Студентка Пупсик (СИ) - Федин Андрей

Широко раскрыв глаза, Чайка разглядывала документы.

– Ух ты, – повторила она. – А что вот это?

– Свадебный договор, подписанный королевой Уралии – моей матерью.

– Ух ты! – сказала Чайка. – Серьезно? Настоящий?

– Посмотри на подписи и печати.

– Обалдеть! А… это… почему он у тебя?

– Забрал его, когда спасался от убийц. На мой свадебный кортеж напали. Ты, наверное, слышала об этом. Я убежал. И забрал с собой все бумаги, которые нашел – этот договор, свои документы и еще кучу всего.

– А почему ты не отдал его великой герцогине? Или Мае?

Я забрал у Чайки бумаги, сложил их в аккуратную стопку.

– Ну, как бы тебе это объяснить… – сказал я. – Я решил не сообщать никому, что остался жив.

– Да уж. Тогда получается, ты тоже всех обманывал? И нас.

– Да, обманывал. Я не идеальный. Я не решился рассказывать о том, кто я на самом деле. Ведь кто-то хотел меня убить, а ваши доблестные гвардейцы не смогли меня защитить. Я уцелел случайно! К тому же, за жену меня выдали насильно, не спрашивая моего желания. Я воспользовался возможностью стать свободным человеком. Так что я не лгал, Чайка, когда рассказывал вам, что сбежал от жены. Не уточнил лишь, что моя жена – Волчица Седьмая. Мая до сих пор не знает о том, что мое настоящее имя – Нарцисс, что я принц и ее муж.

– Как это, не знает?

– А вот так. Ты первая, кому я в этом признался. Или вторая… – но это не важно. Речь сейчас не обо мне. А о том, что Мая была уверена, что ее муж – тот хмырь, что живет в Мужской башне дворца. Ее обманывали! В том числе и тот самый мужик, который обвинил ее в организации заговора. Видишь? в истории с так называемым мужем и отравлением повсюду обман!

– Принц...

– О том, что мое место в башне уже занято, я узнал в тот день, когда мы с вами ели котлеты. Помнишь? Мая мне рассказала, что она мужатая, и поведала кое-какие подробности о своем муже. Можешь представить мое удивление? И мне стало интересно: кто ее убедил в том, что тот мужчина – ее муж? Кто и зачем?

– Кто?

– Не знаю. Я думал над этим. Но ни к каким выводам не пришел. Знает ли о подлоге великая герцогиня? Она это устроила, чтобы не ссориться с моей матерью, или и ее ввели в заблуждение? А если Волчица Шестая тоже считала его настоящим принцем, то вот он – настоящий заговор. Не для того ли затеяли этот подлог, чтобы совершить покушение на великую герцогиню? И главное: кто все это затеял?

– Ух ты, – сказала Чайка. – Как же все сложно! И… это… кто же это затеял?

– Не знаю, – сказал я. – Но уверен: не Мая. Ты должна понимать вот что, Чайка: тот мужчина лжец. Это доказано. И велика вероятность, что лжет он не по собственному желанию – кто-то велит ему так поступать. А если его слова лживы – значит, нет никаких доказательств тому, что Мая замышляла что-то против матери. Да, они ночью поругались. Но лишь из-за того, что герцогиня приставала ко мне, а Мая об этом узнала. Если бы Мая схватилась за шпагу – я бы поверил, что она покушалась на мать. Но… мужчина, игла и яд – совсем не в ее стиле. Прости, но я не верю, что Мая организовала покушение. Призываю не верить в это и тебя. Маю нужно спасать. Я не прошу тебя бросаться к ней на выручку. У меня есть на примете люди, которые помогут освободить мою жену. Мне нужно лишь узнать, где она. Чайка, ты мне поможешь?

– Не знаю…

– Чайка!

– Хорошо, хорошо! Я спрошу у тети.

– Когда? – спросил я.

– Я отправлюсь к ней прямо сейчас!

Чайка встала с кровати.

– Какой же ты, Пупсик… агрессивный! – сказала она. – Не понимаю, что Мая в тебе нашла. Почему ты ей так нравишься?

***

«Почему ты решил раскрыть наше инкогнито, Сигей? Мужская башня тебя больше не пугает?» – спросил Ордош.

«Прости колдун, – сказал я. – Знаю, нужно было сперва посоветоваться с тобой. Но я вдруг почувствовал, что наступил идеальный момент для признания. И побоялся его упустить».

«Я не злюсь на тебя, Сигей. Наоборот. Давно пытаюсь приучить тебя действовать решительно, совершать мужские поступки. Я сам собирался предложить тебе сбросить личину Пупсика, но после нашего путешествия».

«Почему после?»

«А иначе ты мог подумать, что я пытаюсь увильнуть от обещанных тебе путешествий. Так почему сейчас, Сигей? И как ты планируешь объясниться с Маей? Ведь теперь она непременно узнает, кто ты. И очень скоро».

«Зная характер Маи, – сказал я, – думаю, нам стоит «давить на жалость». Дрожащим голосом поведаю ей слезливую историю о том, как было страшно в карете – тогда, во время нападения. И что мне до сих пор повсюду мерещатся убийцы».

«И тебе не стыдно манипулировать чувствами жены, обманывать ее?»

«Нет. Да это и не будет обманом. Я, правда, слегка испугался тогда, – не привык я к таким приключениям. И убийц я бы наверняка опасался, не будь рядом тебя. Так что я не буду ей лгать – так, слегка приукрашу. А тут еще такой красивый ход: я решил открыть свою тайну, вновь стать мишенью для таинственных убийц только для того, чтобы помочь любимой. Романтично? Мая непременно оценит это. И простит нам обман. Не сомневаюсь».

«У тебя изворотливый ум, Сигей».

«Это потому что я не привык добиваться всего силой, – сказал я. – Я тут задумался на днях, колдун, пока ты наслаждался ласками жены. И вот что понял: от Пупсика больше никакой пользы. Прятаться от Мужской башни уже нет смысла: мы доказали всем, что спокойно можем жить среди женщин. Избегать встреч с женой ты и сам не захочешь. Муж или любовник – каким бы ни был наш статус, он не сильно повлияет на отношение к нам Маи. А вот доступ в алхимическую лабораторию дворца статус мужа обеспечит. Да и… кое-что еще».

«Что еще? Договаривай».

«Если я соберусь открывать кулинарную школу, принцу местные чинуши побоятся вставлять палки в колеса. Принц Нарцисс не только узаконит наше присутствие рядом с Маей, чему ты точно будешь рад, но и позволит мне спокойно заниматься любимыми делами: алхимией и кулинарией. Ничего подобного Пупсик нам обеспечить не сможет».

«Ну, значит, так тому и быть, Сигей, – сказал колдун. – Как только Мая обо всем узнает, Пупсик перестанет существовать. Да здравствует наше высочество принц королевства Уралии Нарцисс, граф Свирский».

«Ура».

***

Чайка ушла.

Я дал ей несколько герцогинь, чтобы она могла нанять коляску. Она попыталась отказаться от денег, но я настоял: знал, что лишних финансов у нее никогда не водилось. А я не желал ждать, пока Чайка бегает по городу на своих двоих. Понимал, что терпение колдуна на исходе.

Улавливая обрывки эмоций Ордоша, я чувствовал себя спасителем мира. Ну, если не мира, то герцогства точно. Сейчас лишь я со своими доводами стоял между спокойствием города и желанием колдуна добывать информацию о нашей жене самостоятельно.

Примерно через полчаса после ухода Чайки ко мне постучались.

Я резво соскочил с кровати, добежал до двери, выглянул в коридор.

Не Чайка. Да я и сам понимал, что Чайка не могла так скоро вернуться.

У моей двери стояла соседка Чайки по комнате.

– Пупсик, – сказала она, – девочки спрашивают: когда мы будем обедать?

– Что?

– Почему ты не готовишь обед? Мы проголодались.

– Сегодня я ничего готовить не буду, – сказал я. – Нет настроения.

Студентка помахала ресницами.

– Как это? – сказала она.

– Прости.

Девица фыркнула.

– Что значит, прости?! Мы есть хотим! Или ты считаешь, что если Волчицы нет, то заставить тебя готовить будет некому?

– Что ты сказала?

– Что слышал! – сказала девица. – Быстро иди на кухню!

«Знай свое место, мужчина! – сказал Ордош. – Мне убить ее? Или ты уже способен справиться с ней сам?»

Я сжал кулак и поднес к лицу студентки.

Та отшатнулась.

Вот это да! Раньше не обращал внимание. А кулак-то у меня не маленький!

– Еще раз крикнешь на меня – получишь в глаз!