Виталика (СИ) - Вехор Александр

Но мало кто знает, что у этой махинации было второе дно: под шумок было вывезено производственное оборудование, разрабатываемое в США на рубеже семидесятых и восьмидесятых годов, для осуществления новой промышленной революции и масштабного выхода в космос. Не знаю, что у них там потом случилось, но к концу восьмидесятых это оборудование было законсервировано, а затем и забыто настолько, что никто и не заметил, как его продали нашим по цене металлолома. Хотя спустя пару лет поднималась в конгрессе какая-то буча, по недопущению передачи технологий, может быть и спохватились. Но точно не знаю, всё это до сих пор засекречено, я даже подписывал кучу бумажек. Хотя, где теперь я, и где все эти бумажки?

Серьёзную роль в подготовке того технологического прорыва в США играл широко известный в узких кругах Чак Мур, разработчик оригинальных микропроцессоров и языка Форт. Именно благодаря ему все эти гибкие производственные линии программировались на этом языке.

Мне удалось влезть в это предприятие, и стать руководителем небольшой группы разработчиков, которые писали софт для превращения цифровых чертежей в код на форте. Жалко мне было молодых парней, им ещё жить и жить, поэтому самое страшное в этом проекте — сам форт я взял на себя, окончательно вывихнув себе этим мозги. Так мы и трудились последний десяток лет на нашем маленьком секретном свечном заводике, производя детали машин для технологического прорыва уже совершенно другой страны…

— Ты тоже не считаешь обезьян зверями? — участливо спросила Балгёлит протирая болт от крови и чего-то белого и жирного. — Мне каждый раз очень неприятно это делать, но как бы мы к ним не относились, мы на войне. И не мы её начали!

Я, возвращаясь в реальность, посмотрел на неё, потом перевёл взгляд на Бхисёлилан. Та кивнула мне, и схватив за ноги два последних тела, потащила их в лес.

— Да, всё хорошо, меня уже отпустило. — сказал я девушкам.

«Нужно найти мануалы по системной библиотеке. Где-то же наверняка есть такие мануалы? Не могут же они жить без мануалов. Мануалы!» — билась в голове одинокая мысль.

Кто-то отвесил мне пощёчину, вызвав исключение и прервав бесконечный цикл. Странно, рядом никого! И почему мне кажется, что это была Фея? Как там она сказала? Никакой ложки нет? Нет, не то! Блин, забыл!

Фиг с ней, надо двигаться дальше, а то все стоят и ждут только меня. Только вот иллюзию нужно сменить. Если каждый встречный-поперечный будет пытаться убить Бхисёлилан, то… в долине никого не останется? Эх, если бы!

Балгёлит до похода за Виталикой никогда не уходила далеко от Дома, поэтому все образы, которые можно почерпнуть в её памяти принадлежали местным человекам, а значит снова могли повстречаться их знакомые. Пришлось мучительно вспоминать в деталях охрану ворот из Клоаки, и использовать их. Других идей всё равно не было.

С охранниками нам повезло, под их иллюзией мы за час спокойно дошли до ущелья. А вот уже там нас ждали неприятные новости. За месяц хозяйственной деятельности, человеки успели срубить лес перед входом в долины, и на этом месте возвели маленький городок с рынком, постоялыми дворами, и харчевнями. А построили они его здесь потому, что те, кто захватил долины, установили в ущелье пропускной режим: на входе появились ворота и пост охраны с кролями.

Делая вид, что прогуливаемся, мы обошли городок по окраине и встали, изображая беседу в полусотне метров от поста. На таком расстоянии охрана не напрягалась при виде нас, а нам всё было слышно и неплохо видно. Для прохода через ворота требовалась деревянная пайцза. И даже при её наличии, проходящего обнюхивали кролики, видимо проверяя на наличие запрещёнки.

Прямо сейчас богато одетый господин объяснял охране, почему они должны его немедленно пропустить, но охрана была непреклонна и его раз за разом вежливо посылали получать пропуск в конторе, находящейся в городке.

Нет, днём ловить нам здесь точно нечего. Мы отошли на пару километров в лес и устроили мозговой штурм. Хотя какой штурм: у моих спутниц идей совсем не было. Я спросил их о других входах в долины. Запасные ходы были наверняка, но о них могла знать разве что Наиль, как Достойнейшая и входящая в вершину Дома.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

Когти у моих спутниц так и не отросли, лебёдки у нас не было, а учитывая расстояние, мне придётся потратить целую ночь на каждую из девушек. Чтобы перенести в долину по скалам, конечно же. Но пока это основной и единственный вариант.

Вышли все вместе сразу после заката, а переправляться решили в ста метрах от поста. Но если что-то может пойти не так, то оно конечно же пойдёт не так.

По мере удаления от ущелья увеличивалась высота скал его образующих и соответственно расстояние, которое необходимо преодолеть. Но, как назло, скалы были чем-то обработаны или попросту оплавлены. Зацепиться когтями было невозможно, приходилось отходить все дальше и дальше и пробовать снова.

Мы уже отошли от ущелья так далеко, что я начал сомневаться, имеет ли вообще эта затея смысл при таких условиях. Но тут появилось какое-то странное ощущение. Что-то неправильное было здесь.

Ну здравствуй чувство пространства! Давно я на тебя не обращал внимания, думал раз выбрался на поверхность, то и незачем. А между тем, на высоте двадцати метров в скале нашлась пещера. Слишком прямая, чтобы быть естественного происхождения. А вот там, чуть повыше, она даже выходила наружу небольшим балкончиком, замаскированным под трещину в камне. С этим уже можно работать.

Быстро обсудив задачу, мы сбегали к ближайшему лесу и добыли ствол дерева, которое оказалось подозрительно похоже на обычную сосну. Ствола хватило с запасом и через несколько минут мы уже были в тоннеле, который уходил куда-то в глубину скалы. Бхисёлилан вернулась на балкончик и запустила магию разложения в бревно, чтобы скрыть следы. Не то что бы человеки полезли за нами, учитывая их особенности. Но так надёжнее.

Тоннель, как ни странно, шёл не напрямую в долину, а изгибался к ущелью. Но, когда он привёл нас в небольшой зал, из которого уже ощущался человеческий городок, стал предельно понятен смысл этого хода. В зале находились двенадцать амулетов, сделанных, по словам Балгёлит для того, чтобы устроить грандиозный обвал, который надёжно завалит проход в долины.

А ведь это вариант! Дом полностью самодостаточен и может долго прожить без связей с внешним миром, сколько бы там людей не осталось. А вот оставшиеся в долинах человеки без поддержки снаружи станут практически безопасны. То, что от обвала пострадает охрана ущелья — мне моя совесть простит. Это война, как говорит Балгёлит, а я уже принял одну из сторон. Осталась только маленькая такая деталь: амулеты подрыва скалы сделаны так, что запитывать Силой их нужно прямо отсюда. Поэтому для подрыва ущелья требуется группа опытных камикадзе.

Я подошёл к Балгёлит, и в её эмоциях было что-то такое… Блин, ещё один самурай на мою голову!

— Солнце моё, ты же без пяти минут Мастер амулетики! Неужели ты не можешь сделать из… глины и палочек амулеты, которые смогли бы подать Силу уже в эти амулеты, но только через час?

Эх, нету фотоаппарата, но я менталист, я запомнил её лицо, а потом могу отправить ей этот образ. Всё-таки у людей ужасная инерция мышления и они страшные фаталисты. Судя по эмоциям, она всерьёз думала, что останется здесь подрывать скалу.

Щас! Моё!

Зато теперь, когда она осознала, что можно всё провернуть по-другому… Никто и никогда на меня так не смотрел! Словно перед ней не я, а сам создатель спустился с небес и поразил откровением. Хм, а об этом тоже надо подумать. А главное, моё ЧСВ, смотрите как оно заколосилось!

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

Пока девушка делала систему подрыва, она поделилась впечатлениями. В одной моей фразе, она действительно нашла для себя целых два откровения: первое — что для разового использования амулет можно действительно сделать из чего попало, и второе — что даже если способ использования амулета абсолютно очевиден, можно придумать обходные пути. Ну и «солнце моё» пришлось тоже кстати. В отличии от младшей, она уже и забыла, что наши с ней отношения стали несколько ближе. Что же, буду постоянно напоминать.