Идите к воротам, ученица, там встретят вас Сиарей и Эльдер, — скомандовал вейриэн. — Вас уже нельзя оставлять в этом доме.

— Почему? Вы… Мама!

— Идите, Лэйрин, — через силу улыбнулась королева, хотя ее губы дрожали то ли от страха, то ли от сдерживаемого смеха. — Он ничего мне не сделает. Иначе, когда придет время, некому будет раскрыть ваш дар, запертый моей волей. Ты все неправильно понял, Рагар. Это было всего лишь укрепляющее средство.

— Я всё понял правильно, миледи. Я догадался, кого и как вам понадобилось укрепить. Но я не дам вам убить светлую леди в этом ребенке. Это было последнее предупреждение, Хелина фьерр Грахар.

Она чуть качнула головой, презрительно изогнув губы, и Рагар вовремя отвел клинок, но все-таки маленькая царапинка появилась на шее Хелины и набухла кровью.

— Напрасно ты не веришь мне, вейриэн. Я никогда не причиню зла моей Лэйрин.

Поняв, что никуда я не уйду, Рагар подхватил меня, вынес самолично и усадил на Эльдера.

Дальше я помню смутно. Мы куда-то летели, потом я обнаружила, что мы сидим в какой-то пещере со светящимися сталактитами, в лицо мне плещет ледяная вода, Сиарей растирает мои руки снегом, а Эльдер уговаривает выпить каплю «корня солнца». Я глотнула, и сразу стало легче — клубок змей внутри сжался и затаился, позволив мне дышать.

И тут в устье пещеры появился северный принц.

— Я получил последнее доказательство, Рамасха, — сказал ему Рагар. — Ты оказался прав, что удивительно. Хелина заторопилась и потеряла осторожность.

— Значит, и высший мастер-вейриэн не всезнающ, — довольно улыбнулся принц. — Наконец-то я хоть в чем-то утер тебе нос, Рагар, да еще на твоей территории! А ты говорил, что мне показалось в долине Лета…

— Все-таки она великая волшебница, — вздохнул наставник. — Такое скрыть! Вот ее ответ, чуть не забыл.

Он протянул ему письмо Хелины, но северянин не успел развернуть. Вырвавшись от двух заботливых ласхов, я подлетела к наглецу, даже наставник не успел остановить. Выпалила:

— Вы… вы подлый шантажист, принц!

Глаза Рамасхи погрустнели.

— Это не я, прекрасная леди. Это он — подлый шантажист, — северянин показал на Рагара. — Я писал королеве под его диктовку. Но мое предложение руки и сердца было искренним, ваше высочество, — спохватился он и опустился на колено. — Я буду ждать вашего решения без всяких условий.

Я растерялась. Потом разозлилась на всех, поняв, что опять стала пешкой в чужой игре, и… боги, как отвратительно быть принцессой!

— Я вам сразу скажу. Нет, принц Игинир, — отвернувшись, я отправилась к Эльдеру выпрашивать еще глоточек «корня солнца».

— Оставь эти глупости, Рамасха, — вмешался Рагар. — У короля есть еще дочери, их сыновьям тоже может перепасть дар огненной крови. Империи ведь это нужно, не так ли? И без разницы, через кого.